Марианн Кейс - Каникулы Рейчел

– Мы могли бы… ну не знаю… сходить в кино, например?

Конечно, не совсем то, что мне хотелось услышать. (В кино? В это чертово кино, будь оно трижды проклято? И все?)

Ну, нет, я так просто не сдамся. Меня можно лишить валиума, кокаина, кредитных карточек, но только не души. И не аппетита.

– Можно было бы пойти куда-нибудь поесть, – предложила я, вспомнив, что мы с Люком проводили в ресторанах счастливейшие часы. – Это-то нам еще не запретили, правда?

– Кажется, нет, – согласился он, – если только, конечно, кого-нибудь из нас сразу не стошнит, а другой не закажет пять десертов или не позволит себе еще какое-нибудь извращение.

– Куда пойдем? – спросила я, очень довольная. Я представляла себе какое-нибудь романтическое бистро с приглушенным освещением. Наши лица сближаются, на них ложатся отблески свечей. Мы говорим, говорим, и хозяин ласково посматривает на нас, а все остальные стулья уже сложены на столы, а мы все разговариваем и ничего не замечаем.

– Давай просто прогуляемся и посмотрим, что нам понравится по пути, – предложил он.

Пока мы брели по улице, я все никак не могла выбросить из головы его слова о том, что он хотел бы трахнуть меня как следует. Умеет сказать, подлец. М-м-да…

Стоп! Тебе нельзя даже думать ни о чем таком!

Да, правильно, нельзя. Я пришла в себя. Хорошо, пусть он великолепен, но мы друзья и не более того. И, как ни странно, это меня вполне устроило. Все во мне сжималось при мысли о сексе на трезвую голову с кем-нибудь кроме Люка. Мне никогда больше не оказаться в постели с Люком! Я содрогнулась, как от холодного, пронзительного ветра. На какую-то долю секунды я забыла, как я его ненавижу. Мне пришлось силой вернуть себя в настоящее, то есть туда, где мы с Крисом шли вечером по улицам Дублина.

Мы отправились в «Темпл-бар» на левом берегу. Мой родной город хорошел на глазах. Это было круто. Просто здорово! Могла бы я жить здесь? Не знаю… Этот город, безусловно, сильно отличался от того, в котором я провела последние восемь лет.

Достаточно ли отличался, чтобы я смогла тут жить? Я испуганно вздрогнула от этой мысли.

Если не останусь в Дублине, куда я поеду? Обратно в Нью-Йорк? Чтобы снова встретиться с Бриджит. Люком и со всеми остальными? Нет. Пожалуй, нет. Я повернулась к Крису и улыбнулась ему.

«Спаси меня!»

Мы как раз вошли в ресторан, который мне в высшей степени подходил. Там было все, как я хотела: и свечи, и клетчатые скатерти, и полный добродушный хозяин. Даже, я бы сказала, толстый.

– Как тебе здесь? – с надеждой спросила я, ожидая, что с минуты на минуту мои фантазии станут реальностью.

– Не знаю, – Крис неопределенно развел руками. – Слишком…

Мне очень хотелось остаться здесь. Но я улыбнулась и сказала:

– Ну да, немного… того, – я себя просто ненавидела.

Надо было сказать то, что думаю. Еще одна упущенная возможность изменить свое поведение! Как же я устала от бесстрастного голоса Джозефины, который непрерывно вещал у меня в голове!

И мы пошли дальше, минуя уютные бистро с приглушенным освещением. Каждое из них Крис забраковывал туманным:

– Тебе не кажется, что здесь как-то…

У меня упало настроение. После каждого очередного разочарования я отвечала Крису все более кратко и отрывисто. Наконец мы вошли в какой-то желтый гулкий сарай. «Джипси Кингз» выдавали свои жуткие децибелы.

– Как тебе здесь? – спросил Крис.

Я поджала губы, всем своим видом спрашивая: «Здесь? Ты что, совсем уже?»

– Ну, тогда вперед! – бодро сказал он, открывая передо мной дверь.

«Дерьмо!» – подумала я с тихой яростью.

Я чуть не оглохла от этого гвалта. Вот тогда-то я и поняла, что старею, что теперешняя Рейчел смотрит на мир совсем иначе, чем прежняя Рейчел-наркоманка, у которой голова была затуманена граммом-другим коки.

С почти маниакальным радушием нас приветствовала девочка лет двенадцати в пончо и сомбреро.

– Столик на двоих, – сказал Крис, бешено вертя головой и оглядываясь по сторонам, как будто искал кого-то.

Нас провели к столику по засыпанному опилками полу. Кто-то окликнул меня: «Рейчел, Рейчел!»

– Рейчел! – голос приближался. Наконец-то я определила, откуда он исходит. Оглянувшись, я столкнулась нос к носу с Хелен. На ней была красная легкая блузочка, очень короткая юбка, а на шее, на тесемке, болталось сомбреро. В руках она держала поднос.

– Ты что здесь делаешь? – спросила она.

– Нет, это ты что здесь делаешь?

– Я здесь работаю, – просто ответила Хелен. И тогда мне все стало ясно.

– Так это и есть твой «Мекссс»? – спросила я.

– Некоторые называют это клубом «Мекссс», – Хелен бросила тревожный взгляд на девочку-маньячку, которая, между тем, продолжала улыбаться: то Хелен, то мне, то Крису, и с такой интенсивностью, что казалось, вот-вот взорвется. – Это ко мне, – она отобрала у девочки меню. – Я их сама посажу. Только не думайте, что будет много бесплатной выпивки, – бросила она нам через плечо, виляя своей аккуратной попкой между нагрузившимися текилой посетителями.

– Садитесь сюда, – она швырнула меню на шаткий деревянный столик со столешницей размером с альбомную обложку. Через несколько секунд мои ладони уже были в занозах. – Надо пойти отнести этим козлам выпивку, – объяснила Хелен, кивнув на большую компанию очень пьяных парней за соседним столиком. – Скоро вернусь.

Мы с Крисом посмотрели друг на друга. Он улыбнулся. Я – нет.

– Ты знал, что Хелен здесь работает? – срывающимся голосом спросила я.

– Что? – переспросил он, пытаясь перекричать шум.

– Ты знал, что Хелен здесь работает? – прокричала я, уже не слишком скрывая свою злость.

– Нет, – он широко раскрыл глаза, – понятия не имел.

Я ему не поверила.

Я просто ненавидела его. Он вовсе не хотел встречаться со мной. Я была просто ступенькой на пути к кому-то другому. К кому-то, кто не был мною.

Хелен вернулась примерно через полчаса.

– Адьос, амебас! – поприветствовала она нас. – Мы обязаны это говорить, – пояснила она, презрительно скривив губы, – для колорита. Ну, что будете заказывать? – по-деловому спросила она.

В меню была обычная мексиканская мешанина с непременными бобами.

– Что ты нам посоветуешь? – спросил Крис.

– Вообще-то, я бы посоветовала вам пойти куда-нибудь в другое место, – ответила она. – У нас здесь паршиво кормят. Они, пожалуй, должны еще приплачивать тем, кто это ест. Конечно, если вы любите риск… Я тут как-то съела буррито – так чуть концы не отдала. Так что если у вас нет намерений покончить с собой, идите куда-нибудь в другое место. Тут, через дорогу, – очень милый итальянский ресторанчик.

Я уже почти встала, но Крис рассмеялся и сказал: