Виктория Рутледж - Долгий поцелуй на прощание

— Вернись, глупышка! — закричал он, захлебываясь смехом, и развалился на ступеньках, как стреноженный конь.

— Ни за что, — ответила Кэт, позвякивая ключами. — Сперва придется меня изловить.

— Отлично!

Гарри вскочил и кинулся к ней. Дант пас гусынь где-то в Челси, и Кэт решила, что здорово будет позволить себя поймать. Не успела она об этом подумать, как в замке повернулся ключ, и они с Гарри одновременно ввалились в квартиру.

— О, прекрасно, — поприветствовал их Дант. Он стоял в прихожей с прозрачным телефоном в одной руке и банкой коктейля в другой. — Она только что вошла. Кэт, к телефону!

Смех замер в горле Кэт.

Крессида. Время пришло. Очевидно, вместе с почтой.

Она сглотнула и поставила на пол сумочку. Гарри кашлянул и поправил сбившийся галстук. «Словно его обнаружили в шкафу без штанов», — подумала Кэт. Это немножко обрадовало ее.

— Боже, я рад, что ты вернулась, — пожаловался Дант, держа трубку в вытянутой руке. Он не потрудился говорить тише. — Не могу выносить эту беседу дольше тридцати секунд. Скучно.

— Лаура? — с надеждой шепнула Кэт.

Даже разговор с Лаурой о разводе в данный момент приятнее.

— Нет. Хуже.

Дант перекрестился и возвел очи к потолку.

Кэт скорчила рожу Данту и Гарри и взяла трубку.

— Здравствуй, Крессида! — произнесла она самым нейтральным тоном, на который была способна.

— Кэти? Это Джайлс.

Волна чувств захлестнула ее. Как на незнакомку, смотрела она в зеркало на свое потрясенное отражение.

Глава 32

«Как приятно слышать тебя, Джайлс!»

— Э, да, рада слышать твой голос — после такого длительного перерыва, — сказала Кэт.

Отчаянными жестами она гнала Данта и Гарри прочь, чтобы поговорить по телефону без свидетелей. В голове ее проносились мысли: не хочет ли Джайлс сообщить, что получил зеленую карту? А может, он подал документы на американское гражданство? Кэт заметила, что щеки Гарри залил румянец. В мозгу ликующе пискнул тоненький голосок, но тут же потонул в грохоте цунами совести.

— Что поделываешь?

— Ну, то одно, то другое, — произнесла Кэт и, свирепо сдвинув брови, взглянула на парней.

Они насупились в ответ. Кэт подобрала телефонный шнур и, рассерженная, шмыгнула на кухню.

Ее снедало желание рассказать Джайлсу о своих успехах, о том, как она быстро — с места в карьер — продвигается по служебной лестнице. Но она не была уверена, что это не затронет его непредсказуемых понятий о профессиональной морали. Кроме того, он вряд ли слышал об Анне Флэйл и едва ли помнил остальных действующих лиц драмы. После почти трех недель молчания ей вообще не хотелось с ним разговаривать! Кэт подозревала, что изначальная договоренность не нарушать ее душевное равновесие эмоциональными контактами незаметно переросла в нечто иное.

Кэт даже не заметила, что тихо было на обоих концах провода.

— Но ты, я надеюсь, не перегружаешь себя работой?

У нее внутри все предательски перевернулось при звуках доверительно-учтивого голоса Джайлса, и она намотала телефонный шнур на запястье.

Кэт повернулась спиной к ребятам и изобразила на лице широкую улыбку в надежде, что она отразится в звучании ее голоса.

— Мне хотелось бы немножко везения. Я рассказывала, что мой парень в Чикаго, когда вернется — неизвестно, но я его по-прежнему жду?

— Ну, а что скажешь, если я сообщу, что он собирается радостно вернуться на следующей неделе?

Кэт сделала глубокий вдох и продолжала улыбаться, глядя на вентилятор.

— Ты возвращаешься в Англию?

Она затянула шнур на запястье еще крепче. За спиной раздался дуэт трагических вздохов. Она повернулась и увидела, что Дант и Гарри накинули телефонный шнур на шеи и стоят с высунутыми языками. Язык Данта был голубого цвета от коктейля из водки с голубикой. Гарри для усиления эффекта закатил глаза.

Кэт дернула телефонный шнур и прислонилась к стенке холодильника. Это было уж слишком!

— Фантастика! — выдавила она.

От напряженной улыбки у нее уже заболели губы, а голос был такой, будто ей только что сделали операцию по удалению мозолей.

— Фантас-с-с-с-с-стика, — выдохнул Дант.

Кэт показала ребятам два пальца в знак победы, и в зеркальной дверце духовки увидела, что Гарри распутал шнур и улизнул в свою комнату.

— По голосу не скажешь, что ты очень довольна, — заметил Джайлс.

— Джайлс, я очень взволнована, правда. Подожди секундочку! — она прикрыла трубку рукой. — Дант, убирайся! Сейчас же!

Он скорчил гримасу и поплелся в свою комнату, захлопнув дверь.

— Понимаешь, я очень долго старалась не думать о том, когда ты вернешься. Теперь мне страшно разочароваться. Так сложно реагировать на внезапные перемены.

Кэт открыла дверцу буфета, чтобы можно было одновременно смотреть на его фотографию и говорить с ним. Она разглядывала снимок, сделанный на костюмированной вечеринке в Замке Дарема, — он с черным галстуком в стиле Джеймса Бонда, она в перекошенных набок заячьих ушках, с растрепанными волосами. Сердце Кэт дрогнуло. Да, он собирается вернуться, но то, что было, уже не повторится.

— Предположительно, проект будет закончен к концу недели, — сказал Джайлс. После ухода Данта и Гарри Кэт заметила в его голосе загадочные нотки. Она медленно сползла на пол. — Я вернусь домой в течение десяти дней, я еще не до конца уладил все дела. Но думаю, что ты узнаешь обо всем самой первой.

— Великолепно, — промямлила она.

— На самом деле я звоню спросить, что тебе привезти из Штатов. Наряды? Тушь «Мейбеллин»? Могу ли я проникнуть в Тайну Королевы?

— Держу пари, что можешь, — ответила Кэт, не очень-то понимая, на что он намекает.

— Кэти, мы должны серьезно поговорить, когда я вернусь, — он понизил голос до шепота. — Очень многое изменилось с тех пор, как я уехал.

Кэт вздрогнула в предчувствии трагедии. Сердце сдавило в груди. Впервые в жизни ее пугала перспектива продолжения отношений. Обычно ее ужасала мысль о разрыве. Она потрясенно заморгала. Это отпущение было незнакомо Кэт, и справиться с ним оказалось нелегко.

Кэт отбросила эту мысль подальше. Она поймет, как поступить, когда эта проблема действительно встанет перед ней. А до тех пор она не собиралась позволять себе думать о том, что же имел в виду Джайлс. И чего же ей самой хотелось в глубине души.

В глубине души. Господи Иисусе! Неужели до этого дошло?

Она играла со словами-магнитиками на дверце холодильника.

Тьма. Возлюбленный. Туча. Течение.

— Джайлс, я знаю, что многое изменилось. Я понимаю, что мы должны все обсудить. Но давай не будем делать это по телефону. Может, дождемся встречи, и тогда мы сможем… ну, ты понимаешь.