Ксавьер Нил - Глухой (ЛП)

— Не разочаруй меня, Келлар, — Фрэнк выбрасывает вперед указательный палец.

Инстинктивно, я указываю своим на него.

Я приношу этому ублюдку столько денег, что он должен целовать мою мошонку.

— Именно об этом и подумал, — он давится смешком. — Подумай об этом, и подготовься соответствующе.

Неуверенный, воодушевление или нервозность перекачиваются по моим венам, я сую руки в карманы шорт, и все равно чувствую тревогу. Мне нужно к Макс. Нужно поговорить с ней об этом.

Вы можете представить выражение на ее лице? Ее восторг? Она всегда такая красивая, когда улыбается, особенно, когда речь идет о моей карьере и обо мне. Бл*дь, я сейчас улыбаюсь, как дебил.

— А я когда-нибудь выхожу на ринг неподготовленным?

Фрэнк опускает голову, будто чувствует стыд за то, что предположил такое.

Нахер его, он должен чувствовать стыд. Я сто процентов своего свободного времени провожу на сраном ринге.

­— Так я и думал, — я поворачиваюсь и собираюсь уйти.

— Увидимся в «Ночь Боя», Неразрушимый.

Я даже больше не дышу в сторону Фрэнка, когда продолжаю идти по коридору к маленькому кабинету, в котором, знаю, Макс практически живет. Большую часть своего времени они работает с тем ослом Тони.

О, что такое? Тот парень — настоящий червяк. Я бы, смеха ради, двинул ему в челюсть. Пусть знает свое место в ее жизни, которое — для протокола — здесь. И только здесь. Вы скажете ему об этом, или мне самому это сделать? Хотя, если это сделаете вы, он хотя бы еще будет дышать после этого.

Открывая дверь кабинета, я не удивлен, увидев его морду здесь, но меня шокирует, что Макс здесь нет. Я отказываюсь входить в кабинет, поэтому скрещиваю руки на груди. Не проходит и секунды, как он замечает мое присутствие.

Что я могу сказать? Я освещаю комнату.

— Могу чем-то помочь?

— Где Макс?

Тони засовывает карандаш за ухо.

Это должно сделать его круче? Потому что это делает его похожим на старшеклассника.

— Не здесь.

— Да ты просто кэп.

— Тогда почему спрашиваешь? — его обратный вопрос заставляет меня заскрипеть зубами, пока я сую руки в задние карманы.

Он, и правда, мне не нравится. Я уже упоминал это?

­— Ты знаешь, где она?

Хитрая улыбка крадется по его лицу.

Давай. Один гребаный удар. Это все, о чем я прошу.

— Знаю.

Я не в настроении играть в его игру, поэтому грубо рычу и спрашиваю:

— Где?

— Не здесь.

Кулаки снова сжимаются в карманах.

Видите? Он нарывается на нокаут.

— Ладно, — я медленно киваю, расслабляя кулак. — Я найду ее. Но хочешь небольшой дружеский совет? — Тони поднимает голову и ждет моего продолжения. — Если дело не связано с работой, держись нахер подальше от Макс.

Нормальный человек понял бы, что пора нахрен закрыть свой рот и отвалить. Вместо этого эта тупая задница широко лыбится.

— И в чем здесь дружественность?

— В том, что я не врезал тебе в морду кулаком.

Это факт.

Он кивает, но ухмылка, которая должна быть стерта с его лица, все еще там.

— И почему я должен держаться подальше от нее?

— Потому что.

— Исчерпывающий аргумент.

Мой кулак снова сжимается. Ярость, которую я сохраняю для зала, шипит от желания выйти наружу. Резко выдыхая, я произношу:

— Потому что она — моя.

Вот. Я сказал это. Я заклеймил ее. Она — моя.

­— А это так? — Тони откидывается в своем кресле. Карандаш, который торчал за ухом, теперь в его руках. Он постукивает по нему пальцем.

Выпрямляясь, я произношу.

— Да. Она — моя девочка. Так что отвали нахрен.

— Твоя девочка? — в его голосе прорывается намек на хихиканье.

К черту все. Я собираюсь выбить из него дерьмо. Даже не думайте останавливать меня.

— Если она твоя девочка, почему ты спрашиваешь меня, где она?

От его вопроса я до боли сжимаю челюсти.

— И если она твоя девочка, почему я знаю, где она, а ты — нет?

Мои глаза не отрываются от безмозглого отморозка передо мной, но мое терпение на его счет испарилось. Клянусь, еще одно слово…

— Она не твоя девочка, Келлар. — Его телефон начинает звонить, и он подвигает его к себе. Прежде чем ответить, он широко улыбается. — По крайней мере, пока… — не давая мне шанса ответить, он поднимает трубку. — Тони.

Он поворачивается ко мне спиной и начинает с кем-то разговаривать.

Он, бл*дь, правда, только что сказал мне это? Этот членоголовый только что сказал мне, что она — не моя? Что? Вы правда только что спросили меня об этом? Нет. Нет, я не думаю, что в его словах есть смысл. Он чертовски ошибается. Вы чертовски ошибаетесь. Закройте рты. Просто… заткнитесь.

Покраснев от злости, я разворачиваюсь и иду в направлении входной двери. Когда я выуживаю телефон из кармана, то едва контролирую пальцы. Несколько щелчков, и я набираю номер Макс, пока второй рукой машинально открываю дверь своего авто.

Наконец-то я слышу в трубке ее жизнерадостный голос.

— Алло?

— Где ты, ЧЕРТ ПОБЕРИ?

— А, так мы больше не здороваемся? — ее сарказм заставляет меня закрыть глаза.

Я не в гребаном настроении.

— Не заставляй меня повторять, Макс.

Она вздыхает.

— Дома.

— Почему ты, бл*дь, не на работе?

— Потому что я отпросилась до конца дня.

— Где ты, бл*дь, была?

Теперь я слышу раздражение.

— Гуляла.

— Где гуляла?

— Почему у меня ощущение, будто мне стоит позвонить адвокату?

Я ударяю кулаком по рулю, а затем рычу:

— Где, Макс?

— Гуляла! Везде! Господи, Логан, я ходила на занятие по йоге, которое прошло хреново, потому что я не рождена для того, чтобы скручиваться в крендель.

Я скручу ее задницу в крендель в своей постели. Отшлепаю ее за то, что сейчас она доставляет мне столько проблем.

— Заскочила в книжный магазин и прикупила новую книжку. Перекусила с Тони…

— Ты обедала с тем ублюдком?

Она еще раз выдыхает.

— Да.

— В забегаловке?

— Нет. Он повел меня в милый итальянский ресторанчик.

Конечно, он повел. Он, наверное, и счет оплатил. Пытался показать Макс, что он сделал бы для нее, если бы она была с ним. Нахер. Его.

— Рассказывать, что я ела?

— Макс… — я предупреждаю всего лишь тоном.

— После этого я принесла Эрин кофе-гляссе на работу и теперь собираюсь принять душ. Еще какие-нибудь сраные вопросы, господин адвокат, или мне можно покинуть зал заседания?