Франсуаза Легран - Знакомый незнакомец

— Проходите, мсье Леже, вы что-то забыли?

Катрин внимательно смотрела на Себастьяна, пока тот разговаривал со смотрительницей.

— Нет, — ответил он, — просто хочу показать Катрин свою сегодняшнюю пациентку.

— Проходите, — сказала дама. — Она уже на своем месте.

— Эй, что это за загадки? — поинтересовалась Катрин, дернув Себастьяна за рукав. — О какой пациентке идет речь? Разве ты доктор?

— Идем, идем! — Себастьян провел Катрин через большой зал первого этажа и, не дав даже взглянуть на экспозицию, повлек за собой наверх по винтовой лестнице. Катрин успевала выглядывать в узкие бойницы, через которые была видна роскошная гладь озера и черепичные крыши Анси.

Они прошли в небольшой зал, где была выставка старинных игрушек. В высоких стеклянных витринах стояли паровозики, кукольные домики, плюшевые зверушки и множество кукол. Великолепные фарфороволицые красавицы с капризно изогнутыми яркими губками и глазами, прикрытыми тяжелыми веками с ресницами из конского волоса. Настоящие королевы! И каждая из них была обряжена в пусть немного полинялое, но все же роскошное платье с кринолином, с низким декольте или глухим воротничком, отделанными великолепными кружевами ручной работы.

Катрин замерла у витрины с куклами.

— Ты это хотел мне показать? Они такие красивые, — обернулась она к Себастьяну.

— Я хотел показать тебе вот эту. — Себастьян указал на куклу с длинными каштановыми волосами, уложенными в сложную прическу: у нее были большие карие глаза и нежно-розовые губы. — Это к ней я приезжал, — сказал Себастьян. — Я — реставратор старинных игрушек. Кукольник. А эта красавица была больна. Механизм немного отсырел, и она перестала болтать. Пришлось ее немного подлечить.

— Кукольник. Надо же, как интересно! — Теперь Катрин все стало понятно. — И ты ездишь к ним по вызовам? — заулыбалась девушка.

— Только к таким редким красавицам. Некоторых мне привозят домой.

— Мсье Леже — настоящий мастер, — услышала Катрин за спиной голос служительницы. — Редкая сейчас профессия, таких искусников единицы.

— Спасибо за такое представление, мадам Клю, — улыбнулся Себастьян, — думаю, моя новая знакомая впечатлена. Так, Катрин?

— Точно, — кивнула девушка.

— Кстати, взгляни! — Себастьян снова указал ей на куклу. — Тебе не кажется, что вы с ней похожи?

Катрин вгляделась в фарфоровое личико, ей сейчас очень хотелось, чтобы кукла действительно была похожа на нее. Почему-то это казалось ей добрым знаком. Себастьян ехал к кукле и нашел ее живое воплощение.

— Может быть, ее тоже называли Катрин? — сказала девушка.

Себастьян подошел ближе и обнял ее за плечи. Катрин мгновенно почувствовала, как под теплом его руки тают ее последние сомнения в том, что она влюблена и хочет быть близкой с этим мужчиной.

Когда они вышли из замка, уже начало смеркаться. Себастьян посмотрел на часы. От этого жеста сердце Катрин болезненно сжалось.

— Тебе нужно ехать? — робко спросила она.

— Может быть, поужинаем сначала? Ты не против? — спросил Себастьян.

— Нет, что ты! — обрадовалась Катрин и одновременно ужаснулась тому, что, кажется, готова отдать многое за лишние часы с этим человеком.

За ужином Себастьян поддерживал непринужденную беседу, будто не замечая напряжения Катрин. Он расспрашивал ее о фотографии, просил показать как-нибудь ее работы. А Катрин могла думать только о том, что эти просьбы означают, что они еще встретятся. Она уже почти отказалась от намерения поговорить с ним о давней трагической истории — настолько ей не хотелось нарушать очарование их якобы случайного знакомства.

— Где ты остановилась? — спросил Себастьян после некоторого молчания.

— Еще нигде, думаю, сниму номер в гостинице. Я нашла одну по путеводителю. — Катрин чувствовала, что еще немного — и она заплачет. Себастьян посмотрел на нее и подозвал официанта.

— Нам еще бутылочку вашего вина, — попросил он и, когда вино принесли, налил еще немного Катрин и наполнил свой бокал.

Катрин смотрела, как густая темно-бурая жидкость наполняла тонкое стекло бокала. Точно так же и сердце ее наполнялось радостью и надеждой.

— Ты не поедешь сегодня домой? — спросила она.

— Слишком поздно… Во всех смыслах, — вздохнул Себастьян. — У меня здесь есть номер. Возможно, гостиница не та, в которую хотела попасть ты, но она тоже неплохая.

Глава 10

Когда Себастьян обнял Катрин прямо на пороге гостиничного номера, едва успев закрыть за собой дверь, то все напряжение дня прорвалось в девушке сильной дрожью.

— Что с тобой? — слегка отстранившись, спросил мужчина.

— Я… я не знаю, — едва не падая в обморок, пролепетала Катрин.

— Может быть, что-то не так? — заботливо спросил Себастьян.

— Просто со мной такого никогда еще не бывало… То есть я хочу сказать, что у меня не слишком-то удачный опыт, я совсем… — Она сбилась и замолчала.

— Эй, — прошептал Себастьян, прижимая девушку к себе. — Не волнуйся. У нас все будет или хорошо, или никак, если ты не хочешь.

— Хочу, — выдохнула Катрин, чувствуя, как Себастьян целует ее в шею.

Той ночью Катрин будто рождалась заново как женщина, узнавая свое тело вместе с Себастьяном, медленно и осторожно прокладывавшим им дорогу к наслаждению. Она почти не думала, что при этом чувствует он, и от этого все происходящее было естественным и уместным. Катрин поражалась пробудившейся в ней ненасытной чувственности, требовавшей все новых и новых ощущений. Даже во время коротких передышек тело Катрин не хотело расставаться с телом Себастьяна, ставшим таким близким для нее. Желая ощущать его каждой клеточкой рядом с собой, она даже на миг боялась разжать объятия.

Утро разбудило Катрин яркими лучами солнца, тонкими полосками пробивавшегося сквозь жалюзи. Девушка открыла глаза и взглянула на спящего Себастьяна. Она давно уже поняла, как распознать счастье. На мгновение у нее замирало сердце, а потом она чувствовала волнующий холодок где-то под ложечкой. Так бывает, когда взлетаешь ввысь на самолете или катишься вниз с американской горки: и жутковато, и удивительно приятно. В такие минуты понимаешь, что живешь. Живешь по-настоящему, а не прозябаешь в каком-то рутинном безвременье. Вот и сейчас Катрин ощутила знакомый жутковато-сладостный холодок в душе. Она с нежностью смотрела на безупречный профиль мужчины, лежащего рядом, его немного впалые щеки, покрытые сизоватой утренней щетиной, и еле удержалась, чтобы не поцеловать его.

Катрин откинулась на подушку, глядя на потолок, расчерченный полосами света и тени. Одновременно с ощущением счастья пришло щемящее чувство его мимолетности. Вот так, сегодня им придется разойтись по своим жизням, оставив в прошлом эту ночь. Не может же быть так, что Себастьян одинок. Да и у нее есть своя жизнь. Хотя теперь, пожалуй, это уже не то существование по инерции, которое она вела рядом с Тома. Катрин чувствовала в себе необыкновенные силы изменить все то, что так тяготило ее последнее время, и еще перед угрозой расставания она не потеряла решимости узнать правду об истории, описанной в «Птицелове». Только теперь Катрин полностью понимала героиню романа, не мыслившую свою жизнь без любимого человека и совершавшую самые безумные поступки ради того, чтобы удержать его рядом с собой. Катрин вздохнула, Себастьян пошевелился и открыл глаза.