Кимберли Пирс - Парни не плачут.

– У меня зависнешь!

– Давай-давай, махнём пивка на дорожку! – махнул ему рукой Джон. – Ну, старик?..

Встав на подножку фуры, угрюмец в белой шляпе, неизменно надвинутой на брови, кинул огромный термос в глубину кабины. Трястись всю ночь рядом с ним, подпрыгивая и клацая зубами при виде копов?.. Двух оборванных жителей Небраски за милую душу засунут в машину с мигалками, а дышащий весельем салон, полный молодёжи, гарантировал кое-какую безопасность… Кроме того, там была она … Долго раздумывать не приходилось; он сам не хотел прослыть трусом… со вчерашнего дня, а поэтому принял приглашения, втискиваясь между Томом и недоверчиво фыркнувшей Кейт.

– Э-э-эй!!

– Ура!

Это было похоже на американские горки, с поп-корном в руке и шипучкой на коленях… Плевать, что будет завтра… если голова кружится от счастья и потихоньку забываются проблемы – с кем ещё нужно считаться? Сигарету за ухо – и… Грёбаный мир скучает по тебе, чувак.

… Дьявольский холод, положительно! Или этот чудной тюремный хиппи с соломенными волосами опять возился с обогревателем?.. Томми, извини… Мотор закашлял. Брэндон вспомнил пологую равнину Небраски, по которой дядя Мюррей возил подержанные авто, и подумал, что здешним пацанам, не помнившим, что значит слово «работа», достаточно повезло. Выбора у него не было – последние медяки уже начинали пугливо вжиматься в подкладку кармана при приближении руки, чумовая рок-музыка ещё не выветрилась из ушей, пиво не кончилось… Белобрысый Том затолкал целый ящик назад! И ещё… ему очень хотелось оглянуться на Лану, но он держал себя в руках. Пусть её и не разглядеть было среди хохочущих подружек… Лана. Ла-на… Имя перекатывалось по языку, как сливовая конфета. Ой. Кажется, он напился, несмотря на зарок капли в рот не брать… Ветер взъерошил волосы, а потом будто хлопнул по затылку. Или нет. Это Джон! Шут бы его побрал. Синяк на скуле всё ещё болел.

– Значит, подбегаю я к дому, а там – сестра подвывает… Голая.

– Что, и ты испугался сестры? Или камеру тут же схватил?

– Ты мне рожи-то не строй, приятель… тоже хотел бы всех спасать, только не вовремя успеваешь. Вот-вот, другое дело! Дом пылает, девица в плач – и бежать, а я ведро с песком схватил… – блондин важно жестикулировал.

– Том у нас большой герой. Так, нюня?

– Ты всех спас? – Брэндон сбросил капюшон.

– Ещё спрашиваешь! Легавые притащили меня в участок и говорят: самый большой был пожар за пятьдесят лет! Я говорю – да ну! А они мне – ну да… во всех газетах Линкольна пропечатали. Может, ты даже видал…

– Смотрите все! – Джон прислушался к рёву. Кэндис тоже получила свой шлепок, только уже чуть пониже спины… Размазанные фигуры начали проступать в темноте, как чертёж на кальке. – Это хорошая развлекуха, чувак!

Том предусмотрительно отскочил от него, путаясь в двух ногах. После удачного падения на кресло в остове старой машины, Джон продолжил разглагольствования.

– Слушайте! Тут проходят практику крутые пожарники… Они могли бы Фоллз-сити отгрохать заново, столько бабок загребают за один вызов!.. Подумайте: сосунков учат не пахать носом грязь, а выживать в зверских условиях! Ха-ха, то есть никто не сможет отнять у тебя прибыльной работы, везде пригодишься! – в его чёрных зрачках плясали бесенята; может быть, это были сполохи от луча прожектора, которым баловались самые надравшиеся водители.

– Переворачивать бургеры – работа для зануд!

– Мне по душе крутая работа! – восторжённо присоединился Брэндон. – Не то, чтобы вкалывать, но… Пожарники путешествуют, а я не прочь побывать Мемфисе, в Теннеси, или к Грейсленду поближе.

– Болван, ты что-то перепутал, Теннеси – это штат, Мемфис – его столица, родина Элвиса, значит, Грейсленд там же! – Том хохотнул.

– Я знаю.

– Тебе работать не надо, ты можешь развлекаться круглые сутки!

Лана бросила бутылку на землю – похоже, ей эти рассказы давно надоели. Если ей… то… то, кажется, и ему. Божественный голос. Божественное лицо. И глаза! Нет, эта девушка не для маленького городка, где бездомные пацаны гоняют по пустырю гремящий грузовик, где не приемлют ничего, что не было бы «нормальным» – секс, хард-рок, и грязные деньги…Очередной акробат не удержался на доске, приколоченной к днищу прицепа, и комок из штанов и воплей благополучно очутился в луже, поцеловавшись с матушкой-землёй. Чего им нужно?! Однако все его спутники восхищённо захлопали, то ли радуясь неудаче, то ли просто имея повод для весёлого времяпровождения.

– Хотите настоящей опасности, тащите народ сюда, на вышку…

– Вот козлы, больше никто и не хочет… – грузовик затих у натасканной Бог знает откуда кучи брёвен; драчуны предпочли удалиться к костру, откуда пахло сгоревшими сосисками. Водители тоскливо поглядели по сторонам, перекидываясь репликами и срывая звенья сетки, отгораживающей два передних сиденья непосредственно от прицепа. – Мотор посадили, что ли?

– Я тебя прошу, эта кляча семь лет работала, ещё нас с тобой переживёт. Машина – как хорошая баба, сносу ей нет, и работает верно. – Джон попытался было внедриться в тесную девичью компанию, но её обитательницы тут же показали коготки. У-у-у… Ветер забрался под ковбойку; Брэндон запрокинул голову, чтобы ткань коснулась затылка. Взгляд ослепительно голубых глаз направился вслед за лохматым ёжиком его волос. Что ???

– Пошли-пошли, дурилка картонная… – Том уж если про что прознавал, то не отвязывался. Идея с грузовиком пришлась ему по вкусу.

– Нет, я пью! – Джон перехватил горлышко бутылки, словно готовясь к удару, и пригладил бороду. – А ты уделываешь штаны, едва этот агрегат завидишь. Брэндон!..

– Что? – испуганно вздрогнув, юный Тайсон размером с Дюймовочку оторвал глаза от силуэта блондинки, чьи длинные волосы развевались по ночному ветру. Вожак усмехнулся.

– Давай, жеребец. Твоя очередь покататься на лыжах. Пошли!.. – загораясь новой мыслью, он вскочил на ноги, разминая их и пытаясь чеканить шаг. Ох, чёрт, и сильные же руки – воротник куртки жалобно треснул, а Лана, кажется, продолжала смотреть… – Раз-два!

Проклятый бар. Проклятая жизнь . Пора собирать чемоданы и убираться, а то дыра затянет её, как старое потухшее болото… Ремень джинсов больно впился в кожу; Лана поморщилась. Как всё приелось, это только после трёх порций водки настроение приходит, а Кэндис нарочно ещё разбавляла… Дурацкие лыжники . Полуразвалившийся остов вышки устремлялся в небо, как маяк, со специальной мигающей лампочкой – для летящих вниз звёзд… Принёс бы ей звезду худой симпатичный ангел, из тех, что имеют свободное представление о жизни. Надоела скука, то, что все себя не видят и корят других за желание пожить с удовольствием… Существовать на этом свете, пить пиво в разлив, мешая его с джином, клеить обои с маргаритками и писать на них изречения из книг… ходить голой по комнате, зная, что никто не подумает о том, что джинсы ей на себе не нравятся! Что там. Чудес не бывает. Прочертила небо косым хвостом искра… из леса наступал туман… Лана опустила глаза. И тут же его нашла – кареглазого смущённого ангела в замшевой нелепой куртке, с стиснутыми от испуга губами.Джон толкнул его вперёд, по жиже цвета отравленного молока. Брэндон поёжился. Водители загоготали.

– Говорю для всех, это Брэндон! Пожарник экстра-класс, задиристый, такой, что пальца в рот не положи! Бешеный! Давай, чувак, не подведи. – последние слова сопровождались ободряющим хлопком по спине. А он не против его покалечить – ради зрелищ, кажется.