Хизер Грэм - Бурный рай

Работа в бригаде помощи голодающим всегда доставляла девушке удовольствие. Ей нравились товарищеские отношения с коллегами, общение с людьми и чувство собственной значимости. Но с приездом Крэга Тейлора она поняла, что не только работа может вернуть ей радость жизни, утраченную со смертью Рэя. В душе у нее вновь затеплился какой-то огонек. Теперь Блэр с радостью встречала каждый новый день и с небывалой энергией бралась за обычные мелкие дела. Вот и сейчас она остро чувствовала свежесть утра, с наслаждением вдыхала восхитительный аромат горячего кофе и внимала каждому шороху джунглей.

Ее сердце открылось навстречу новому счастью.

– И все-таки, мистер Тейлор, – бормотала Блэр себе под нос, разливая кофе по двум чашкам, – я вам не доверяю… – Она вдруг отчетливо вспомнила, как он стоял перед зеркальцем: крепкая загорелая спина, сильные мускулистые ноги, обтянутые джинсами. Даже зажмурившись, она видела его фигуру. – Но я рада, что вы есть. Она принесла ему кофе.

В то утро тон их отношениям задал Крэг. Он проводил с Блэр почти все свободное время, но по-прежнему не позволял себе никаких вольностей.

Это было очень удобно. Убедившись, что Крэг не станет ничего от нее требовать, а возьмет лишь то, что она захочет дать, Блэр постепенно избавлялась от излишней тревоги.

Она со страхом ждала неизбежной любовной близости, но время шло, они все лучше узнавали друг друга, и страстное желание постепенно побеждало страх.

«Он завоевывает мое доверие своим мужским обаянием», – с иронией думала девушка. Интуиция подсказывала ей: здесь что-то не так. Но шли дни, и подозрения притуплялись. Она видела, с какой неутомимой энергией работает Крэг, и стала сомневаться в том, что он может быть в чем-то неискренен.

Деревенские дети, которые сначала относились к этому бронзовому исполину с таким же благоговением и страхом, как и сама Блэр, теперь стайкой вились вокруг него. На их откровенное обожание он отвечал сдержанной, спокойной заботой, а иногда вырезал из дерева маленькие игрушки и дарил ребятишкам, прежде чем отправить их домой. Блэр быстро заметила, что этот человек верен своему слову. Он неукоснительно исполнял все свои обещания.

Как-то в конце дня, через две недели после приезда Крэга в лагерь, Блэр мечтательно наблюдала за ним из больничной палатки. Она не заметила, как к ней подошел доктор Харди, и вздрогнула, услышав его смешок.

– Все еще шпионишь за бедным парнем? – спросил он, добродушно приподняв кустистые брови. – А я-то думал, вы с ним подружились: каждый вечер вдвоем и воркуете, как два голубка.

Щеки Блэр окрасились легким румянцем.

– Я не шпионю за ним, Том, а просто смотрю.

– Причем все время, – лукаво заметил доктор и снова усмехнулся. – А впрочем, так ему и надо, ведь он тоже не сводит с тебя глаз.

– Правда? – удивилась девушка. Неужели Крэг тоже за ней подглядывает?

Доктор усмехнулся во весь рот:

– Я сразу сказал: этот парень к тебе неравнодушен. И готов спорить, что ваши чувства взаимны!

Блэр не стала опровергать это утверждение, только хмуро сдвинула брови.

– Но почему он не сводит с меня глаз? – вслух размышляла она, вопросительно глядя на доктора. – Вам не кажется, что это подозрительно?

– Ох, Блэр! – хмыкнул Том. – Ты все еще пытаешься уличить Тейлора в чем-то? В том, что он на тебя заглядывается, нет ничего подозрительного. Он здоровый молодой мужчина, и я бы сказал, что его интерес к тебе совершенно нормален. Да ты сама глаз с него не спускаешь, милочка. Может, я и тебя должен в чем-то подозревать?

Девушка нехотя признала его правоту.

– Тейлор для нас – просто манна небесная, – сказал доктор. – Я буду счастлив, если он пробудет в бригаде хотя бы несколько месяцев. С ним мы на неделю опередили график. – Тут Том удивленно покачал головой, словно не веря, что такое возможно. – Даже если парень что-то скрывает – какое мне до этого дело? Главное, он прекрасно работает.

Блэр пожата плечами:

– Наверное, вы правы.

– Ты все еще ему не доверяешь?

– Нет, теперь доверяю… почти всегда, – призналась Блэр.

– Почти всегда? Значит, иногда все-таки не доверяешь?

– Да. – Она удрученно вздохнула.

– Ох уж эти женщины! – фыркнул доктор Харди. – Ты проводишь с ним столько времени и знаешь его лучше, чем все мы. О чем же вы с ним говорите?

– О разном. – Блэр беззастенчиво выудила из нагрудного кармана доктора пачку сигарет, взяла одну себе, другую протянула ему и прикурила от маленькой пластмассовой зажигалки. – Крэг много путешествовал. Мы рассказываем друг другу о разных странах, обычаях. Об искусстве, о музыке. – Она замолчала и снова нахмурилась.

– В чем дело?

– Вам не кажется, что он чересчур хорошо говорит по-испански?

– Ну и что? Мы все говорим по-испански. Нетрудно научиться, когда целыми днями слышишь испанскую речь!

– Да, но он умел говорить, когда приехал сюда. Доктор Харди вздохнул и устало опустился на койку.

– Блэр, я сам говорил по-испански задолго до того, как сюда прибыл. Просто у Тейлора врожденная склонность к языкам. Такое случается. Ты и сама…

– Склонность к языкам? Что вы имеете в виду? На скольких же языках он говорит?

Доктор понял, что проболтался, и небрежно пожал плечами:

– Свободно только на пяти.

– Только на пяти?!

Ее коллега снова пожал плечами:

– Я случайно узнал об этом на днях. Нам надо было срочно перевести письмо одного немца. Тейлор какое-то время жил в Германии. Я не стал тебе говорить, заранее зная, как ты это воспримешь.

– Вообще-то я уже почти перестала его подозревать, – сухо призналась Блэр, – но теперь, наверное, начну снова.

– Потому что парень, похожий на Геркулеса, оказался еще и умен?

– Ладно, не будем заводить старый спор. Я не могу объяснить вам то, что чувствую.

– А я объясню тебе, что ты чувствуешь, моя дорогая, – строго сказал доктор. – Ты должна принимать свои чувства, а не бороться с ними. Тейлор тебе нравится, но ты боишься и всеми способами пытаешься защититься. Тебе не нужно защищаться, Блэр. Ты должна принимать все как есть.

Блэр задумчиво покусывала губу. Может, доктор прав и она действительно прячется за мнимыми подозрениями, подсознательно считая, что сердечная привязанность неизбежно повлечет за собой страдание?

– Я принимаю, док, – тихо сказала девушка, – вы же сами заметили, что я провожу с ним все свободное время.

– Да. – Том глубокомысленно улыбнулся, потом встал и затушил окурок в пепельнице на ночном столике. – В общем, ты изучала психологию в колледже и должна знать, что происходит в твоей собственной душе. Хотя вряд ли нам понадобится Фрейд, чтобы объяснить эту ситуацию! – Он засмеялся и взъерошил свои волосы. – Ладно, иди купайся, а то мужчины начнут волноваться. Кейт уже ушла к ручью. Мне тоже хочется освежиться после жаркого дня. Не томи меня, старого.