Кэти Летт - Как убить своего мужа и другие полезные советы по домоводству

А Рори все продолжал долбиться. Если бы он и правда что-нибудь мастерил, сейчас я, наверное, была бы какой-нибудь этажеркой со встроенным шкафчиком для стерео и поворотной панелью под телевизор. Интересно, поймет он намек, что я не особенно-то в восторге от его потуг, если я, скажем, достану пилочку и займусь своими ногтями?

Я вздохнула с облегчением, почувствовав, как нарастает его темп.

Рори всегда кончал одинаково. Серия идентичных стонов, переходящих в цикл мини-стонов, в свою очередь вырастающих в одну гигантскую модуляцию, завершающуюся финальным всплеском и, несколькими минутами позже, раскатистым храпом.

Я лежала на боку, глядя на полоску света, проникающую под дверь спальни. Наверное, мне нужно стараться сильнее. Надеть прозрачную сорочку, взять рецепт на виагру для женщин (кстати, а есть такая?) — может, даже самой сделать первый шаг? В конце концов, один хороший поворот приносит большую часть одеяла[16], подумала я, когда Рори дал крен и арктический холод облапал все мое тело.

С болью в сердце я призналась себе, что Джаз попала в самую точку. Мысль о ее злорадстве была просто невыносимой. Скатываясь в сон, я твердо решила не признаваться ей, что «Сексуальная свобода» — это на самом деле свобода не заниматься сексом с собственным мужем.

Глава 4

Есть ли жизнь после измены?

— Ты права. Моя сексуальная жизнь — дерьмо, — выпалила я, едва услышав в трубке голос Джаз.

Первым делом с утра я позвонила лучшей подруге.

— А что не дерьмо в супружестве?

Голос Джаз заметно сипел с похмелья.

— Наверное, я просто отказываюсь признать очевидное, — подытожила я. — А как у тебя? Что было после того, как все разъехались? Ты высказала Стадзу, что думаешь насчет его маленького медового месяца на Виагарском водопаде?

— Я страшно разозлилась и сразу пошла в постель. Но он приперся следом и попытался заняться сексом. Представляешь? Сказал, что с той самой минуты, как я уделала его за ужином, ему хотелось лишь одного — заняться со мной любовью. Причем жутко.

— И что ты ему ответила?

— Что как он хотел, так и получилось. Жутко.

Я хрюкнула в трубку.

— Но ты спросила у него про виагру?

— Он уверяет, что это для меня. Мол, он экспериментировал втихаря, сам с собой, но у него ничего не вышло. Зато теперь он якобы довел дозировку до совершенства.

— И ты ему веришь?

Пауза.

— А у Элтона Джона волосы свои или парик? — вопросом на вопрос ответила Джаз.

— Понятно. И каков план?

— Пора немного поиграть в шпионок.

— И что конкретно ты предлагаешь? Превратиться в Джейн Бонд, суперагентшу?

— Я говорила тебе про наш маленький отпуск в Шри-Ланке? Мы собирались туда, чтобы отпраздновать годовщину свадьбы.

Дэвид Стадлендз, доктор-гуманист, берет отпуск только в тех случаях, когда речь идет о пытках и издевательствах. Конго, Алжир, Судан, Бирма, Ачех[17] — вот наиболее яркие путешествия его бедной супруги. Счастливым Дэвид чувствует себя лишь в каких-нибудь грибковых джунглях с полчищами малярийных комаров или вооруженных до зубов террористов. В конце концов Джаз перестала с ним путешествовать. «Я не хочу проводить отпуск там, где еще вчера было неспокойно», — пояснила она. В один прекрасный день Дэвид объявил о поездке в Диснейленд, и Джаз не на шутку изумилась:

— Диснейленд? Ты серьезно?! Класс!

Единственное, о чем она тогда не подумала, так это что в штате Флорида до сих пор действует смертная казнь, а тамошний Диснейленд находится в непосредственной близости от Гэйнсвилля — городка, где расположена тюрьма для смертников. И ей снова пришлось таскаться с маленьким сыном по гигантскому парку аттракционов — своего рода смертная казнь для любой матери. «Позвони в Амнистию, — прислала она тогда СМСку. — Срочно нужна помощь. Мама-мертвец идет».

— В Шри-Ланке?

— Да. Дэвид собирался лечить там уцелевших после цунами, в перерывах между бокалами «пина колады». Однако потом ему пришлось отменить поездку — якобы из-за срочной работы в Лондоне, — но он все равно настаивает, чтобы я ехала одна.

— А ты?

— Скажу ему, что еду, а сама… Кэсси, ты сильно занята в ближайшие несколько вечеров?

— Да в общем-то нет. Наверное, буду сидеть дома, волоски из носа выщипывать. А что?

— Я собираюсь сделать вид, будто еду в аэропорт, а сама спрячусь у тебя и понаблюдаю, что за визиты наносит наш добрый доктор, пока его женушка в отъезде. Ты мне поможешь?

Мое сердце ухнуло в бездну не хуже «Титаника».

— Следить? Но разве это не противозаконно?

И все-таки я не смогла отказать Джаз. В критических ситуациях она неизменно приходила мне на помощь. Вот Ханна — та, наоборот, полная ее противоположность. «Ах, дарагуша, я бы с удовольствием, но ты же знаешь, у меня аллергия на детей». Хотя, как позже я объясняла Рори, я честно пыталась отговорить Джаз от этой безумной затеи.

— Само собой, Джаз. Ты всегда желанная гостья. Но ты же знаешь, я замужем за ветеринаром. А его кабинет в соседнем доме, сразу за стенкой. И по ночам просто невозможно уснуть — лежишь и думаешь, а вдруг кто из его подопечных сбежал… с клыками, с которых капает яд и которые этот кто-то собирается всадить в твое тело.

Я предупредила ее, что мой муж лучшим средством обороны считает кухонное полотенце. Хотя лично я предпочла бы команду спецназа. Однако Джаз уже ничто не могло остановить. Подруга полностью переключилась в режим мисс Марпл.

Была, правда, во всем этом и позитивная сторона. На целую неделю я обретала то, о чем мечтала всегда. Домработницу. И пока я торчала в школе, Джаз расчищала авгиевы конюшни — мою давно пришедшую в упадок халупу. Загоняла в стойло разбежавшихся псов, ходила за провизией, стирала белье и готовила обалденные ужины. Джаз — из тех, кто подает марочное шампанское в хрустальных фужерах, но если в моем бардаке вам удастся найти остатки дешевого вина в какой-нибудь банке из-под джема, с хороводом динозавриков на полуоторванной этикетке, можете считать, что вам повезло. Дети давно уже окрестили мои ужины ВДРС — Вчерашняя Дрянь, Разогретая Снова.

Еще она помогала Джейми и Дженни с уроками — задача, от которой лично я сразу впадаю в кому. Разумеется, я обожаю своих детей, причем с первобытной страстью, но вообще-то утренний токсикоз у меня появился после их рождения.

Дети — они как компьютеры. Ты понятия не имеешь, что тебя ожидает, пока не притащишь коробки домой и, разложив все на полу в кабинете, вы с мужем не начнете орать друг на друга, выясняя, кому первому пришла в голову дурацкая идея обзавестись этой хреновиной. Родители же, наоборот, — это настолько элементарно, что управлять ими может даже младенец. Мои дети вертят мной с момента своего рождения.