Тиана Веснина - Брачный приговор, или Любовь в стиле блюз

Милла мельком взглянула на него.

— Но ваш голос меня потряс! — горячо продолжил он.

— Спасибо, — сухо отозвалась Милла.

Михаил запел свой старый хит. Милла позабыла обо всем, вернувшись в то время, когда она еще только восходила на эстрадный Олимп.

— Алан, — услышала она и сразу не поняла, что американец назвал себя и ждет от нее ответного шага.

Она несколько сконфуженно произнесла:

— Милла.

Он склонил голову набок и повторил:

— Милла. Звучит очень мелодично, — и без перехода сказал: — Вам надо петь на большой эстраде.

Она усмехнулась, посмотрела ему в глаза.

— Уже пела, — встала и, извинившись, ушла, накинув на плечи шаль.

Тони едва не побежал следом за ней.

— Такой шанс! Такой шанс! Его завтра же подхватит какая-нибудь… — в отчаянии, чуть ли не хватаясь за голову, восклицал он.

Микки положил ему руку на плечо:

— Не паникуй! Сам знаешь, судьбу не обойдешь.

— Но каждый пытается!

Завернувшись в шаль, Милла сидела на веранде своего бунгало. Почувствовав утреннюю прохладу, она поднялась с плетеного кресла, лениво потянулась и вдруг заметила тоненькую фигурку, перебегавшую на цыпочках от куста к кусту. Она вгляделась в нее. В коротенькой полупрозрачной ночной рубашке пробиралась к своему бунгало Аглая. Увидев Миллу, она оцепенела. Прикусив от досады губу, огляделась по сторонам и поспешила к ней.

— Доброе утро, — произнесла она и замялась. Но быстро собралась с духом. — Вы только никому не говорите, что видели меня, ладно?! Я вам потом все объясню. А сейчас мне надо бежать, Мишенька может проснуться.

«Заботливая жена, — отметила Милла. — И то хорошо!»

Аглая отыскала Миллу на пляже.

— Обгорите, — сказала она.

Милла приоткрыла глаза.

— Верно. Ночь не спала и вот, на пляже задремала. Солнце кажется таким ласковым…

— Пойдемте выпьем чего-нибудь прохладительного, — предложила Аглая.

— А я так спала восхитительно, — присаживаясь на табурет перед стойкой, сказала она и потянула через соломинку фруктовый коктейль. — Вы только не подумайте чего. Я Мишеньку не собираюсь бросать. Хотя, конечно, когда-нибудь придется.

— Почему? — удивилась Милла.

— Ну как же! Он уже сейчас, скажем, не очень молод. А лет через пять!.. — повысила она голос и махнула рукой, давая понять, что тут и говорить не о чем. — Вот мы вчера прилетели, столько интересного! Не до сна! А он на пляже повалялся, поплавал, вечером на гитаре поиграл, и только мы вошли в бунгало, на ходу разделся и завалился спать. Я предвидела, что так будет. Поэтому на пляже познакомилась с местными ребятами. Они такие обалденные… кожа нежная… смуглая, а волосы мягкие, все в кудряшках… А как он целуется… — она даже приоткрыла рот от воспоминаний. Опомнилась, что слишком уж разоткровенничалась. Но потом решила продолжить, раз уж начала. — Его зовут Марио. Он студент. Приехал на каникулы. Мы с ним перекинулись парой слов, пока Мишенька нырял, и договорились встретиться ночью. Как только Мишенька захрапел, я побежала к нему. Ах! Какой ночью песок на пляже теплый… И мы с Марио… — ее глаза подернулись влагой, — это неописуемо!.. Ну, вы сами посудите, приехать сюда, за тридевять земель, и заниматься любовью с Мишей. Что нового я узнаю? Почувствую? Чем обогащу свою душу? Чем расширю свое понимание Вселенной?

— А Марио здорово помог в этом понимании?

— О, еще бы! Было такое ощущение, что я летала там, — взмахнула она рукой, — между звездами… Ах! — вспыхнула она. — Вон он, со своим другом.

Милла посмотрела в направлении, куда взглядом ей указала Аглая и увидела двух атлетически сложенных ребят. Высоких, черноволосых, смуглых. Они подошли к Аглае.

— Hello! — поцеловал ее в щеку один из них.

— Hello, darling![2] — кокетливо проворковала Аглая.

— Марио, — представился он Милле.

— Очень приятно, — переходя на английский, ответила она.

— А это мой друг, Анджело.

Анджело, сказал: «Привет» и поцеловал Миллу в щеку.

— Ой-ой! — испуганно запричитала Аглая, втягивая голову в плечи. — Мишенька идет. Милла, умоляю. Мальчики — ваши знакомые. А я…

Она спрыгнула с табурета и, прячась за стойкой, выскочила из бара. Милла хотела тоже уйти, но к ней уже шел улыбающийся Михаил.

— Привет, не видела Аглаю?

— Нет.

— А это твои друзья? — спросил он, взглянув на красавцев аборигенов.

— Да… На пляже иногда встречаемся.

— О! — раздался голос Аглаи. Она направлялась к ним, придерживая шляпу на голове.

— Здравствуйте, — невинно хлопая ресницами, поприветствовала она Миллу.

— Привет. А это мои друзья, — была вынуждена сказать Милла, так как «друзья» не собирались уходить.

Они провели церемонию знакомства с Аглаей, при этом каждый поцеловал ее в щеку, что очень не понравилось Мише.

— Ну… ладно… — поспешила заполнить возникшую паузу Милла. — Марио, Анджело, идите, я присоединюсь к вам чуть позже…

Парни бросили:

— O’key! — и нехотя ушли.

— Это кузены моей островитянки, преподавательницы музыки, — почему-то сочла нужным объяснить Милла. — Тони говорил тебе, что я беру уроки?

— А, да! — с облегчением воскликнул Михаил. — Что, Аглаша, пойдем искупаемся, — обратился он к жене.

— Неа, ты иди, а я с Миллой посижу. Можно? — взглянула она на нее.

— Конечно. Буду рада. Поболтаем о Москве.

— Фух, — выдохнула Аглая, когда Старов ушел. — Мишка такой ревнивый!.. Спасибо, что выручили.

Милла усмехнулась.

— А зачем ты замуж за него вышла? Если он… старый для тебя?

Аглая присвистнула от удивления.

— Как это зачем? Старов! Это же имя! Конечно, несколько потускневшее, но тем не менее. Кем я была до него? — уставилась она огромными немигающими глазами на Миллу. — Никем! — На лице Миллы выразилось недоумение. — В том смысле, — принялась объяснять Аглая, — что меня никто не знал. Ну, одноклассники, ну, еще с десяток человек наберется. А теперь! — с неким торжеством возвысила она голос. — Вот вышла бы я замуж за ровесника. Славного, милого… Кто бы об этом узнал? А так, — в нескольких журналах поместили наши снимки. В одном — даже на первой обложке. Это не говоря о газетах. И по телевизору в трех программах мы участвовали. Мне вопросы задавали и слушали, что я отвечаю! А раньше всем было наплевать на мое мнение. И впереди — перспективы! Мы скоро новый компакт-диск начнем записывать. Я, между прочим, Михаилу ох как помогаю. Он такие песни написал! Сплошь хиты! И прямо во всех интервью говорит, что это все только благодаря жене. Я хочу знаменитой певицей стать. Вернемся в Москву, пойду учиться джазовому вокалу. Потому что время у поп-певцов все же ограничено. А вот если ты поешь джаз, то… — закатила она глаза. — Вон, как Сезария Эвора. Уже совсем старая, а поет, и все с ума по ней сходят!