Мэрилин Джордан - Сначала свадьба

— Входи. Дверь открыта.

— Лорел! — Стоя в холле, Джинни вся сияла от радости. — Ты выглядишь просто великолепно! Мне нравится, когда у тебя распущенные волосы. Ой, а это жемчуг твоей бабушки? Почему ты не подождала меня? Я бы помогла тебе одеться!

Не умолкая ни на минуту, Джинни взбежала по лестнице вверх. Не любить ее было невозможно.

Милая Джинни! Она принадлежала к тем редким натурам, которые неизменно видели в людях только хорошее. Маленькая и живая, Джинни, казалось, никогда не знала покоя. Даже просто разговаривая, она оживленно жестикулировала, а ее короткие темные волосы то и дело взлетали в воздух от энергичных кивков головой. Они с Лорел стали неразлучными подругами с седьмого класса, когда ее родители приехали в Аккер-Вэлли.

Стоило Джинни появиться в доме, и весь мир вокруг Лорел закружился с бешеной скоростью. Буквально через несколько минут у крыльца бесшумно остановился лимузин, и не успела Лорел опомниться, как машина рванулась с места, неумолимо приближая ее к той ужасной минуте, когда ей придется встать бок о бок с Беном Сэйером на виду у всего города. Том Глисон, мэр Аккер-Вэлли и старинный друг бабушки Лорел, уже ждал их в холле гостиницы, чтобы вручить невесту жениху. Увидев ее, он восторженно поцеловал кончики пальцев. Широкое, изборожденное морщинами, но все еще красивое лицо мэра расплылось в улыбке.

— Ты восхитительна, дорогая. Твоя бабушка, если бы ей довелось увидеть тебя сегодня, была бы по-настоящему счастлива!

— Спасибо, Том, — еле слышно пробормотала Лорел, с трудом проглотив вставший в горле комок.

— Держу пари, бабушка бы глазам своим не поверила, — с лукавой усмешкой добавил Том. — Помнишь, как она вечно переживала из-за того, что ты никак не выйдешь замуж?

— Да уж. — Лорел удалось выдавить из себя улыбку, хотя она чувствовала, как к глазам подступают слезы. Интересно, что бы сказал Том, если бы узнал, каким способом в конце концов бабушка заставила любимую внучку выполнить свое заветное желание — обрести мужа и найти семейное счастье...

— Во всяком случае, молодая леди, — хриплым, взволнованным голосом добавил Том, — тебе давно пора немного отдохнуть от работы и перестать торчать в этом проклятом магазине с утра до ночи. Нельзя же вечно трудиться как вол, честное слово! Зато теперь повеселишься вволю!

— Ну, не совсем так, — хихикнула Джинни, добавив еще один цветок в букет невесты. — Можете себе представить, мэр Глисон, они ведь даже на медовый месяц никуда не поедут!

— У Бена на попечении сейчас несколько собак, которых он не может оставить, — этот предлог они придумали заранее, — а в магазине близится время большой летней распродажи, какой уж тут медовый месяц! Ты же знаешь, Джинни!

— О, конечно! — Подруга понимающе возвела глаза к небу. Потом, приподнявшись на цыпочки, почти прижалась губами к уху Лорел. — Держу пари, служащие «Уайтком департментс» ничуть не обидятся, если ты по вечерам будешь незаметно выбираться из магазина, чтобы провести часок-другой в объятиях своего работяги мужа!

— Джинни!

— Нет? А я бы так делала непременно! — весело хихикнула та. — Ой, послушай, кажется, это музыка!

Значит, свадьба все-таки состоится. Опершись о протянутую руку мэра, Лорел вдруг почувствовала себя актрисой, стоящей на сцене перед готовым вот-вот взлететь занавесом и понимающей, что забыла свою роль.

Лорел огляделась по сторонам, но все показалось ей таким далеким и нереальным, словно она смотрела на мир сквозь перевернутый бинокль. Желудок вдруг скрутила судорога, а в горле встал тугой комок, так что Лорел едва могла дышать. «Я не готова к этому!» — взмолилась она.

Но все мысли разом выскочили у нее из головы, когда мэр Глисон, ведя ее под руку, двинулся в сторону комнаты, где должна была проходить свадебная церемония. Человек, в котором она с трудом узнала управляющего отелем, улыбнувшись, торопливо распахнул перед ними тяжелые двойные двери, а его помощник суетился рядом, придерживая и закрепляя створки, пока те не застыли в полной неподвижности. Лорел почти чувствовала нарастающее возбуждение тех, кто ждал ее там, внутри, слышала, как огромная толпа разом затаила дыхание.

Раздались первые такты марша Мендельсона, и собравшиеся поднялись со своих мест, чтобы посмотреть на невесту. Целое море взволнованных лиц вдруг окружило ее со всех сторон, и Лорел почувствовала, как вспыхнули ее щеки. Но едва рука Глисона потянула ее вперед, она снова побледнела, и вот они уже в сопровождении Джинни движутся по проходу между скамьями, и над головой их торжествующе гремит свадебный марш.

Слуха Лорел коснулись восторженные аханье и шепот, пробежавшие по рядам при ее появлении. Но она не нашла в себе сил повернуть голову, сделав вид, что не услышала. Сейчас она просто не могла позволить себе кого-то узнать. При одной лишь мысли о том, что среди этой толпы вдруг мелькнет чье-то знакомое лицо, озаренное сияющей улыбкой, ей чуть не стало плохо.

Если бы не Том, по-прежнему державший ее под руку, Лорел зажмурилась бы, как испуганный ребенок, и рванулась бы прочь в надежде спастись от этого кошмара. И тем не менее она не опускала глаз. «Да и к чему бежать? — устало подумала она. — От себя спрятаться невозможно».

Но тут ее взгляд упал на Бена. Он стоял в самом конце комнаты рядом с мировым судьей, и дымка, застилавшая глаза Лорел, внезапно исчезла. Все сразу стало резким и отчетливым, как в фотоаппарате с хорошо настроенной резкостью. Разом исчезла огромная толпа, окружавшая ее, и остался только он один.

Лорел почувствовала, что не в силах отвести от него взгляд. Впрочем, зачем ей это делать, по своей обычной привычке начала подтрунивать она над собой. В конце концов, ведь именно такого поведения от нее и ждут. Как любая невеста, она должна с обожанием взирать на своего суженого, с которым буквально через несколько минут они станут мужем и женой, чтобы любить и лелеять друг друга до самой смерти.

Бен в своем черном смокинге выглядел на редкость импозантно. По правде говоря, он показался ей чертовски привлекательным и в обычной рубашке и галстуке, как в тот первый раз в клинике. А сейчас при одном только взгляде на него у Лорел захватило дух. Несмотря на твердую решимость сохранять ледяное спокойствие, сердце ее застучало вдруг часто-часто, кровь прилила к щекам, а в ушах зашумело. Краем глаза Лорел вдруг заметила, что все вокруг них улыбаются и кивают. Кое-кто, казалось, просто сиял от счастья. Господи, почти с испугом подумала она, неужели на нее уже махнули рукой, зачислив в разряд старых дев? Бен по-прежнему выглядел абсолютно невозмутимым. Прищурившись, Лорел принялась исподтишка наблюдать за ним. Черт возьми, неужели ему не хватает ума хотя бы притвориться растерянным или взволнованным, как это свойственно жениху в такую минуту?!