Льюис Дженнифер - Серенада для любимой

— Я нашла для тебя «Чириоуз», Ники. Иди поешь. — Она протянула руку. Ники посмотрел на нее, затем снова переключил внимание на кораблик с полосатым парусом. — После завтрака ты продолжишь запускать кораблик.

— Нет! Ники будет играть.

Ее глаза расширились от удивления. Только что он сказал самое длинное предложение в своей жизни.

— Сначала поешь. — Она с немой мольбой посмотрела на пожилых женщин.

— Не беспокойтесь, мисс Греко. Он только что съел два пирожка с вишней, — произнесла тетушка Мари на безупречном английском. — Мы о нем позаботимся, пока вы будете завтракать и делать все, что захотите.

Пирожки с вишней? Не самый полезный завтрак, но, по крайней мере, он поел.

— Вы уверены?

— Я вырастила восьмерых детей и с большим удовольствием проведу время с маленьким Ники. Фрида думает так же. Когда Лилли вернется от доктора, она нам поможет. — Она улыбнулась Ники. — Он такой милый малыш.

— Да. — Стелла закусила губу. — Вы не позволите ему свалиться в воду. — Это прозвучало как утверждение, а не как вопрос.

— Конечно нет, — ответила Фрида, продемонстрировав хороший английский. Пока тетя Мари поправляла кораблик, что-то говоря Ники по-каталански, она продолжила: — Васко сказал, что вы реставрируете старинные книги. Нам так повезло, что мы можем воспользоваться вашим драгоценным опытом. Когда-то я преподавала средневековую литературу в университете Барселоны и знаю, что библиотека этого дворца — настоящая сокровищница.

Стелла сглотнула:

— Да. Вчера я ее видела. Думаю, именно туда я сейчас и отправлюсь. Мы поболтаем позже.

Сейчас она слишком взволнована, чтобы разговаривать. Она думала, что эти седовласые дамы не говорят по-английски, а они, возможно, даже более образованны, чем она. Они смогут многому научить не только Ники, но и ее саму.

— Увидимся позже.

Поцеловав Ники в лоб, она подавила материнские тревоги. Это не опаснее, чем оставлять Ники в дневном центре ухода при университете, как она делала раньше.

Стелла провела день в библиотеке, изучая впечатляющие тома эпохи Карла Великого. Васко заказал необходимые инструменты и материалы, включая ассортимент тонких кож и тонкое листовое золото для замены испорченных корешков и обложек.

Одно лишь прикосновение к книгам давало невероятное ощущение. Когда она читала поэмы, рассказы и исторические очерки, перед ее внутренним взором рисовались яркие образы. Она знает французский, испанский, итальянский и латынь, поэтому смогла прочитать и понять то, что читали многие поколения жителей этого дворца.

Стелла нашла интересные вещи, которые решила обязательно показать Васко. Среди них были рассказы о его предках, народные сказки Монтмейджера, даже дневник молодого короля, жившего в конце пятнадцатого века.

Но днем Васко не пришел. Его не было за ужином, и она чувствовала себя глупо в длинном голубом платье и серьгах с бирюзой. Она ела одна в большой столовой, жалея, что не поела вместе с Ники яичницу и тосты на кухне. Сейчас малыш спал под присмотром одной из горничных.

Стелла чувствовала себя неловко, когда официанты приносили ей блюда и наполняли ее бокал.

Она уставилась на пустой стул напротив. Где Васко? Разумеется, это не ее дело. Между ними ничего нет. Даже если он ужинает с другой женщиной, она не должна расстраиваться.

Стелла сделала глоток вина. Как хозяин этого дворца, он мог бы продолжить общаться с другими женщинами после их возвращения в Штаты. В конце концов, они с Ники его гости и он должен уделять им внимание.

Возможно, он сейчас развлекается вместе с богатыми аристократами на вечеринке, совсем о них забыв. А может, он улетел на своем самолете, чтобы провести несколько дней на чьей-нибудь яхте или посетить роскошную свадьбу.

Впрочем, какая разница? Ведь в ее распоряжении удивительное собрание книг и рукописей. Тогда почему у нее перехватывает дыхание всякий раз, когда открывается дверь? Почему внутри у нее все падает, когда она обнаруживает, что это официант?

Она съела только половину абрикосового пирожного со сливками. Жаль выбрасывать такое вкусное и красивое кондитерское изделие, но в одиночестве она не получала никакого удовольствия от еды.

Она сняла с колен салфетку, собираясь идти наверх, когда дверь снова открылась и в столовую, подобно сирокко, ворвался тот, кого она ждала весь день. Ее сердце учащенно забилось, во рту пересохло.

Серые глаза Васко блестели, волосы были растрепаны ветром. На нем были пыльные черные джинсы и белая футболка, облегающая широкую грудь и мощные бицепсы.

— Мне так жаль, что я пропустил ужин, — извинился он, подойдя к ней.

Стелла хотела сказать что-нибудь разумное, но ей ничего не пришло в голову.

— Где вы были? — выпалила она.

На лице Васко промелькнуло удивление, и она пожалела о своем грубом вопросе.

— Ездил в Монтелеон навестить старого друга. Мы разговорились, и время пролетело незаметно.

Значит, вот какие «королевские дела» заставили его уехать? Она снова почувствовала обиду. Интересно, его друг мужского или женского пола?

— Я нашла кое-что интересное в библиотеке, — сказала Стелла.

— Правда? — Обойдя стол, Васко взял ее бокал с вином и сделал несколько глотков. Не успела она и глазом моргнуть, как появился взволнованный официант с полным бокалом. Васко поблагодарил молодого человека, и когда тот удалился, посмотрел печально на свой бокал:

— Уверен, в этом вино не такое вкусное, как в том, которого касались ваши губы.

Сделав глоток, он начал обходить стол. Стелла изумленно смотрела ему вслед. Как он может говорить ей подобные вещи? Она посмотрела на свой бокал и решила, что если снова из него попьет, то подыграет Васко.

— Я начну реставрацию с книг и бумаг, которые имеют отношение к королевской семье. Среди книг я нашла несколько интересных вещей и подумала, что вы можете захотеть организовать их в отдельный архив.

— Отличная идея.

Остановившись у дальнего конца стола, он поставил свой бокал и потянулся. Стелла заметила, как играют мышцы под тканью его футболки.

Он нарочно ее дразнит, демонстрируя свою внушительную мускулатуру? Ему уже следовало бы понять, что она книжный червь и подобные вещи ее не интересуют.

— Хотите, я покажу вам книгу, которой собираюсь заняться в первую очередь? Разумеется, после того, как вы поужинаете.

— Я поужинал. — Его взгляд упал на ее декольте, и ее соски тут же затвердели. — Но я жалею, что не сделал это дома. Здесь вид гораздо лучше. — Он скользнул ниже. В низу ее живота все затрепетало, и она едва не покачнулась.