Развод! Смирись, милый! - Ника Горская
Конечно, я понимаю, что при желании он легко выяснит моё местоположение, но облегчать ему задачу не собираюсь.
Сажусь в автомобиль и называю водителю адрес дома свекрови.
Да, я только сейчас морально настроилась на встречу с ней.
Мария Николаевна звонит мне почти каждый день. Никто из нас по телефону не затрагивает острую тему. Разговаривает в основном она, я же по большей части слушаю.
Я до конца так и не поняла как мне теперь с ней контактировать. И нужно ли вообще это делать. Потому что какими бы хорошими ни были наши с ней отношения, Назар её родная кровь и он всегда будет ей ближе. И это правильно.
По пути прошу водителя остановиться у одной из кондитерских и покупаю несколько десертов к чаю.
Свекровь о своём визите я конечно же предупредила, поэтому не удивляюсь, когда замечаю её стоящей у ворот дома.
— Здравствуй, моя дорогая. — она спешит меня обнять, как только я выхожу из автомобиля. — Выглядишь как всегда потрясающе!
— Добрый день. — улыбаюсь ей. — Спасибо.
Знаю, что преувеличивает, потому что стресс, слёзы и плохой сон не лучшим образом сказались на моём внешнем виде.
— Пойдём скорее в дом.
Свекровь берёт меня под руку и ведёт по ухоженной дорожке, усыпанной гравием, к дому.
Открывает широкую входную дверь, пропуская вперёд.
В просторном холле пахнет свежестью и домашней выпечкой.
Скидываю туфли и иду за хозяйкой в сторону кухни.
Сердце немного успокаивается в этой тёплой, знакомой обстановке.
Кухня уютно залита солнечным светом, льющимся из огромных окон.
Мария Николаевна как всегда весело щебеча о чём-то несущественном, включает чайник.
Поддерживая беседу, подхожу к раковине, мою руки. Затем достаю из бумажного пакета коробочки с купленными десертами, в виде различных кусочков торта и ставлю их на стол.
— Ну вот зачем ты накупила всё это? — привычно возмущается она. — Я пирог яблочный испекла. Ждала тебя.
Ничего не отвечаю, лишь пожимаю плечами.
— Давайте помогу с чем-то. — предлагаю я.
— Не с чем помогать. Ты давай за стол садись.
Следую совету свекрови и наблюдаю за тем, как она достаёт из шкафчика заварной чайник и несколько чашек с блюдцами. Вслед за этим на столе появляется ваза с конфетами и баночка с мёдом.
Как по мне сладкого слишком много, но я никак это не комментирую.
Следующие полчаса я пью вкусный чай и слушаю рассказ Марии Николаевны о её походе к врачу, о том, что доктор такой хороший и участливый попался, расспрашивал обо всём, да давление померил, и как потом она в аптеку за лекарствами ходила, там очередь, конечно, но зато фармацевт, девушка молодая, всё ей подробно рассказала, как принимать.
Дальше разговор перетекает к новостям из жизни соседей.
И вроде ничего незначащий, даже можно сказать утомительный, разговор, но благодаря ему я расслабляюсь, на время забывая о том, что происходит с моей жизнью за пределами этого дома.
— Ты пробуй пирог. — предлагает Мария Николаевна и отщипнув немного от своего кусочка, добавляет: — Хороший получился.
Я послушно беру вилку и пробую. Сладкое яблоко, нежное тесто, щепотка корицы… действительно, вкусный.
— Как ты? — осторожно спрашивает, всё же затрагивая неприятную тему.
Взметнувшееся вверх настроение стремительно падает.
— Нормально. — отвечаю, глядя исключительно в свою тарелку.
— Что-то решила?
Судорожно сжимаю пальцами вилку.
— Буду разводиться.
Озвучиваю неприятную правду, потому что не вижу смысла скрывать. Она всё равно узнает.
— Ох, ты ж боже мой. Вот наворотил дел. — начинает причитать. — И что? Так просто отпускает тебя?
— Не просто, но это никак не повлияет на моё решение.
В комнате повисает тишина.
Я чувствую на себе взгляд свекрови и внутренне готовлюсь к уговорам и рассказам о том, как это всё тяжело и как важно попытаться сохранить семью. Но она меня удивляет.
— А жить-то тебе есть где? Может ко мне переедешь? Место у меня вон сколько. Нам двоим за глаза.
Я замираю, ошеломлённая её предложением. Такого точно не ожидала. Внутри что-то тёплое разливается, раскалывая ледяную корку отчаяния.
— А вообще, я хотела тебе предложить уехать на месяц-другой, к дальней родственнице моей. Чтобы Назар поскучал, да подумал чего хочет. В разлуке по-другому чувства открываются.
Усмехаюсь, ковыряя вилкой пирог.
— Это лишнее, но всё равно спасибо. — искренне благодарю.
Тяжелый вздох, повисает в воздухе.
— Я её никогда не приму. Внука приняла, деваться некуда. Потому что ребёнок не отвечает за своих непутёвых родителей. А её не приму! За то что влезла в семью. — говорит слишком эмоционально. — Знаю, что Назар виноват, но и она тоже хороша.
Я не хочу это обсуждать, поэтому молчу.
— Ты всё равно подумай о том, чтобы на время уехать. Отдохнёшь, обдумаешь всё в другой обстановке. Может иное решение придёт. Развестись дело нехитрое.
Мария Николаевна продолжает разговор, приводя примеры из жизни её знакомых, которым несмотря на различные сложности удалось сохранить семьи и как в итоге всё хорошо у них сложилось.
— Я пойду уже. — говорю, когда она замолкает.
— Уже? Так быстро.
— Да, есть кое-какие… — не договариваю.
Застываю, отчётливо слыша, как открывается входная дверь.
Переглядываюсь со свекровью.
Я знаю, что это Назар. Других вариантов нет.
Морщусь, понимая, что встречаться с ним при его матери это последнее чего бы мне хотелось.
Встаю с места, не желая сидеть с Градовым за одним столом.
— Викуль, это не я. — она отрицательно качает головой.
Киваю, потому что и правда не думаю, что она могла подстроить эту встречу.
Выхожу из-за стола, но замираю на месте, лишаясь возможности сделать следующий шаг.
Потому что…
Реальность обрушивается снежной лавиной. Давит, душит, уничтожает.
Хватаюсь за горло, чувствуя, что начинаю задыхаться.
Нет, пожалуйста…
Из груди рвётся стон, едва успеваю его сдержать.
Меня ведёт в сторону и я, пытаясь удержаться на ногах, хватаюсь за стол, снося что-то и оно падает, разбиваясь на множество кусков.
Прямо как моё сердце… в очередной раз…
Потому что перспектива скорого столкновения с мужем — ничто по сравнению с тем, что я испытываю, когда слышу раздающийся из прихожей звонкий детский голос…
Глава 14
Вика
— Мам? — зовёт Назар, находясь в прихожей. — До тебя не дозвонишься.
Непроизвольно бросаю взгляд на притихшую свекровь, отмечая, что она сидит не двигаясь, закрыв ладонями нижнюю часть лица.
— Мы тут рядом были, — голос мужа стремительно приближается, — решил заскочить… ненадолго.
Последние слова выдаёт дробно, потому что замечает меня.
Я так и стою. Растерянная. Держась одной рукой за край стола.
Назар окидывает меня обеспокоенным взглядом.
