Бывший муж. Настоящая семья для Бусинки - Николь Келлер

где-то в районе желудка, вызывая острый приступ тошноты. Мне приходится глубоко дышать, чтобы удержать завтрак в желудке. Платье мгновенно прилипает к спине, а на щеках, кажется, можно жарить яичницу.

Ещё и Османов подогревает мое состояние. Откидывается на спинку стула и берет в плен. Чуть сощурившись, фокусирует на мне пристальный взгляд, от которого внутри раскидывается настоящая Арктика.

Зачем он задал именно этот вопрос?! Почему именно сейчас?! Неужели что-то заподозрил? Узнал…. о Дарине?...

- Ты же все видел на видео, - отвечаю как можно непринужденнее. - Надеешься услышать что-то новое?

Даян молчит, выстукивая пальцами по столу одному ему понятный ритм. Продолжает буравить меня тяжелым потемневшим взглядом, как будто надеется, что я сдамся и начну говорить.

- Я надеюсь услышать мотивы твоего поступка, - наконец задумчиво тянет, не дождавшись от меня никакой реакции. - Потому что за эти четыре года я так и не смог разгадать эту загадку.

- Давай не будем об этом. Нет никакой загадки. Да и какая теперь разница? - пожимаю плечом, прилагая невероятные усилия, чтобы скрыть свое истинное состояние. Мне буквально приходится бить себя по рукам, чтобы не начать разрывать салфетку на мелкие кусочки, как обычно я делаю в моменты стресса. Тогда Даян обязательно поймет, что я что-то скрываю.

- Я хочу уточнить некоторые моменты, - упрямо повторяет бывший муж. Сдвигает брови на переносице и многозначительно глядит исподлобья. Весь его вид кричит, что терпение Османова на исходе.

- Это что-то изменит?

Даян резко подается вперед, отчего я тихо вскрикиваю и отшатываюсь, изо всех сил сжимаясь в спинку стула и мечтая стать с ним единым целым.

- Зачем. Ты. Поехала. В «Эверест», Мира? - заколачивает мне в мозг каждое слово.

- Ваша уха по - царски, - раздается сверху голос Ани, и она ставит тарелку перед Османовым, чуть не расплескав суп на скатерть. - Чизкейк и кофе. Салат с телятиной сейчас принесу.

Даян считывает каждую эмоцию на лице моей бывшей подруги. Мечется между мной и ею, словно надеется, что одна из нас выдаст «тайну» неверным жестом или словом.

Господи, что в его голове?!

Аня, облив нас обоих ведром с трудом скрываемой ненависти и ярости, удаляется обратно.

- Чаевых не получит, - бормочет Османов, вновь впиваясь в мое лицо. И вопрос Османова снова повисает надо мной, как Дамоклов меч.

Чтобы не отвечать, разламываю пирожное на кусочки и некультурно запихиваю их в рот. Запиваю изрядным количеством кофе, чтобы выиграть хоть немного времени.

- Вкушно. Ошень, - бормочу с набитым ртом. Губы Даяна дергаются в слабой улыбке, но глаза так и остаются холодными. Его терпение начинает испаряться, потому что пальцы отбивают ритм, накаляя обстановку до предела.

Воздух между нами сгущается. Настолько, что становится тяжело дышать. Любое неверное слово может поджечь фитиль и спалить все к чертям.

- Встреча с твоим мальчиком, - подступается с другой стороны Даян, растягивая слова. Словно заставляет себя. Словно ему самому тяжело произносить их. - Случайность? Все было…добровольно, или он заставил тебя?

Мозг ярко рисует, как Алеша меня «заставляет». Кто кого ещё заставил в тот вечер…

Но все равно от представленной картины вздрагиваю. Хорошо, что я успела прожевать и проглотить.

Нервно подхватываю кружку кофе и залпом выпиваю почти весь напиток.

Даян мою реакцию понимает по-своему: на скулах играют желваки, зубы скрипят, губы плотно сжаты. Мрачнеет с каждой секундой. Взгляд становится острым, как бритва.

Поворачивает голову в ту сторону, куда удалилась Аня. Вновь сощуривается и задумчиво пальцем потирает бровь. Я буквально вижу, как кирпичик по кирпичику в голове Османова складывается картинка.

Ни черта неправильная картинка!

Черт, черт, черт! Он сделал совершенно неверные выводы!

- Даян, ты все не так….

Но бывший муж меня уже не слышит. С совершенно непроницаемой и холодной, отталкивающей маской на лице достает бумаги из папки.

Что я когда-то говорила?...

«Смогла изучить своего мужа»?...

Забудьте. Так жестоко я ещё никогда не ошибалась.

- Мои юристы подготовили договор, о котором ты так просила, - кладет бумаги передо мной. - Пожалуйста, ознакомься. Если что-то не устроит, я открыт к обсуждению.

- Даян, послушай, в тот вечер я….

- Мирослава, - чуть повышает голос. - У меня мало времени. Давай обсудим более важные вопросы.

- Да услышь ты меня! - взрываюсь и хлопаю ладонью по столу так, что звенят приборы. Посетители с соседних столиков оборачиваются и перешептываются. Администратор делает шаг по направлению к нам, но Даян останавливает ее одним взглядом. - Все было совсем не так!

И только натолкнувшись на торжествующий довольный взгляд победителя, понимаю, что повелась, как малолетка.

Попалась на крючок, который Даян для меня забросил и в самый нужный момент ловко подсек.

Османов подается вперед. Ловит в плен зеленых полыхающих глаз, и низкий хриплый голос прокатывается по моим звенящим нервам:

- А как было на самом деле, Мира?

Сцепляю зубы до скрипа. С силой сжимаю документ в ладони. Хочется орать до сорванных связок и топать ногами, как маленькая девочка, которая проиграла.

Но вместо этого методично расправляю документ, не поднимая головы на Османова, но чувствуя его обжигающий, оставляющий отметины на коже, взгляд.

- Ты сказал у тебя мало времени. Приступим к делу, - прикрываю багровое лицо документом.

Тихий смех подогревает мое смущение, но я стараюсь не обращать внимания на веселье Даяна и сосредоточиться на тексте. Это задачка со звездочкой, учитывая, что я понимаю, что бывший муж обязательно вернется к интересующей его теме. Это короткая передышка перед решающим боем.

Через пять минут я понимаю, что за все это время прочла только первый абзац и…. ни черта не поняла! Слова просто не складываются в предложения, и мозг их не воспринимает! Это все тлетворное влияние Османова, чтоб его! Ну, не могу я что-то делать, пока меня через сканер прогоняют!

- Я могу показать бумаги своим юристам? Боюсь не разглядеть подводных камней.

Брови Даяна насмешливо стремятся ввысь, он хочет отпустить очередную колкость, но сдерживается.

- Да, конечно. Никто не заставляет тебя подписывать сразу.

- Спасибо.

Я прячу договор в сумочку, как бывший муж огорошивает очередным вопросом:

- Операцию уже сделали?

Вскидываю голову, натыкаясь на Османова. Даян пытается казаться расслабленным. Безразличным. До набитой оскомины вежливым. Но при этом клещом впивается в мое лицо и считывает каждую реакцию.

- Да. Все прошло, успешно. Спасибо.

- Так сильно любишь его? - бросает, неожиданно злобно сощурившись. Даже