Развод. Неверный муж (СИ) - Адалин Черно

может обернуться не в мою пользу, хотя я сильно сомневаюсь, что они где-то найдут профессионального переводчика, знающего арабский и китайский в совершенстве.

После переговоров я срываюсь. Не плачу, но в груди так сильно болит от тоски по родной квартире и, главное, по Демьяну, что я очень близка к истерике и чтобы хоть немного ее унять, спускаюсь вниз купить бутылку вина. Можно было попросить доставку, но я хочу пройтись, почувствовать себя живой, потому что сейчас ощущение, что я умерла. Оставила душу там, в нашей квартире, рядом с предателем-мужем.

Роскошный ресторан на первом этаже я нахожу без проблем. Здесь играет ненавязчивая музыка, между столиками незаметно снуют официанты, а в качестве посетителей, кажется, не только постояльцы. Или же это только я позволила себе спуститься в джинсах, футболке и кедах, потому что все женщины одеты в платье, а мужчины в костюмы.

— Добрый день, у вас зарезервировано? — спрашивает молодой парень, остановившись прямо передо мной.

— Нет, я…

— У нас есть пара свободных столиков на ближайшие два часа. Если вам этого достаточно, то…

— Я бы хотела бутылку вина в свой номер и сырную тарелку.

От меня не скрывается удивленный вид парня. Видимо, он искренне недоумевает, почему я спустилась в ресторан сама, а не позвонила по указанному номеру.

— Вам один бокал или два?

— Два.

Я даже не знаю этого парня и вряд ли когда-либо мы с ним увидимся, но мне почему-то не хочется быть в его глазах той, которая собирается прикончить в гордом одиночестве бутылку вина.

— Хорошо. Ваш номер?

— Триста тридцать пять.

— Примерно через пятнадцать минут ваш заказ будет готов.

Парень переключается на других посетителей, а я решаю, что делать мне здесь больше нечего, разворачиваюсь и собираюсь уйти, когда меня окликает знакомый голос:

— Майя!

Судя по приближающимся за моей спиной шагам, возможности сбежать у меня нет, так что приходится повернуться и, растянув улыбку, поздороваться с Натаном.

— Вот уж не ожидал тебя здесь увидеть. Ты на встречу?

Я уверена, что он прекрасно понимает, что в моем нынешнем виде ни о какой встрече не может быть и речи, но все равно спрашивает. Только вот если Натан дает шанс выкрутиться, то официант, принимающий у меня заказ напрочь лишает меня этого шанса.

— Простите, вина, которое вы заказали нет. Может, закажете что-то другое или мы можем выбрать и принести вам напиток на собственный вкус?

— Да, если можно.

— Напомните, какой у вас номер?

— Триста тридцать пять.

— Благодарю.

Я знаю, что Натан пристально на меня смотрит и не могу заставить себя встретиться с ним взглядом.

— Номер? Вы с Демьяном здесь вместе?

— Нет, я… одна.

— Вот как… Неужели в счастливой семье моего брата раздор?

— Думаю, мне пора, — собираюсь избавиться от навязчивого внимания Натана, но он преграждает мне путь.

— Не составишь мне компанию?

— Уверена, это не очень хорошая идея.

— И почему же?

Его вопрос застает меня врасплох, потому что Демьян был категорически против того, чтобы я хоть как-то общалась с его братом, и Натан конечно об этом знает. Только вот теперь у меня нет необходимости не делать того, что может не понравиться мужу, и я вместо того, чтобы отправиться в номер прошу бутылку вина за столик, за которым сидит Натан.

Глава 13

— Итак… у вас что-то случилось, — Натан откладывает столовые приборы и впивается в меня взглядом.

— С чего ты взял?

Я тянусь к уже второму бокалу вина и делаю большой глоток. Я знаю, что алкоголь быстро расслабляет и развязывает язык, но все равно не могу отказаться. Сейчас мне это необходимо. Долгожданное расслабление и возможность хотя бы полчаса ни о чем не думать и глупо улыбаться.

— Одно то, что ты сидишь со мной за одним столиком обо всем говорит, а у тебя в этом отеле еще и номер забронирован не на двоих.

— Я не говорила, что не на двоих.

— Но Демьян сюда не приедет, я ведь прав?

Не считаю нужным отвечать. Снова пью вино, опустошая бокал. Натан не теряется, достает из ведерка со льдом бутылку, наливает еще.

— Хочешь меня споить? — хмыкаю.

— Ты планировала прикончить эту бутылку в своем номере в одиночестве. Не лучше ли сделать это в компании?

— Смотря в какой.

Он усмехается, прекрасно зная, что не входит в число людей, с которыми я могу пить спиртное и делиться сокровенным.

— Так что у вас? Временная размолвка? Недопонимание? Или что-то посерьезнее?

— Слишком много вопросов.

— Не хочешь отвечать? А что если сыграем в игру? Ответ за ответ. Я отвечу на те вопросы, которые интересуют тебя, ты на те, что задаю я.

— Думаешь, меня что-то интересует?

Натан смеется, прекрасно зная, что многое. До недавнего времени я о его существовании даже не подозревала. Когда мы познакомились с Демьяном, у него не было брата и так продолжалось ровно до того момента, пока Натан не появился на дне рождения мужа. Его представили мне сухо и словно сквозь зубы. Муж сказал, что они с братом не общались, поэтому и рассказывать о нем не было смысла. Я надеялась, что хоть что-то прояснят родители Демьяна, но они делали вид, что ничего не произошло, что их сын не вернулся спустя десять лет молчания. Я ничего не знала о Натане, а сейчас он предлагает мне задать вопросы.

— Тебе неинтересно, почему меня десять лет прятали?

— А тебя прятали?

Натан делает взмах рукой, подзывая официанта. Заказывает виски со льдом и все время пока несут его заказ, молчит. Он не нервничает. Выглядит собранным и самоуверенным, но тема явно ему неприятна. Не помню, чтобы мы с Натаном разговаривали дольше нескольких минут и вообще оставались наедине. Демьян не позволял, а я не стремилась. Сейчас внутри разжигается интерес. Десять лет — большой срок, чтобы прятаться. Где он был? Почему за это время я не знала ничего. Ни фотографий, ни упоминаний, словно и не было человека.

Спрятавшись за бокалом, рассматриваю брата своего мужа. Я видела его много раз, но никогда не акцентировала внимание на одинаковом с Демьяном разрезе глаз, родинкой под нижней губой и усмешкой. Смотрю на Натана и в груди что-то болезненно сжимается.

— Даже обидно, — говорит после того, как ему приносят стакан с виски. — Мы за полгода виделись с тобой больше десяти раз, а смотришь ты на меня только сейчас.

— Мы никогда не сидели так близко дольше пары минут.

— И то верно. Мой братец не позволял, — смеется и отпивает