Грань запрета (СИ) - Эвелина Гольдман

— Как тут у тебя с наркотиками дело обстоит? — спросил я, так же не сводя глаз с публики. Это же какую-то девочку сейчас напоят. Потом где-то в туалете отымеют и на этом все.

— Как обстоит, нормально, не запрещено, — знаю, что Ваня сам не против таких методов, наверное, поэтому мы и перестали общаться с ним на долгое время. Как-то не рос он вообще. Причем и физически он выглядел, как в школе. Только морщины уже начали появляться на лбу.

— Проблем не боишься? — Ваня на этом вопросе просто улыбнулся и покачал головой, а я продолжал наблюдать за публикой.

В глаза бросилась белобрысая головка, которая продвигалась среди танцующих к столику, изящно поднимаясь по ступенькам. Эту походку я узнаю из тысячи. Злата. Она скинула свой плащ, показывая оголенную спину в открытом платье, слишком открытом для нее. У всех парней за их столиком сразу изменились лица, да и у девушек тоже, просто немножко в другом смысле. Наблюдая за выпившими ею коктейлями, у меня недовольно кривилось лицо, даже здесь я для нее старый. Она ещё молоденькая девочка, хочет повеселиться, а я хочу спрятать её дома, и трахать, трахать. В прошлый раз увидя её пьяную и с помадой, размазанной по губам- мне снесло башку. Я представил её в объятиях какого-нибудь малолетки, который руками трогает её тело, а ей нравится. От этих мыслей- мне было ещё хуже, чем при огнестреле. Да и кто её выпустил в том клочке ткани? Обидел, признаю, но лучше я, чем её кто-то куда-то утащит, а Олег как-то слишком спокойно реагирует. Молодость говорит. Какая молодость? Это катастрофа!

Какое-то время она сидела и все рассматривала, а после подруга потащила её танцевать, и судя по кивающей голове- она была вполне согласна. Что же ты делаешь в этом быдлятнике, малышка?

Выйдя на танцпол, Злата начала делать красивые движения, не знаю, как у нее получалось быть настолько пластичной. В голове я уже раздел её и нагнул, либо забрасывал гибкие ножки на свои плечи. Сладкая она, как не крути, сладкая. Она двигалась так какое-то время, меняя такт движение, подстраиваясь под музыку, а я прирос к месту наблюдателя.

— Вижу нашел свою жертву, — Ваня встал рядом со мной, разглядывая Злату, а мне в этот момент хотелось выйти, забрать её, увезти домой, а там делать все, что сейчас в моей голове подняло мне член, — Какая красивая, — а я уже закипаю. Это только потому, что она Олега, иначе мне было бы плевать.

— Это не моя жертва, это дочь моего лучшего друга, — нахмурившись сказал я, сам понимая, что я до боли в яйцах ее хочу. Сам постоянно пытался наврать себе в голове, что нет, но это глупо, ведь все что есть во мне реагирует на Злату неправильно. Не так должен реагировать я на дочь лучшего друга, вообще не должен.

— Тогда у тебя все ещё хуже, чем может быть, — Ваня улыбнулся и похлопал меня по плечу. А я, как маньяк продолжал наблюдать за тонким тельцем, которая сама не понимала, что делает с мужчинами. Интересно, сколько парней было у нее? Сколько мяли её грудь, сочную попу? От этих мыслей у меня челюсть сжалась до скрежета в зубах.

Подруга Златы куда-то убежала, а сама она пошла к барной стойке и заказала что-то. Бармен отвернулся, посмотрел куда-то в сторону, видимо получая знак от товарища, налил туда газировку и подсыпал тот самый прозрачный пакетик. Я понял, кто тот сопляк, он же танцевал с малявкой на вечере. Может он тогда и целовал её губы, когда она вернулась с вечеринки, но если подсыпал ей это, значит секса не было, или не давала? А может расстались?

Злата быстро выпив стакан этой гадости, вернулась на танцпол и тут же к ней подошел сопляк, мерзко осматривая её тело, в его мыслях он уже её нагинал.

— Вань, мне пора, — не слыша, что он мне говорит, я быстро направился к ним.

— Ну что ты, сейчас тебе будет очень хорошо, — сейчас тебе будет «очень хорошо», сопляк, я быстро проходил сквозь толпу, а это урод тащил малявку в уборные.

Тут я уже видел, что он начинал трогать её за талию, грубо наминая, хоть бы не убить его.

— Руки от нее убрал, — Злата, заплаканная повернулась ко мне и удивленно посмотрела своими пьяными глазами.

— Тебе чего дядя? Это моя тёлка, — противный голос обещал уши. Она не твоя. Точно не твоя.

— Она. Не. Твоя, — озвучил свои мысли уже вслух. Один раз зарядил этому недоделанному самку по носу.

— Чтобы больше я тебя рядом с ней не видел.

— А вот я тебя где-то видел, — мямлил этот сопляк, держась за нос, а Злата сидела где-то в стороне, спрятав голову за руками.

— Лучше бы ты меня больше не встречал, пошел отсюда, — герой-любовник подскакивает и упиздывает из коридоре, спотыкаясь.

Подойдя к сидящей на полу Злате, я поднимаю её подбородок и смотрю в голубые глаза, зрачок на которых уже занял все пространство.

— Ясно, пойдём, — я поднял легкую малявку на руки и занес в первую попавшуюся дверь. Врубил кран с холодной водой на полную и подставил её мордашку под кран, чтобы она немного пришла в себя. Да, детка, завтра ты будешь умирать от головной боли.

— Зачем ты так со мной? — вдруг закричала малявка, начиная плакать. Только этого не надо, — За что ты меня так ненавидишь? — вот что в женской голове творится?

— Надо умнее быть, тебя в этом туалете чуть не изнасиловали, а если бы меня не оказалось рядом, то у него это бы получилось с легкостью, — она вытаращивает на меня свои, и так огромные, глаза и размышляет, но плакать продолжает.

— Ты ты, — сглатывает — Урод, — вот тебе и «спасибо»

— Чего это я урод, а не тот сопляк?

— Ты еще хуже, — маленький кулачок летит мне в плечо, невесомо ударяя, — Ты хамло, — летит ещё раз, кривя свое красивое лицо. На котором уже не было косметики, которое стало таким милым. Злата- тот случай, когда использовать косметику вообще не нужно, — Ты грубиян, — перехватываю худенькие руки и завожу их ей за спину, а у малышки сердце очень быстро бьется. И губы у нее сладкие, натурально красные, как спелая ягода. Как же хочется… И отказывать себе не могу… целую.

Малышка пару раз сопротивлялась, а я целова её. Она была такая мягкая, такая податливая, ещё не опытная, но такая соблазнительная. Я уже