Пуговка от бывшего мужа. Исцелю любовью - Виктория Вишневская

точно будет чай.

Случилось что-то?

Пытаюсь не зацикливать на этом внимание.

– Здравствуйте, – прохожу внутрь гостиной, ищу Джека взглядом. Его нет на лежанке. – А где?..

Леон, не реагируя на меня, смотрит вниз, под свои ноги. А там, растянувшись под барным стулом, лежит унылый лабрадор. Что-то не нравится мне эта вялость… Помню его другим, игривым. Хотя это ведь может быть возраст.

– Ко мне, – зову пса. Он лениво и нехотя встаёт с пола, плетется в мою сторону, прижав ушки и виляя хвостом. Падает на лежанку, ждёт дальнейших указаний. – Ляг на спину.

Он и правда невероятно послушный и делает всё, что я говорю.

Обрабатываю лапу. На этот раз в тишине, без разговоров.

Заканчиваю быстро и мысленно благодарю Новака, что он не вмешивается.

Но всё это – напрягает.

Собираю вещи, встаю, оставляя пса в покое. И чёрт меня дергает – подхожу к барной стойке, за которой сидит Леон. Его плечо поднимается, а взгляд летит на меня.

– Тебе нельзя, – забираю у него бутылку. Она почти целая – недавно пить начал. – У тебя режим.

В ответ слышится смешок.

– Ты не забыла? Я ушёл из бокса.

Черт, точно.

– Все равно алкоголь ничего хорошего не принесёт, – закупориваю бутылку и ставлю подальше от него.

– М-м-м, – мычит, разворачиваясь ко мне на барном стуле. – Что это? Переживаешь за меня?

Сама не знаю. Просто порыв. Долбаная забота. Я уже привыкла к этому. Мой ритм жизни – забота о дочке, затем – о животных в клинике. Это уже въелось в меня, поэтому и веду себя так с этим человеком.

– Просто, – отворачиваюсь и невольно цепляюсь взглядом за его руку, на пальце которой поблескивает обручальное кольцо. В прошлый раз я его не замечала.

Так он женат… Вот зачем ему такая огромная квартира в два этажа. Леон просто не один. А пьёт… потому что поругался с ней?

– Ладно, мне пора, – нервно поправляю волосы, не зная, куда деть руки. И отворачиваюсь. Делаю шаг, чтобы уйти. На сегодня моя миссия закончилась.

Неожиданно на тонком запястье ощущаю стальную хватку. И горячие пальцы…

Дёрг!

Прокручиваюсь на пятках, оказываясь лицом к Леону между его широко расставленных ног.

– Ты что, успел напиться? – отшучиваюсь, пытаясь побороть взявшуюся из ниоткуда тревогу. – Вроде немного выпил. Или тебя уже от запаха алкоголя торкает?

Услышав мои слова, он встаёт со стула. Отшатываюсь на шаг назад. Но это всё, что он позволяет сделать. По-прежнему держит меня за запястье.

Хочу отдалиться ещё, но не успеваю.

Леон отпускает руку, но обхватывает меня за талию и одним движением меняет нас местами. Позади – стул, а впереди… Мой ночной кошмар.

– Ты что себе позволяешь? – широко распахнув глаза, пытаюсь его вразумить.

Не выходит.

Одно движение и ноги отрываются от пола. Меня, как игрушку, сажают на стул. Раздвигают колени, которые я тут же пытаюсь сжать, но лишь сильнее смыкаю на теле уже втиснувшегося между ними мужчины.

– Торкнуло, – подтверждает. – От запаха. Твоего.

Нервно смеюсь.

– Леон, – нахмурившись, произношу строго. – Я же говорила, алкоголь на тебя плохо влияет.

Пальцами хватает меня за подбородок. Задирает его, запрокидывая мою голову чуть назад. Смотрю в его леденящие голубые глаза, в которых не было ничего, когда он посылал меня на аборт. Только холод. Знойная стужа.

А сейчас… Непонятно что творится.

Внезапно его лицо оказывается слишком близко. Дёргаю запястьем, которое опять находится в плену. Второй рукой упираюсь ему в плечо, пытаюсь оттолкнуть.

И всё тщетно.

В следующую секунду Леон подаётся вперёд. И врезается поцелуем в мои губы.

Глава 13

Глава 13

Ладонь горит. Сильно.

Я ударила Леона по лицу.

Он серьёзно надеялся, что после всего, что он сделал, я буду целовать его? Плавиться в его руках, раздвигать ноги и клясться в любви?

Ни за что!

Он пытался лишить меня Поли.

С вызовом смотрю в его горящие злобой глаза. Готова замахнуться ещё раз и отбиваться что есть сил. Пусть не думает, что я сдамся просто так.

– Придурок, – выплёвываю, соскакивая со стула и соприкасаясь телами с бывшим ещё сильнее. Он придавливает меня мышцами к стулу, и я ощущаю каждый рельеф. Торс, пресс… даже его возбуждение, упирающееся в низ моего живота.

Испуганно подаюсь в сторону, освобождаясь от его близости. С трудом выдергиваю руку и лечу прочь. На этот раз не забываю свою сумку и вместе с ней сигаю на выход, тяжело дыша.

Знала ведь! Знала, что мой визит к нему может закончиться чем-то подобным!

А теперь меня трясёт. Пальцы дрожат, в груди всё клокочет, а коленки подгибаются.

От ненависти. От страха. От секундного желания.

Леон успел запустить язык в мой рот. Успел пробраться под футболку и провести горячими пальцами по талии. Я чувствовала его эрекцию!

Четыре года прошло, а в моём теле всё еще звучат отголоски нашей с ним любви.

Проклятье!

Я готова метаться из стороны в сторону, но боязнь вести себя так в лифте стопорит меня на месте. Вдруг застряну – только этого мне не хватало!

Выбегаю на улицу и полной грудью вдыхаю свежий майский воздух.

Так, спокойствие!

Он напился. Перебрал. Да, для него несколько глотков алкоголя уже противопоказано.

Завтра всё будет хорошо!

Нет, не будет.

Думаю об этом и начинаю паниковать сильнее. Пока совсем не свихнулась, срываюсь с места и направляюсь в сторону сада, за Полиной. Благо, он недалеко, в шаговой доступности.

Когда мысли съедают меня изнутри с потрохами – перехожу на бег.

А как вижу Пуговку, вырывающуюся из рук воспитательницы, так и успокаиваюсь. Моё сокровище мчится на всех парах, врезается в меня, присевшую на корточки, и со всей любовью целует в щёку.

– Ма-а-а-а, – тянет, повиснув на шее. Страх и волнение как рукой снимает. Обнимаю доченьку в ответ. – Скусяя.

– Скучала по мне? – переспрашиваю. Мозг не