Мне ее нельзя - Кира Лафф

Даня переводит на меня бешеный взгляд. Не понимаю, чего он так злится, но у самой от такого пробуждения внутри всё вскипает! У него нет ни малейшего права указывать мне, что я должна или не должна делать в своей комнате!

— Ты пожалеешь! — цедит сквозь зубы, вставая.

— Да что ты говоришь⁈ — злюсь, думая, как бы посильнее его задеть. — Ты чего такой злой? В штанах что-то мешает? Иди подрочи лучше, чем орать на меня!

Его лицо вытягивается, а потом к щекам приливает краска.

— Не бери на свой счёт! Это простая физиология! Мне снилась та красотка, которую я вчера вечером трахал! — выпаливает, а потом шагает к двери. — Лучше сама подрочи! Стерва!

Грохот двери, и я остаюсь в гордом одиночестве.

К глазам подкатывают слёзы. В бессилии падаю обратно на подушку.

Нет, ночью мне показалось! Показалось, что за маской придурка скрывается кто-то ещё. Я проявила непростительную слабость, разрешив ему остаться! Но теперь я усвоила урок! Больше такого не повторится!

Глава 14

Даниил

Хлопаю дверью и выхожу в коридор. В груди всё клокочет от ярости. Я даже не помню, как вчера до дома добрался!

Ночью, видимо, автопилот сработал, ноги сами меня в спальню принесли… Или не сами?

Напрягаю память. Перед глазами вспыхивает образ рассыпанных по подушке русых волос… Блядь! Я что, и правда их перебирал, или мне это приснилось? Надеюсь, хоть не говорил ей ничего?

Закатываю глаза, прижимаясь спиной к стене. Проснулся от дикого стояка. Вчера на тусе не хотелось ни с кем трахаться. Сидел как придурок в одиночестве и напивался до потери сознания, чтобы не думать о НЕЙ. Каково же было моё состояние, когда утром член упёрся в бедро сестричке! СУКА! От бессилия прогнать из головы её образ меня знатно кроет!

Раньше я никогда не думал столько ни об одной девчонке! Забывал их имена на следующее же утро! Но… как теперь забыть её? Ту, которая живёт со мной под одной крышей! Ходит в своих коротеньких шортах и манит меня как запретный плод! Да у меня все мысли только о том, какой я грёбаный извращенец! У нас с ней один отец! Мне нельзя ТАК о ней думать! Лучше уж ненавидеть, чем хотеть собственную сестру!

Скопившееся напряжение выплёскивается наружу, и я бью в стену кулаком.

— Эй, поосторожнее! — дальше по коридору идёт отец. — Мне после твоих психов ремонт делать?

Прищуривается, смотрит недовольно. А мне хочется ему этим кулаком в челюсть зарядить! Это всё он виноват! За то, что мы с Полиной так редко общались. За то, что все эти годы ему было совершенно на меня наплевать! Если бы он хоть иногда приглашал меня к себе домой, может, у меня к сестре возникли бы братские чувства? Да, вообще, какие угодно чувства сошли бы вместо тех, что есть сейчас!

— Вы что там с Полей не поделили? — хмуро спрашивает. — Слышал, как вы друг на друга кричали.

— Комнату, — цежу сквозь зубы. — Ты сказал, что я могу выбрать любую.

— Какая мелочь! — нетерпеливо отвечает, а потом утыкается обратно в телефон. — Не будь эгоистом, уступи сестре! Тебе спален мало? Выбери другую! Господи боже! Тебе что, десять лет?

Ну да, конечно, не десять. Хотя, ему-то откуда знать, каким я был в десять лет? Он же вообще мною не интересовался! «Выбери другую спальню!» Легко говорить! Не он, ведь, три месяца рисовал картину на конкурс стрит-арта? А эта мелкая сучка её закрасила! В её комнате на закате самое лучшее освещение! Я не просто так выбрал именно её!

Смотрю на отца исподлобья. Все месяцы, что я вынужденно живу тут, он даже не пытается сделать так, чтобы я почувствовал себя не в гостях, а дома!

— Завтрак, мальчики! — позади, со стороны лестницы, раздаётся звонкий голос мачехи.

Оборачиваюсь и тут же охреневаю. Вика с утра пораньше в одном бикини. Тонкие полоски вместо трусов ни хрена не скрывают. Тоже самое с буферами. Маленькие треугольнички на большой груди смотрятся смешно. Бля… да она же почти голая!

— Доброе утро, детка, — отец сухо целует жену в щёку, а потом снова утыкается в телефон.

— Как спалось? — Вика подходит ко мне и вручает какой-то коктейль с зонтиком.

— Это что за хрень? — кошусь на него с сомнением.

— Фруктовый смузи! — она широко улыбается.

Теперь, когда мачеха смыла с себя косметику, я замечаю, что у неё лицо совсем не двадцатилетней. Впрочем, если поставить её раком, то на лицо смотреть не придётся.

Пытаюсь представить себе эту картину, и остатки стояка совсем спадают. Блядство! Да что со мной такое⁈

— Попробуй, — тем временем Вика снимает с края высокого стеклянного бокала кусочек ананаса и подносит его к моему рту. Облизывает накаченные губы и по-кошачьи прищуривает глаза. — Очень вкусно!

Поднимаю брови. Да она совсем без башни? Отец же рядом стоит! Какого хрена?

Выразительно смотрю сперва не неё, потом на отца, который продолжает копаться в телефоне.

Откусываю кусочек приторного фрукта.

— Ну как? — Вика подходит ещё ближе. Теперь я могу даже соски её через ткань рассмотреть.

— Сладко, — отвечаю кисло.

— Ага, — она подмигивает мне, а потом резко разворачивается спиной.

Готов поклясться, делает это, чтобы продемонстрировать мне свою задницу! Она у неё подтянутая и загорелая, но… тут же на контрасте вспоминается нежная бледная кожа Полины… молочная, бархатная… на ней от моих прикосновений оставались красные следы…

Пиздец! Зажмуриваюсь и мотаю головой, пытаясь прогнать назойливые воспоминания.

Отец спускается вниз, а мачеха заходит в комнату к Полине.

Слышу, как говорит ей: «доброе утро», а потом…

— Пончик, к тебе гость пришёл!

— Кто ещё? — недовольно ворчит сестрица. Мать её пончиком называет? Хм… а это даже забавно, если вспомнить, какой бочкой она была в детстве!

— Илюша, конечно же! — мачеха полна энтузиазма.

— Кто⁈

— Илья, твой парень!

Подхожу ближе к двери, чтобы не пропустить ни слова.

— Выгони его.

— Почему это? Вы же, вроде бы, любите друг друга?

— Мам, это было детское увлечение, — бурчит сестра. — Мы больше не вместе!

— Да? А он знает?

— Да!

— Ну тогда иди хотя бы поздоровайся!

Вовремя отскакиваю от двери до того, как полуголая мачеха выйдет обратно в коридор.

Усмехаюсь, вспоминая, как тогда в ванной назвал этого Илюшу долбоёбом. Хм… интересно на него посмотреть!

Несмотря на то, что я этого парня ещё никогда не видел, у меня к нему возникает стойкая неприязнь. Познакомлюсь, а потом выставлю вон! Полине он не нужен. Чтобы он там не хотел ей сказать, слышать ей это не нужно!

Быстро спускаюсь в гостиную, и вижу сидящего на диване парнишку. Странно, я его себе другим представлял. Почему-то мне виделся задохлик в очках, а этот… довольно крепкий.

— Привет, я Илья, — он протягивает мне руку.

— Привет, я Даниил, — не отвечаю на рукопожатие. — Свали на хрен из этого дома!

Глава 15

Полина

Да что же это за утро такое! То братец орёт над ухом, то теперь Илья пришёл! Чёрт…

Хожу по комнате туда-сюда, пытаясь разобраться в собственных чувствах. Ещё позавчера я была уверена, что Илья — моя судьба. Летела в Москву с единственным желанием увидеть его, а вот, наконец, увидела.