Малая - Алайна Салах

Рот Севера кривится в озорной усмешке, придающей ему необъяснимое обаяние. Я чувствую, что перегибаю палку, но давать заднюю уже не в силах. Я слишком глубоко вошла в образ разбитной девчонки, призванный взбесить Родиона.

– Салют. – Родион с Макаром по очереди жмут ему руку. После моего представления оба выглядят притихшими.

– Квадроцикл стоит в ангаре. – Север кивает в сторону. – Как будете готовы – подходите.

Дома, арендованные Макаром и Родионом, находятся по соседству. Условившись встретиться через полчаса, каждый уходит к себе. Едва входная дверь захлопывается, Родиона прорывает:

– Что это было, Линда?!

– А что не так? – с притворным непониманием осведомляюсь я. – Ты выразил недовольство тем, что я недостаточно дружелюбна к твоим знакомым. Я решила это исправить. Наслаждайся.

– Ты вела себя как… проститутка. – выплевывает Родион, багровея. – Особенно с Севером.

– Мне так не показалось. Я просто поцеловала его в щеку и была милой.

Напевая себе под нос, я начинаю распаковывать вещи. Он еще догадывается, что это лишь часть моего представления и самое интересное ждет впереди. Папа как-то сказал, что мы, Олябьевы, не умеем прощать обид, пока за них не отомстим. И был абсолютно прав. А сегодня Родион не на шутку меня обидел.

15

– Ну скажи, классный агрегат? – Сняв с головы защитный шлем, Родион улыбается во весь рот. – На любую гору запросто заберется и разгон приличный.

Глядя на него, я тоже улыбаюсь. Сейчас он выглядит так, словно ему семнадцать. Глаза горят, щеки раскраснелись. Родион обожает экстрим.

– Хороший, да. – Кивнув, Север стягивает балаклаву и кидает ее на заднее сиденье. – Возьму еще пару для особых поклонников. С таким каждый умеет управляться, а соскребать ошметки с деревьев не хочется. Этот себе оставлю.

– По рукам. – По голосу Родиона слышно, что он горд собой. – Ну что, идем в баню?

– Мы же вроде в бассейн сначала хотели? – Я дергаю его за рукав куртки, чтобы напомнить о себе. Я плохо переношу жару, а вот поплавать люблю.

– Иди одна, – прохладно откликается он. – Я и Макар настроились на баню.

Я стискиваю зубы. Просто прекрасно. Стоило мне успокоиться и решить не конфликтовать, Родион решил со мной поквитаться.

– Я за то, чтобы сначала поплавать. – Север бросает смеющийся взгляд на меня и подмигивает. Мол, малая, не дрейфь. Я на твоей стороне.

Лицо Родиона становится растерянным. Авторитет Севера в его глазах слишком весом, чтобы отказаться. К тому же, уйти в баню с Макаром означает оставить нас наедине.

Мне вдруг становится легко и весело. Обычно во время наших разногласий с Родионом я чувствую себя опустошенной. Когда единственный близкий человек выступает против тебя – возникает ощущение небезопасности. Северу одной фразой удалось избавить меня от этого чувства.

– Ну… Ладно… – Родион озирается на притихшего Макара. – Давайте сначала в бассейн.

Весь путь до нашего домика меня гложет обида, смешанная с негодованием. Разве это по-мужски – притащить меня сюда, а потом, скооперировавшись с другом, заставить чувствовать отщепенцем? Я не вожу машину и, следовательно, не могу уехать, о чем Родиону прекрасно известно. Мою просьбу пойти в бассейн он проигнорировал, а за Севером рванул по первому свистку. Некрасиво.

– Захвати мои плавки, малышка! – выкрикивает он, хлопнув дверью туалета.

Моя первая реакция – разразиться обвинительной речью и предложить самому искать свои плавки. Сначала заявил, что своей необщительностью я порчу ему бизнес, потом, когда я попыталась быть общительной, обозвал проституткой, а теперь, как ни в чем не бывало, снова зовет малышкой.

Бросив в сумку его плавательные шорты, я зло задергиваю молнию. Был бы поблизости общественный транспорт – уехала бы, не раздумывая.

– Идем? – Приобняв, Родион подталкивает меня к двери. То, что он делает вид, что ничего не произошло, злит еще сильнее. Всем было очевидно, что он хотел уколоть меня, но дал заднюю после слов Севера. Это ведь так… по-детски.

– О, брат, роскошный у тебя комплекс! – Макар, зашедший в бассейн следом за нами, выразительно оглядывается. – И как я раньше здесь не был?

– Потому что не всех сюда пускают, – парирует Север, не отрывая взгляда от телефона. – И я тебе не брат.

От такого замечания лицо Макара покрывается красными пятнами. Родион нервно смеется в попытке свести слова Севера в шутку. Я же чувствую садистское удовлетворение. Наконец-то, кто-то поставил этого хамоватого олуха на место.

Бросив сумку на шезлонг, берусь за пояс халата. На короткое мгновение вновь сомневаюсь в том, что собираюсь сделать, но потом решительно встряхиваю плечами, освобождаясь от тяжелой ткани, Этот купальник я не планировала надевать из-за его излишней откровенности, взяв на всякий случай, но соблазн позлить Родиона оказался слишком велик. Узкие шторки на тонких завязках прикрывают лишь треть груди, плавки-бразильяна скорее подчеркивают, чем прячут. Я понятия не имею, что в своем время вынудило меня заказать этот купальник в интернет-магазине – подобная обнаженка совершенно не в моем стиле. Видимо, он ждал своего часа и тот настал.

Первая реакция на собственную наготу – смущение, которое я собираюсь перебороть. Слова Родиона о том, что я зажатая и на всех смотрю с подозрением, – хороший стимул. Почему не рискнуть хотя бы раз и не выйти за привычные границы?

– А пиво есть? – спрашиваю я, повысив голос.

Требуются неимоверные усилия, чтобы продолжать стоять с гордо вскинутой головой, а не сжаться под устремленными на меня взглядами. От волнения становится жарко.

– У тебя новый купальник? – доносится до меня бормотание Родиона. – Я такого не видел.

Сальный взгляд Макара проходится по моему животу. Не в силах его выносить, я отворачиваюсь. Кто вообще с ним добровольно спит? Он же просто омерзительный.

– Тебе какое? – Север поднимается с шезлонга. Его нижняя губа закушена, как если бы он прятал улыбку.

Щеки вспыхивают сильнее – привычная реакция на полуобнаженного мужчину с подобным телом.

– Что-нибудь легкое, – отвечаю я, прочистив горло.

– В бассейне не надо пить. – Родион смотрит на меня рассерженно. Обычно я совсем не пью.

– Не утонет, – доносится насмешливый голос Севера. – Глубина здесь метр шестьдесят. А рост Линды около метра семидесяти.

Я сглатываю. Этот попадающее в цель замечание прозвучало неоднозначно. Можно подумать, что он внимательно меня разглядывал.

– Ты весь день ведешь себя странно, – Воспользовавшись тем, что никто не смотрит, Родион одергивает верх моего купальника.

– А ты – нет? – говорю я холодно, возвращая «шторку» на место. – Все для тебя и твоего бизнеса. Наслаждайся.

Забрав волосы в хвост, я иду навстречу Северу, приближающегося с бутылкой пива. Сердце волнительно ухает. Так смело я себя не вела ни разу.

– Держи. – В его глазах скачут