Бета-тест - Аннабет Альберт

вызывало странную реакцию внутри Рави. — Можешь снова включить музыку, если хочешь. Она не должна слишком сильно меня отвлекать.

— Ты определённо подпеваешь на светофорах, когда едешь один, так ведь? — Рави наградил парня на своём рисунке ямочками на щеках, как у самого Тристана, что контрастировало с его затравленными глазами.

— Нет! — отрицание Тристана было слишком резким, а щёки парня окрасил румянец, чтобы Рави купился на это.

Тот снова включил плейлист.

— Как насчёт того, чтобы ты притворился, что меня здесь нет?

— Невозможно, — рассмеялся Тристан, но звук был слегка натянутым.

Однако им удалось устроить какую-то приветливую тишину на следующем отрезке пути. Рави работал над комиксом про младшего офицера, а Тристан вёл автомобиль по долгой зоне строительных работ со скоростью миллиметр в час. Медленный темп, казалось, немного успокаивал его, так что Рави старался не жаловаться слишком много о потерянном времени.

— Если ты откроешь мою папку для путешествия, то увидишь, что я отметил съезды, где наиболее вероятно могут продавать вегетарианские ланчи. Я не хотел полагаться на какую-то дерьмовую телефонную связь на этом отрезке шоссе, чтобы что-нибудь загуглить.

— Ты вегетарианец? — Рави моргнул, поднимая папку с пола. Серьёзно, от организации Тристана у него кружилась голова.

— Нет. Ты, — вздохнул Тристан. — Меня легко накормить, если без рыбы. Но я хотел убедиться, что мы найдём что-нибудь поесть для тебя.

— Боже, Трис, я... — Рави даже не понимал, как Тристан узнал, что он вегетарианец, не говоря уже о том, что позаботился, чтобы он не голодал во время этой поездки.

— Пустяки. Если тебя хорошо накормить, ты будешь милее. Я видел тебя в редкие дни, когда ты пропускал ланч, — Тристан показательно содрогнулся. — Помнишь тот день, когда Катя кормила тебя своими орешками для чрезвычайных случаев и энергетическим батончиком?

— О да, — рассмеялся Рави. — Но, думаю, ты забываешь, чья это была вина, что мы работали весь ланч.

— Вопросы требовали решения, — голос Тристана ни капли не был извиняющимся. — Но я научился не впутываться в твои перерывы на ланч. Заметь, что я передвинул свои расспросы на то время, когда ты уже поешь.

—Э-мм. Спасибо, — Рави пролистал стопку бумаг. — Ладно. Сворачивай через четыре съезда, мы сможем заправиться, и там есть местечко мексиканской кухни с приличными отзывами и хорошими вегетарианскими блюдами.

— Тебе нравится мексиканская кухня? — Тристан покраснел, и его тут же осенило. — В смысле, конечно, тебе она может нравиться... ох, чёрт, просто забудь, что я что-то говорил.

— Я в Кали уже десять лет, приехал, чтобы пойти в колледж при Калифорнийском университете Беркли. У меня была куча времени полюбить вкус овощных фахитас. Однако ты можешь удивиться, узнав, что у нас в Нью-Джерси тоже есть предложения мексиканской кухни.

— Прости. Я идиот. Игнорируй меня.

— Так и сделаю, — рассмеялся Рави. — Значит, никакой рыбы, а?

— Однажды летом родители взяли меня в приключенческую фото-поездку в Канаду. Всю неделю нам приходилось есть только рыбу, которую ловили для нас гиды и мы сами. Это была пытка. Но моя мама обожает креветки и рыбу всех разновидностей. Она не понимает, почему я испытываю такое отвращение к этому.

— Эй, согласен с тобой по поводу отвращения. Я пытался есть мясо и морепродукты в первые несколько лет жизни в Беркли, но эта часть великого индусского сопротивления не взяла надо мной верх. Я понял, что чувствую себя лучше, когда ем по большей части вегетарианскую пищу.

— Эта часть, а? Уж мне ли не знать об этом великом сопротивлении.

— Позволь мне сначала направить тебя к этому месту, — перевёл разговор Рави, и начал считывать направление, пока Тристан приближался к съезду.

Позже, за гигантскими буррито и действительно великолепным гуакомоле, Тристан вернулся к теме:

— Значит, выходит, ты уехал в Калифорнию в знак большого сопротивления против своих родителей? Они хотели, чтобы ты остался на востоке?

Рави рассмеялся, потому что это была самая упрощённая версия его семейной ситуации, которую он только слышал.

— Если бы только всё было так просто, приятель. Но когда я попал в Калифорнию, то решил быть тем человеком, которым действительно хотел быть. Никаких оправданий. Никаких границ. Пробовал всё, что хотел, было ли это тако или поцелуй с милым парнем с урока живописи.

Посреди всего этого он пропускал множество отвратительных вещей и уж точно вставил последнюю часть просто для того, чтобы заставить Тристана покраснеть.

—Вау. Э-м. Вау. Мой папа дважды проверял моё расписание на первом году учёбы. И э-м... вау.

— Никаких милашек в Стэнфорде? Никаких горячих экономистов, которые заставляли сворачивать шею?

Тристан покраснел ещё сильнее и отложил свой буррито.

— Нет, были. Просто... Я не делюсь всем так просто, как ты.

Ох, если бы Тристан только знал, скольким многим Рави не делился, то просто рассмеялся бы над своей глупостью.

***

Тристан не привык чувствовать себя таким сытым. По большей части мужчина ел ланч за своим столом, и обычно это были какие-нибудь органические замороженные блюда, которые он покупал в большом объёме. А говорить за ланчем? Это не было со времён колледжа. Он столбенел, опустив взгляд и осознав, что они потратили на ланч больше часа, разговаривая о еде, работе и ни о чём конкретном. Трис чувствовал себя одновременно странно оживлённым и вымотанным.

— Я поведу, — Рави обошёл грузовик с водительской стороны после того, как они расплатились.

— Спасибо, — Тристан запрыгнул на пассажирское сидение и увидел на полу скетчбук Рави. Он потянулся к нему, но Рави схватил его первым и плотно упрятал блокнот обратно в свою сумку.

— Ты, правда, мне не покажешь? — Тристану было очень любопытно, над чем же Рави так яростно работал.

— Это просто каракули, — пожал плечами тот. — Просто надо было чем-нибудь занять руки.

— Ха.

Тристан видел, что Рави умел делать с краями заметок. Даже его "каракули" были превосходным научно-фантастическим искусством. У него была способность изображать целые истории всего несколькими линиями.

Тристан осторожно сложил чеки за ланч и бензин в свою папку расходов, устояв перед желанием покопаться в сумке Рави, так как она стояла прямо рядом с его сумкой. Рисование во время осторожно распланированных намерений Тристана могло раздражать, но нельзя было отрицать, что в талантах парня было нечто крайне захватывающее.

Включая