Позволь тебя снять (СИ) - Элис Карма

я подхожу к нему и стягиваю с него бельё. Габи смотрит на меня слегка удивлённо, но довольно. Потом притягивает к себе и вовлекает в страстный продолжительный поцелуй. Одурев от внезапной вседозволенности я начинаю гладить его и царапать. Я точно человек, которого морили голодом, внезапно получивший изысканное блюдо. Не вижу ничего, не разбираю вкуса. Просто хочу брать, пока дают.

Габриэль подхватывает меня на руки, заставив обвить ногами торс, и несёт в ближайшему столу. Усаживает и помогает раздеться. Некоторое время любуется, потом начинает целовать неспешно.

— Габи, — шепчу я ему. — Давай после будем целоваться. А сейчас, пожалуйста, возьми меня.

— Как скажешь, — отвечает он, улыбаясь, пристраивается и неспешно входит.

Я выдаю не то стон, не то плач, нечто по моему совсем не эротичное. Но это и вправду так хорошо, что можно расплакаться. Габи даёт мне время, целует соски поочерёдно. Потом начинает двигаться, всё больше ускоряясь. Я тону в этих фантастических ощущениях. Пытаюсь продлить столь желанное удовольствие, но кончаю, к сожалению, слишком быстро.

Габи замедляется, давая мне передышку. Тянется к моим губам. Я зарываюсь пальцами в его волосы. Упиваюсь их мягкостью, сладостью поцелуя, ароматом Габи, его силой. Чувствую его внутри. И тело реагирует несмотря на недавний оргазм. Я вновь начинаю заводиться. Габи помогает мне опуститься на стол и закидывает мои ноги себе на предплечья. Тянется ладонью к моей промежности и касается пальцами клитора.

— Здесь? — массирует, делая толчок за толчком.

— Да, вот так! — протяжно отвечаю я, чувствуя, что снова готова кончить. Моё тело трепещет в его руках. Мне безумно здорово с ним.

— Я люблю тебя, Женя, — шепчет он по-русски с сильным акцентом. Судорога пробивает моё тело. Я невольно выгибаюсь. Он толкается ещё пару раз, а затем вынимает и кончает мне на живот. Каждой клеточкой своего тела я ощущаю это безумное наслаждение.

Глава 13 «Остаться навсегда»

Кажется, я совсем с ума сошла. В сорок лет закрутить роман с молодым мальчиком?! Но перед очарованием Габриэля, его галантностью и сексуальностью просто невозможно устоять. Я стараюсь не задумываться о том, какая расплата ожидает меня за эти яркие эмоции. Мне перепало немного простого женского счастья, и пока есть возможность, я намерена с чувством восторга проживать каждую его минуту. Да, вероятно, потом будет больно. Но едва ли больнее, чем от предательства того, с кем я была вместе четырнадцать лет.

После студии мы отправляемся ко мне в отель. Старательно гоню от себя мысли о том, что обо мне могут подумать администраторы на ресепшене. Я будто сняла, какого-то юнца и притащила его к себе. Удивительно, но Габриэль выглядит совершенно невозмутимым. Будто он всё именно так и планировал. Возможно, так оно и есть. Но, как я говорила раньше, расчет в этом случае с его стороны не очень удачный. Надеюсь, он не сильно расстроится, когда поймёт это.

В номере становится чуть легче, свободнее. Можно расслабиться и не бояться, что кто-то внезапно нагрянет, как в случае со студией. Я оставляю Габи и отправляюсь в душ. Моё тело всё ещё немного болит от безумных отчаянных ласк. Я провожу рукой по груди и спускаюсь вниз. Пытаюсь представить, каково это прикасаться к моему телу. Габриэль открывает дверь и начинает раздеваться. Смотрю на него растерянно. Он забирается ко мне под душ и обнимает. Дрожь пробегает по телу. Я тянусь к его губам. Ощущаю сильные руки на своей талии. Они скользят по коже, вырисовывая одному только ему ведомые узоры. И в этих движениях уже нет той дикости и вожделения, как в студии. Они нежные и бережные.

Я тянусь руками к его напряжённому члену. Но Габриэль останавливает меня.

— Оставь, — качает он головой. — Давай просто постоим вот так.

— Но ты ведь возбуждён, — возражаю я.

— Ну и что, — он пожимает плечами. — Мужчины не умирают от такого.

Он ловит мой подбородок и прижимается к губам. Я никак не привыкну к этим ощущениям, а потому снова млею от каждого касания.

На съёмочной площадке мы стараемся не пересекаться взглядами. Кажется, что если это случится, то заискрит так, что Палермо сгинет в огне. И всё же совсем не общаться во время работы невозможно. Вот только каждый наш разговор теперь звучит как-то двусмысленно. Некоторые в команде замечают напряжение между нами. И я бы и рада спрятать свои чувства, но они переполняют меня. Это уже не просто похоть. Я осознаю, что думаю о Габриэле всё время. Мне интересно, откуда он и чем занимается его семья, как он любит проводить время. Знаю, что не стоит углубляться, ведь до конца командировки осталось не так много времени. Но я настолько увлечена, что отчаянно откладываю эту мысль на потом.

— Может, останешься здесь?

Габриэль гладит меня по обнажённой спине. Прохладный ночной воздух проникает сквозь открытые окна, вызывая лёгкую дрожь. Я отрываюсь от подушки и заглядываю Габи в лицо. Он задумчиво глядит в потолок.

— Почему ты спрашиваешь?

— Потому что не хочу расставаться с тобой.

Он смотрит на меня, и я невольно отвожу взгляд. Всё это время я жила с ощущением праздника. Вела себя так, будто завтра не настанет. Но вопрос Габи вернул меня в ту реальность, где за командировкой на Сицилии следует возвращение в Москву. И сколько бы я не бежала от этой мысли, это всё равно произойдёт. И нам придётся расстаться с Габриэлем, если ничего не предпринять.

— Я тоже не хочу, — отвечаю с тяжёлым вздохом.

— Но? — он смотрит на меня внимательно.

— Что «но»?

— Ты сказала это так, что за этим обязательно должно быть какое-то "но".

Я сажусь на кровати. Чувствую, как меня начинает немного трясти. Отчасти от холода, но больше от волнения.

— Давай потом поговорим об этом, — прошу я, озираясь в поисках сигарет.

— Когда потом? — его тон становится неожиданно серьёзным. — Скоро твоё сотрудничество с брендом закончится. Не хочу давить. Но если я для тебя не просто минутное увлечение, то нам нужно обсудить варианты сейчас, когда ещё есть время.

Я понимаю, что он прав. Но мне страшно думать о будущем. Кажется, если забыть о нём, то можно навсегда остаться в этом моменте. Глупый подход, неизменно ведущий к разочарованию.

Так и не дождавшись ответа, Габриэль поднимается и начинает одеваться. Мне становится страшно. Кажется, что это и есть моя расплата. Что он сейчас уйдёт и не вернётся. Но собравшись Габи подходит ко мне и целует.

— Думаю, тебе нужно взвесить всё. Я люблю тебя,