Мой сводный кошмар (СИ) - Анастасия Воронцова

вспоминала. Ему тоже предстояло платить за содеянное, несколько лет так точно. Особенно если он продолжит молчать.

В том, что гад действовал один, я сомневался, как и следователь.

Наркотик, который он подмешал Лине, было довольно сложно достать в нашем городе. Более того, даже если бы он умудрился его каким-то образом достать, ему бы на него просто не хватило денег.

Я знал, что этот гад не из богатой семьи. Он даже не мог оплачивать учебу в университете, поэтому до последнего держался за стипендию, пока не слетел с нее. Кажется срок оплаты учебы истекал в следующем месяце, сразу после сессии. И, если бы он каким-то чудом не достал деньги, его бы просто отчислили.

Моей теорией было то, что ему предложили денег либо за похищение Златы, либо за компромат на нее. Пусть она и не была родной дочерью моим родителям, даже одно фото могло всерьез навредить репутации моей семьи, а значит и компании моего отца.

Но, до тех пор, пока этот урод молчал, это было только теорией. Я не мог ничего доказать, не мог обвинить конкретных людей. А ведь, если я прав, заказчик этого дерьма все еще был на свободе, и в любой момент мог сделать следующий шаг. А значит это могло повториться.

Мы уже обсуждали эту версию со следователем и родителями, и сошлись на том, что какое-то время ни Злата, ни Лина не должны передвигаться по городу в одиночку. Более того, на телефон каждой будет установлена специальная программа, которая позволит отследить их в случае необходимости.

Само собой, Лина была не в восторге от этого.

— Это вмешательство в личную жизнь! Почему вляпалась она, а страдаю я?! — возмущенно выпалила она, глядя на свой телефон в моих руках. Клянусь, дороже этого куска из пластика и железа в розовом чехле у нее ничего не было.

— Потому что, если целью было навредить не Злате, а нашей семье, ты тоже в опасности, — устало ответил я, заканчивая устанавливать программу, — Или ты хочешь торчать в каком-нибудь подвале, не зная, найдем мы тебя или нет?

Надувшись, Лина забрала протянутый ей телефон, и даже спасибо не сказала. Что ж, по крайней мере мои слова заставили ее замолчать. В последнее время выносить ее истерики было все сложнее.

К счастью, Злата была не в пример разумнее, и просто кивнула, когда ей сказали, что это вынужденная мера.

Когда с едой было покончено, я думал о том, чтобы заехать в боулинг или кино, но чувствовал ее усталость, поэтому отвез Злату домой.

Там она почти час провела в ванной, пока я, как мальчишка, думал о ней. Представлял ее в горячей воде с ароматной пеной, невинную и обнаженную, и думал о том, с каким удовольствием оказался бы там, с ней.

Само собой, в реальности она меня к себе и на метр не подпустит. По крайней мере пока.

Пусть я и знал, что не подхожу ей, сдаваться я не собирался. Сегодня был первый настоящий шаг к нашему сближению. К пониманию. К прощению старых ошибок и новому началу.

Следующий шаг я сделал тем же вечером.

Чуть позже, спустя какое-то время после того, как Злата вышла из ванны, я остановился перед ее дверью и наконец постучал. Она открыла, и замерла, удивленно глядя на меня. Вид у нее был слегка разморенный. Кажется она дремала.

— Кирилл? — зевая спросила она, — Что-то случилось?

Прежде, чем ответить, я протянул ей огромное ведро попкорна и бутылку газировки. Да, не самая полезная еда, зато отличный выбор для киновечера.

— Я решил устроить киновечер, не хочешь присоединиться?

Я был готов к тому, что она откажется. День выдался насыщенным, как и неделя в целом. Да и Злата выглядела уставшей. Но, вопреки всему, она широко улыбнулась, забирая у меня ведро сырного попкорна, и отступив в сторону, сказала:

— Конечно, проходи!

Я знал, что Злата обожает Гарри Поттера. Когда мама отправляла меня будить ее, я часто видел заставку со знаком даров смерти, так что долго ломать голову над выбором фильмов не пришлось.

Стоило начаться первой части, как она припала к экрану ноутбука, не обращая внимания на то, что я лежу слишком близко. Что я не просто в ее комнате, а на ее кровати, и наши бедра соприкасаются. Я же смотрел только на нее и не мог перестать об этом думать.

К концу первого фильма она настолько расслабилась, что, сама того не замечая, прижалась ко мне.

Тогда я нежно провел пальцами по ее щеке, убирая за ухо непослушную прядь волос, и она наконец посмотрела на меня. В ее глазах все еще горел огонек восторга от просмотра любимого фильма, но это не все. В них не было смущения или страха от близости со мной, вместо них я впервые за много лет увидел то же тепло, что когда-то заставило меня в нее влюбиться. И тогда я ее поцеловал.

Не так, как в спортзале, после той долгой тренировки. И не так, как несколько дней назад, на балу.

Этот поцелуй отличался от всех поцелуев, которые были у меня до этого. Он был особенным.

Еще ни одна девушка не вызывала у меня такой нежности и страсти одновременно. Ни с одной я не чувствовал того же, что чувствовал рядом с ней.

Каждое ее прикосновение, каждый вдох сводил меня с ума.

С ней я хотел быть лучше. Я хотел быть тем, кто достоин ее. Тем, кто сделает ее счастливой. Такой счастливой, что однажды она забудет все дерьмо, через которое ей пришлось пройти, и заведет с ним семью, детишек. Каждый год будет ездить в отпуск: в горы, на море, в Европу, и выставлять в соцсетях множество раздражающе-счастливых фото…

И ради этого я был готов на все. На любую глупость. Любой безрассудный поступок.

Но сначала я должен был найти урода, который нанял Андрея, и избавиться от всего, что ей угрожает.

Глава 8

Злата

Если бы неделю назад кто-то сказал мне, что однажды я проснусь в своей кровати с Кириллом, обнимая его после ночного марафона фильмов о Гарри Поттере, я бы фыркнула и посоветовала ему обратиться к психотерапевту.

Кто бы мог подумать, что я не только не испытаю отвращения, но и укрою его пледом вместо того, чтобы прогнать?

Нет, я не стала наивной дурочкой, и не забыла о том, как он отправился на свидание с другой сразу после нашего поцелуя.