Снегурка для охотника (СИ) - Кубышкина Светлана

Марат хмыкнул. Посмотрел на бешено сверкающую глазами Стефанию. Она готова драться за свою честь. И понимает, что когда за спиной Илья – Марат не посмеет к ней прикоснуться.

– Да, такая может и порвать. Эх, Илюха! Такай секс мог бы получиться… Неужели тебе не хочется тройничок?

На этих словах Илья подошел к Марату, обхватил за плечи и практически поволок спать.

Стефания осталась в гостиной. Она боялась куда-то уходить отсюда. Здесь светло, горят лампы, мигают новогодние огоньки. Может быть вернется Илья, и она снова будет в относительной безопасности. Ей казалось, пока она не двигается с места, ничего плохого не произойдет. Вспоминала тот кошмар в комнате, когда она была одна, и чужие руки схватили и поволокли, не давая возможности позвать на помощь. Да и кто бы помог? Здесь ее никто не знает. Она простая «шлюха» с улицы. А богатые подонки привыкли пользоваться женщинами. Илья, бедный, он хотел защитить ее. Но не имеет ни копейки, чтобы хоть как-то помочь. Видимо сам живет за счет бабы Маруси и Марата.

На лестнице появилась мужская фигура. Илья. Единственный человек в мире, которому она реально была благодарна за то, что до сих пор жива и сидит на этом диване.

Он не торопясь спустился к ней. Сел рядом.

– Что думаешь делать?

– Не знаю.

– Я поговорю с ним, когда протрезвеет. Сейчас бесполезно, понимаешь?

Она кивнула.

– Это очень большие деньги. Но они мне были реально нужны. Я не думала, что все так обернется. И что Кочетков сам выйдет на меня.

– Поверь, для него эти деньги – ерунда. Видимо просто ты ему приглянулась.

– Это опасно?

– Да.

– И что же мне делать? Ты ведь… опытный. Придумай что-нибудь… – она взяла его за руки. Чувствовала его пульс. Слышала, как бешено колотится сердце, и не понимала чье – его или ее. Шум в ушах. Мольба в глазах. Хотелось спрятаться на его груди, в том кулончике, что висит у него на шее. Стать маленьким перышком и исчезнуть в этих крепких мужских руках.

Он приблизился к ней. Взял за подбородок. Посмотрел в глаза. Долго. Будто пытаясь прочитать всю ее жизнь.

Стефа расслабилась в его руках. Она знала, что пока Илья рядом, ничего плохого с ней не произойдет. Он будет драться за нее. Даже несмотря на то, что у него есть жена. Даже несмотря на то, что у него свои проблемы. Но не как отец. Как мужчина.

Она подалась вперед, ожидая прикосновения его губ. Но Илья лишь провел по ее губам большим пальцем.

– Ты должна научиться себя защищать.

Стефа сразу сникла. Нет. Он не будет рядом. У него семья. А она – глупая дурочка, напридумывала себе всего.

– Ты должна научиться стрелять. Завтра же, когда этот болван проспится, я научу тебя. А теперь уже поздно. Надо немного поспать, – он поднялся и протянул ей руку. – Проводить тебя до спальни?

– Да! Пожалуйста! Я так боюсь находиться там… одна.

– Не переживай, в доме никого нет. Дверь заперта. Тебя никто не потревожит.

Он довел ее до комнаты. Вошел внутрь. Вещи лежали на своих местах. Он повернулся к выходу.

– Спокойной ночи, Стефания.

– Нет. Постой. Пожалуйста, не уходи.

Стефа сидела на кровати. Слезы сами собой катились из глаз.

– Не оставляй меня одну. Мне страшно. И Марат… вдруг проснется.

Илья сел рядом.

– Спать здесь вместе будем? – махнул он головой на покрывало, которое уже помялось и готово было соскользнуть на пол. – Я, честно, задолбался сегодня. И спать на полу не хочу.

– Конечно, конечно! Ложись, как тебе удобно, раздевайся. Отдыхай.

Стефа суетливо забегала вокруг, расстилая постель. Лишь бы ее защитник хотя бы временно был рядом. А завтра он научит ее стрелять, и потом она разберется, что делать.

Илья покладисто снял одежду, оставшись в одних боксерах. Лег, укрылся одеялом. Закрыл глаза.

Стефа впервые за вечер улыбнулась, глядя на него. Вот бы он был всегда – такой суровый, надежный защитник. И никаких денег не надо.

Свое платье, порядком помятое и несвежее, она решила снять, иначе тело не отдохнет. Но одеяло на двоих только одно. Так что героически решила накрыться покрывалом, чтобы не смущаться и ну смущать спящего рядом мужчину.

Выключила свет. Разделась и улеглась. Илья внезапно повернулся к ней.

– Ты очень красивая, – тихо прошептал он.

– Ты ведь хотел спать.

– Да, но вряд ли еще будет возможность сказать тебе об этом…

– Спасибо!

Он протянул руку и убрал длинную прядь волос, упавшую на ее лицо.

– Что с тобой случилось? Что привело тебя в тот лес?

– Кочетков. Он был на новогодней вечеринке. Он дал мне понять, что пока я не расплачусь с ним, буду его собственностью. Я сделала вид, что пошла в туалет и сбежала. Знала о его связях, поэтому выбросила телефон. Деньги были, немного наличности. Купила билет на поезд и вот… Знала, что люди его будут за мной бежать, следить. У него все схвачено. Поэтому так. Спаслась только в твоей избушке, о которой никто не знает.

– Знают. Вот и Марат знает. И Кочетков теперь, думаю, тоже.

– Но ведь сейчас Марат им должен. С него и будут спрашивать долг.

– Да. Но если не отдаст, заберут тебя.

Она молчала. Он молчал. Ей было страшно. Как это заберут? Разве она в какой-то дикой стране, чтобы вот так просто можно было «забрать» человека? Она, конечно, и сейчас теоретически принадлежала Марату. Но пока не осознавала этого, верила, что сможет договориться, что Илья заступится. Не думала, что реально могут вот так просто взять и забрать ее, как будто она вещь… Попробовала слово на вкус.

– Заберут?

Илья молчал.

– А ты отдашь?

Молчание.

– Мне некуда больше идти, – тихо продолжила Стефания. – У меня совсем ничего и никого нет.

– Понимаю.

– Нет. Ты не можешь понять. Я… круглая сирота, если хочешь. Да, у меня есть прописка, но там… живет мой враг.

– Муж?

– Нет, что ты… С мужем можно развестись и отсудить половину квартиры. А там… брат.

– Как это? Что ж это за брат такой, который в дом не пускает?

– Ну как брат? Не кровный. Сын моего отчима. У нас разные родители.

– А где твоя мама?

– Умерла.

– Соболезную.

– Да. Я осталась на улице и всеми силами пыталась заработать денег, понимаешь? Чтобы выжить…

– Рискуя, решила сорвать куш покрупнее?

– Да, именно так. А сорвалась сама… теперь вообще не представляю, как выходить из этой ситуации.

Илья подвинулся ближе и обнял ее.

– Знаешь, как в сказках говорят? Утро вечера мудренее. Спи. Завтра все решим.

***

Утром Стефания проснулась одна. Потянулась и уже хотела обрадоваться мягкой постели, удобной подушке и новому дню, но тут вспомнила, что произошло накануне, и все желания, кроме как остаться здесь и поглубже спрятаться в одеяло, пропали.

Но ужасно захотелось есть. Ведь вчера ей так и не удалось этого сделать. Хоть на празднике и была уйма прекрасных блюд, она не успела притронуться ни к одному.

Оделась в уже надоевшее платье. Умылась и привела в порядок волосы. Вышла из комнаты. В гостиной стоял маленький накрытый к завтраку столик. Все торжественное убранство испарилось. Дом превратился в обычный дорогой особняк. Здесь было светло и свободно, просторно дышалось, есть где разгуляться, на чем остановить взгляд. Но чувствовалось, что в доме нет души, нет хозяина. Как будто выставочный вариант для олигархов: идеально слепленный, но не живой.

Она подошла к столику. Взяла джем, масло, круассан. Автоматически разрезала, намазала, налила кофе из кофеварки. Откусила. Ждала. Чем еще себя можно занять в чужом доме, когда ожидаешь решение своей судьбы? Только есть. Есть, как в последний раз.

– Смотрю аппетит у нашей Снегурки отменный. Значит все хорошо, курочка? – голос Марата выбил из колеи.

Она обернулась. Молодой, сочный, красивый, в свежей белой футболке, обтягивающей идеальную фигуру, в узких домашних брюках, не оставляющих сомнений в том, что ноги тоже прекрасно сложены, – Марат красовался перед Стефой, будто нарочно выставляя себя напоказ. Любуйся. Убедись уже: твой новый хозяин достаточно хорош, чтобы не бояться и радоваться, что стала именно его рабыней.