Запрети мне любить - Алёна Борисова

class="p1">– Софи, я пришла просить прощения. – сказал он и опустил голову. – Я сорвался, причинил тебе боль, заставил страдать. – если бы я не знала этого мужчину, могла бы поверить в то, что он раскаивался. – Прости меня, моя птичка. Я принес тебе подарок. Взглянешь?

– Тигран, мне не нужны твои подарки. Мне ничего не нужно. Разве можно откупиться от своих поступков подарками? Ты причиняешь мне не так физическую боль, как душевную. Понимаешь? Я устала, у меня больше нет сил. Нет сил бояться тебя, верить в то, что ты вернешься в хорошем расположении духа. Зачем ты меня держишь возле себя? Чтобы издеваться?

– Что ты хочешь?

– Отпусти меня? Просто верни мне мою прежнюю жизнь, Тигран. Дай мне почувствовать настоящую жизнь. Я ведь здесь как пленница. За что? За что ты так со мной?

Мужчина долго смотрел на меня, затем резко схватил за горло и сдавил. Нет, не сильно, но чтобы я чувствовала его силу и мощь. А я и не испугалась. Страх куда-то пропал и стало просто безразлично на всё.

– Ты моя, Софи. Только моя и никто никогда не посмеет забрать тебя у меня. Слышишь? Я не трону тебя больше, но и ты не забывайся. – он шипел словно змея. – Я, итак, позволяю тебе многое. Ты вольная, но в переделах разумного. Моя и только моя. Я для тебя и твоей семьи сделал многое, так что будь добра быть благодарной девочкой. – и снова он пообещал меня не трогать больше. В миллионный раз.

Я чувствовала, как воздух начал заканчиваться, но не произносила ни слова. Пусть удавит, может мои мучения наконец закончатся.

Дверь резко открылась и я встретилась взглядом с Каримом. Он медленно перевел взгляд на руку Тиграна, которой он душил меня и с грохотом захлопнул дверь.

– Отпусти. – процедил он сквозь зубы, глядя на мужчину.

Глава 12

Соня

Тигран резко убрал руку от моей шее и вскочил на ноги. Оба мужчины готовы были убивать друг друга, стоя напротив друг друга.

– Выйдем. – резко бросил Карим и не глядя на меня, вышел. Тигран последовал за ним.

Оставшись одна, я тихонько выдохнула. И вроде должна была плакать, страдать, а на лице улыбка. В моем сердце зажегся маленький огонек, который согревал душу.

Никогда в моей жизни никто не вступался за меня. И то, что делал Карим, дарило тепло и какую-то невидимую защиту. Да, он не сможет защищать меня вечно и именно поэтому я наслаждалась тем, что сейчас происходило.

С Тиграном всё уже давно стало понятно. Он никогда меня не отпустит, никогда не позволит уйти, загубив меня окончательно. Я понимала своим здравым умом, что он больной человек. Ему бы в психушку, полечиться, но разве смела я сказать что-то подобное вслух? Конечно нет. И никогда не посмею.

Мысли плавно перетекли к Злате и маме. Я не знала, как сестра чувствовала себя после операции. Звонить без разрешения Тиграна я не имела права. А сердце так и ныло вдали от них. Вдали от тех, кто ничего не знал о моей жизни.

Для них я влюбилась по уши в Тиграна и переехала к нему добровольно. Для них он прекрасный мужчина, нежный, заботливый и ласковый. Для них я жила хорошо и даже очень. И пусть Злата видела меня насквозь, я никогда бы не призналась, дабы не навредить им.

Поехать к ним в таком виде было невозможно. Синяки еще были заметны, как и все остальные ссадины. Поэтому оставалось лишь позвонить им. А для этого нужно было спрашивать разрешение Тиграна. Не уверена, что позволит, но всё же пошла.

Вышла из комнаты и начала спускаться по ступенькам. Глаза тут же наткнулись на Карима, который наоборот, поднимался наверх. Я шумно вдохнула и посмотрела ему в глаза. На какие-то доли секунды, мы остановились. Смотрели друг другу в глаза, как и в прошлый раз.

– Привет. – сказал мужчина и резко продолжил свой путь.

– Привет. – прошептала я самой себе и спустилась к кабинету Тиграна.

Постояла несколько секунд, затем все же набралась смелости и постучала.

– Войдите. – прозвучало мне через дверь и я шагнула к нему.

– Можно? – спросила и Тигран указал рукой на стул. Я села.

– Что у тебя? – спросил он раздраженно.

– Можно ли мне позвонить маме, узнать о состоянии сестры? – Тигран резко поднял на меня взгляд.

– Не много просишь, девочка? – спросил он, откидываясь на спинку стула.

– Всего лишь звонок. – ответила спокойно.

– Сначала отпустить тебя, потом звонок, дальше что пожелает ваша королевская натура?

– Тигран, это всего лишь звонок. – усмехнулась я. – Пять минут и я верну тебе телефон.

– Свободна, София. – сказал он и вернулся к бумагам, лежащим на его рабочем столе.

– Тигран, пожалуйста?

– Я сказал свободна. Тебе помочь найти выход?

– Спасибо, сама. – пулей вылетела из кабинета, готовая разорвать всех на своем пути.

Прислонилась спиной к стене и набрала побольше воздуха в легкие. Услышала шаги, и открыла глаза. Мимо шел Карим и как только наши взгляды пересеклись, он кивнул в сторону подвала.

Ушел, спрятавшись за дверью, я же выждала несколько секунд и пошла за ним. Шла и боялась, что он хотел, а если Тигран увидит. Трясло жуть как.

Но как только я вошла в подвал, Карим дернул меня за руку и прижал к стене. Приложил мне свой указательный палец к губам и внимательно посмотрел.

– Сейчас я дам тебе телефон, и ты позвонишь своей маме. На всё у тебя не больше пяти минут. Я тебя запру здесь, ты проходи дальше, чтобы никто не услышал, когда будет проходить мимо. Вернусь через пять минут, заберу телефон и уйду. Ты выйдешь минут через пять только, поняла. – я кивнула. – Время пошло. – он закрыл дверь и ушел.

Я схватила его телефон и быстро ушла вглубь подвала. Подвалом называла я его, а Тигран говорил, что это бункер. Серые стены из какого-то материала, полная шумоизоляция и множество длинных коридоров. Здесь я бывала очень редко. Запирал он меня в совершенно другом подвале. Здесь он хранил что-то свое, доступ сюда мне был запрещен.

Набрав номер мамы, я молила, чтобы она только ответила. И когда я уже собралась сбрасывать вызов, она ответила.

– Алло.

– Мамочка, привет. – протараторила я.

– Соня, это ты? – спросила она.

– Да, мамуль, это я. Как ваши дела? Как Злата?

– Ой, Соня, пока сложно что-то говорить. Не хочу сглазить, но она стала улыбаться и даже есть.

– Правда? – не могла поверить я. Потому что сестра перестала есть