Цена измены. Вернуть жену - Юлия Валериевна Рябинина

Мне стало страшно за водителя. Герман будто медведь Гризли возвышался над беднягой и я была уверенна, что ему вообще ничего не стоит просто стукнуть таксиста по лбу, чтобы тот отбросил коньки.

Ох! Нет, я так не могу. Ведь жизни водителя угрожает опасность из-за меня. Я не прощу себе, если с ним что-то случится.

Я отвлеклась всего н миг, чтобы освобоиться от удерживающего меня ремня, когда вдруг услышала дикий свист покрышек. Подняла взгляд. Герман направлялся к внедорожнику, а машину такси, как будто ветром сдуло. 

Мамочка! Застыла в той позе в которой была, зависнув на мужчине.

Он вообще человек? Таких же не бывает?! 

Высокий. Сильный. По звериному опасный. Он как голодный хищник двигался пружинистым размеренным шагом. Стремительно приближаясь к машине. В его глазах, черных как два пламенных угля, можно было задохнуться от страха. Я поспешила опустить взгляд. Но это не помогло. Я вдруг задрожала. Мне впервые приходиться так тесно общаться с подобного рода людьми или … бандитами? 

И я не знала как нужно себя вести, ведь это Герман полная противоположность мужа! Что же делать!? 

Дверь открылась, впустив в салон автомобиля белый хоровод снежинок и холод. Икнула! И тут же вжалась в сиденье.

– Замерзла? – покосился на меня мужчина.

– Не-ик-ет, – вылетело изо рта и я тут же его накрыла ладонью.

– Смотри не на дудонь на сиденье от страха, – хмыкает мужчина и включив обогрев салона на полную мощность, подмигивает мне. 

Добродушно?! 

Мне кажется у меня и правда от страха в глазах начало мерещиться. 

Я осторожно двигаюсь к двери. 

– Куда вы меня везете? – судорожно тереблю край куртки.

– Ну, вроде как на работу.

Отвечает Герман. У него с лица не сходит ухмылка. Веселиться, чтоб его. А мне не до веселья. Руки трясуться. В голове полный хаос. 

– Но мне нужно сначала вещи отвезти, – кошусь на него. 

– Хорошо, – скупо соглашается.

Перестраиваясь в крайнюю полосу, Герман разворачивается и едет по направлению к моему временному жилью.

Печка в машине греет знатно и уже через десять минут я полностью размякнув, будто хлебушек в теплом молоке, растеклась по сиденью. И теперь жутко хотелось спать. Бессонная ночь, давала о себе знать, да и испытанный стресс от встречи с мужем и подругой тоже.

– Вот, – внезапно на мои колени ложится белый конвер.

Меня аж затрясло. Что это? Деньги? Зачем? Или за что….

– Что вы себе позволяете? – мой голос дрожит от возмущения. – Вы меня пытаетесь купить? Или заплатить? Что это?

Дорогие мои Девочки!

Наступил Новый 2022 год. И я хочу вам пожелать, чтобы новый год принес вам огромное счастье, крепкое здоровье (ведь это главное). Пусть все ваши мечты сбудутся в новом году, а все плохое останется в прошлом. Берегите себя и близких, прощайте обиды и не держите ни на кого зла.

Будьте добрее к окружающим и мудрее и помните, что чудеса там, где в них верят! 

Всех вас лю...! Мурк-мурк.... 

Праздники прошли, (приготовление заняло немного больше времени, чем расчитывала), теперь только вперед

У Германа вытягивается лицо. И по тому какой он бросает на меня взгляд я понимаю, что сморозила несуственую чушь. Щеки вспыхивают алым. И чем дольше мужчина молчит, тем ярче они разгораются.

– Нет?! – бормочу и онемевшими пальцами беру конверт открываю.

– Это распоряжение от Светланы Петровны, – глухо, с вибрацией в голосе отвечает Герман. 

И я чувствую, что ему с трудом удается сдерживать смех.

Боже, какая глупость, вылетила из моего рта. Я готова провалиться сквозь землю. Готова сделать все что угодно, лишь бы затолкать эти обвинения обратно.

– Простите, я немного расстроена, – смущаясь произношу, полностью сосредотачиваясь на том, что держу в руках. 

– Да, я все понимаю. Не принимай близко к сердцу, – хлопает меня по плечу мужчина.

У меня под тяжестью его ладони затрещали кости. Поморщилась. 

– У меня был тяжелый день и … ночь.

Специально делаю акцент на последнем слове, зачем? надеюсь что его загрызет чувство совести!? Но таких как он вряд ли такое замечание тронет.

Впрочем в подтверждение моих слов, Герман лишь мазнул по мне снисходительным взглядом. И за всю дорогу до дома, а это еще десять минут, между нами не было произнесено ни слова.

Когда машина затормозила возле подъезда, я даже и не сомневалась в том, что Герман мне поможет донести вещи до квартиры. Зайдя в коридор, мужчина сделав пару широких шагов заглянул в глубь.

– Никого нет, – поспешила ответить я и прошмыгнув мимо, забежала в гостиную, подхватила свой саквояж для работы и вернулась тут же обратно. Герман уперевшись в стену плечом, молча наблюдал за мной.

– Я готова, – засуетилась в дверях, пытаясь обойти Гризли так, что не прикасаться к нему.

– А где твой муж? 

Вопрос был настолько неожиданным, что не сразу сообразила, что был задан он мне, хотя кроме нас двоих в квартире никого же больше не было?!

Спину жег пристальный взгляд мужчины. От него шли по спине наэлектризованные мурашки, покрывая лопатки, позвоночник. Собираясь в тугую спираль на пояснице скручивали талию стальным обручем. 

Я медленно повернулась к нему:

– Зачем вам это? – мой голос показался мне абсолютно чужим не моим: хриплый, злой.

– Ну, кольцо-то на пальце есть, а мужа не видно. Все бегаешь куда-то переезжаешь. Случилось что?

– Мне кажется сейчас вы суете нос не в свое дело, – цежу сквозь зубы, глядя на него снизу вверх. – Я не намерена обсуждать свою личную жизнь с посторонними людьми.

Здоровяк ухмыляется, вскидывает бровь. Оценивающе смотрит.

– А ты остра на язык.