Незавидный холостяк - Ашира Хаан

настолько плохо себя вел? Держал вилку не в той руке? Неуместно шутил?

– Просто не люблю пафосные места, – призналась я. – Куда нужно долго наряжаться и вести себя определенным образом. У меня на работе дресс-код, в свободное время хочется расслабиться. Это все не для меня.

– Ну-у-у-у… – задумчиво протянул он. – Место попроще? Без дресс-кода, но со вкусной едой?

– Вообще не хочу никуда, я устала.

Секунды три Кирилл молчал, а потом вкрадчиво поинтересовался:

– Ты правда не хочешь в ресторан или просто отшиваешь меня? Давай тогда я куплю, что хочешь, приеду, а ты приготовишь?

– Кухаркой меня наймешь?

– Ни в коем случае! Ты художник, гений, мастер, а не наемная работница! Но ты не ответила на вопрос, не отшиваешь ли. Это потому что отшиваешь?

– Нет, я…

Это что – свидание?

Я замешкалась, пытаясь сообразить, что мне с этим делать.

– Короче, собирайся, я приеду и там разберемся.

И, не дав мне возразить, он отключился.

Собирайся? То есть все-таки краситься и вот это все?

Наедине с маньяком

Я бы хотела разозлиться.

Не накраситься и пойти прямо так, в домашних джинсах и старом свитере.

Чтобы в следующий раз думал, прежде чем вот так наглеть!

В следующий раз…

Но я подозревала, что Кирилл даже не обратит внимания, во что я там одета. Зато сама сгорю со стыда, куда бы он меня ни повел. Даже если в «Макдональдс».

Поэтому я вздохнула, закатила глаза, фыркнула – выразила, короче, свое отношение – и пошла переодеваться и мыть голову.

Накрасила ресницы, влезла на каблуки… передумала и сменила туфли на кроссовки. Не заслужил!

Но к тому времени как Кирилл позвонил, коротко предложив: «Спускайся!», я уже остыла и даже начала волноваться.

Может, все же туфли?

Или нет?

Или да?

Ладно!

В последний момент я еще и губы накрасила. Просто не удержалась.

Оказавшись на улице, я поняла, почему Кирилл не стал сообщать, на каком экземпляре из его коллекции роскошных авто он сегодня прибыл.

Сверкающее зеркально-бирюзовое чудовище торчало посреди дворовой парковки, затмевая собой солнечный свет. Стоящий рядом Кирилл сиял не хуже.

– Нравится? – первым делом спросил он, глядя на свою игрушку тем взглядом, который девушка, пришедшая на свидание, хотела бы ощущать на себе. – Новенькая, сегодня только забрал.

– Обалде-е-е-еть… – совершенно искренне выдохнула я.

– «Шевроле-Камаро-ZL1», шестьсот пятьдесят лошадиных сил, восемь цилиндров, до сотни за три с половиной секунды, можно выжать триста пятьдесят… Но главное – обвес… Ну и цвет! Чума, да?

– Чума, – согласилась я, посмеиваясь про себя. Мальчики никогда не взрослеют, только игрушки становятся дороже и опасней.

– Садись! – Кирилл открыл мне дверь.

Надо было все-таки надеть каблуки. В таких машинах возят самых роскошных девушек.

В нашем дворе негде было разгоняться до сотни за три с половиной секунды, но Кирилл очень постарался это сделать. Шины взвизгнули, сверкающая корма чуть не снесла куст сирени на повороте – но влившись в поток, табун в шесть сотен лошадей все-таки немного присмирел.

– А куда мы едем? – спохватилась я.

– Сюрприз! – ухмыльнулся Кирилл. Он оглаживал руль с таким видимым наслаждением, так кайфовал в кресле водителя, с такой нежностью касался каждой мелочи в этой машине, что я не знала: то ли отвернуться и не мешать их любви, то ли позавидовать, то ли… Не знаю, что еще!

– Я не хочу в ресторан! – еще раз напомнила я.

– Правда? – Кирилл бросил на меня быстрый взгляд. Огни оранжевых фонарей бликовали на медных волосах, зажигая их огнем. – Ну ладно, значит, не будет ресторана.

Я совсем растерялась.

Как бы узнать: это свидание или что?

Хотя… что ж еще?

Нет, я решительно не понимала, что происходит, и от этого напрягалась все сильнее с каждой минутой.

А уж когда мы заехали в какой-то узкий и темный переулок, едва освещенный забранными в железные клетки тусклыми лампами, напряглась по полной программе. Сюда выходили только глухие двери без вывесок. Вдоль стен, поставленные один на другой, гудели несколько огромных промышленных вентиляторов. Я приоткрыла окно, с трудом разобравшись, как в этой машине все устроено, и вдохнула дующий от них теплый ветер с запахом жареного мяса.

Кирилл вышел из машины, не закрывая дверь. Из-под его ног с возмущенным мявом порскнула упитанная черная кошка. Он постучал в одну из дверей, и через несколько мгновений она открылась. Мне было не видно того, с кем у Кирилла состоялся короткий разговор, – и не слышно из-за гула вентиляторов. Но вернулся обратно он с большим вощеным пакетом.

Забрался в машину, пристроив пакет где-то позади, и улыбнулся, поворачиваясь ко мне:

– Ну что, можно ехать на основное место развлечения. Что у тебя с лицом?

– А что? – с трудом разжала я стиснутые в напряжении зубы, чтобы ответить.

– Похоже, что ты думаешь, что я тебя тут убью, и готовишься дорого продать свою жизнь.

– До этого момента не думала! – чуть-чуть слукавила я.

– Смотри, какое удобное место. Тихое, скрытое. А ты сама села в машину… – Кирилл откровенно развлекался.

– Очень приметную машину! – намекнула я и непроизвольно сжалась, когда он чуть сдвинулся в мою сторону.

– Правильно, – кивнул Кирилл, заводя двигатель и оборачиваясь, чтобы понять, как выезжать из переулка. – Разве убийца будет приезжать на дело на такой? Он же не дурак. Это отведет от меня подозрения. Кстати, ты знаешь, что тут огромная ресторанная кухня с промышленными мясорубками и мощными печами? Даже тело никуда везти не надо, чтобы спрятать все следы.

– Перестань, – попросила я. – Не смешно.

Я судорожно цеплялась за ручку двери, почему-то не решаясь проверить, могу я ее открыть или Кирилл заблокировал замок.

– Варвара-а-а-а… – Он засмеялся. – Ну это же просто шутка! Чтобы тебя развеселить. Ты знаешь, что женщины в процентном