Доминика (СИ) - Марр Эмилия

У меня три подружки. Мы элита школы. По крайней мере, сами так считаем. Ходим по коридорам нашего учебного заведения с гордо поднятой головой. Благо коридоры широкие — все вчетвером помещаемся.

Но сейчас я стою одна. У забора школы. Сегодня ещё должна быть тренировка по волейболу, но у меня день рождения и я убегаю домой. Пригласила подружек в гости после школы, отмечать. Мама обещала накрыть праздничный стол.

К слову, волейболом из нашей четвёрки интересуюсь только я, подружки лишь приходят поболеть. Аля вообще неспортивная, постоянно что-то придумывает, чтобы не появляться на уроках физкультуры. Ее папа вечно находит возможности освободить дочь от спортивных занятий. Наташка тоже далека от спорта. Её максимум — это урок физкультуры. Только Анька посещает секцию легкой атлетики в спортшколе, кстати, единственной в нашем районном центре. Я тоже там занимаюсь. В общем, волейбол — в школе, легкая атлетика — в спортшколе. В остальное время — учеба в среднеобразовательной школе и библиотека в районном ДК.

Сегодня я в красивом платье, губы подкрашены: мама разрешила воспользоваться ее помадой. Впервые. Мне исполнилось четырнадцать лет, я стала взрослой. По крайней мере, мы с подружками так считаем.

Правда, парня у меня нет, хоть и дружу в классе со всеми мальчишками.

Ещё есть подозрение, что мальчики не подходят ко мне потому, что мой папа начальник собеса, большой человек в нашем районе. Но разве может это стать помехой настоящим чувствам?!

Я стою за территорией школы, такая красивая в ярком платье. В одной руке сотовый, во второй букетик цветов, а за спиной школьный рюкзак. Жду папу. Странно, обычно он не опаздывает. Но я не звоню, решаю все же подождать. С левой стороны по улице идут трое парней. Один — высокий, худой; второй — чуть ниже, но тоже тощий; а вот третий — возможно, чуть выше меня, но немного полноват. Тот, что выше всех, идёт по центру и что-то объясняет двум другим, а они слушают, низко опустив головы.

Почти все ученики уже разошлись либо находятся в здании школы. Мне скучно, и я разглядываю пацанов, приближающихся ко мне.

Поравнявшись со мной, высокий парень, задев меня взглядом, продолжил идти дальше. А затем резко остановился и снова посмотрел. Не моргая. Стоит, не двигается, глаз не отводит. Проходит около десяти секунд, но он все так же продолжает пялиться.

Я в шоке. Уже не знаю, куда отвезти свой взгляд.

«Нет, ну что за придурок, так разве можно смотреть?!»

Взглядом стараюсь показать свое возмущение, но он не шевелится и продолжает истуканом стоять и смотреть.

Уже хотела сказать «пару ласковых» и покрутить пальцем у виска, как его попутчики позвали отставшего друга.

Он не с первого раза, но услышал. Посмотрел на них, затем снова на меня. Потом словно пришёл в себя и побежал догонять приятелей. Нет, ну что за придурок! Я чуть не засмеялась в голос, хотя глубоко внутри была счастлива: значит, он меня посчитал красивой, раз так долго и неотрывно смотрел.

Сам парень симпатичный. Глаза то ли голубые, то ли светло-серые, но в любом случае не тёмные. Ровный и прямой нос. Это для меня такой пунктик — мне нравятся у парней только такие носы. Проанализировав всех мальчишек, которые мне нравились внешне, я поняла, что, это единственная одинаковая у всех черта — прямой и ровный нос. Девчонки смеялись, но я ничего не могла с этим поделать. Да, есть у меня такой бзик, но это на подсознательном уровне.

Наконец из-за угла показалась папина рабочая машина. Когда она притормозила рядом, я села на пассажирское сидение возле папы. Поздоровалась с ним и водителем.

— Ну что, сколько сегодня сердец ты разбила? — Другой бы на его месте спросил, сколько пятерок я получила, а мой папа интересуется моими сердечными делами.

Вообще, папа — мой лучший друг. Мой защитник перед мамой и остальным миром. Мой мужчина мечты. Надеюсь в будущем встретить такого же прекрасного человека и выйти за него замуж.

С мамой я тоже близка, но она старается меня воспитывать в строгости, так как роль «доброго полицейского» занял папа. Он меня балует как может, поддерживает все мои идеи и поступки. Вообще, не помню, чтобы он меня хоть один раз ругал. Это всегда делает мама. Но я на неё не в обиде. Ее я тоже люблю.

— Нисколько, — отвечаю ему с улыбкой. — Сегодня я была благосклонна ко всем.

Папа смеётся и целует меня в макушку.

— А что еще интересного? Одноклассники, учителя, события в школе? Как твои подружки? Все сегодня придут к нам? Кого-нибудь из мальчиков позвала?

Я говорила, что мой папа лучший? Так вот — это действительно так!

— Да, девочки обещали прийти. Нет, мальчиков не приглашала. Они нам ни к чему.

— Ясно, ну хорошо.

— А! Папа, знаешь, оказывается, имя, которое ты выбрал для меня, не такое уж и редкое! Вернее, теперь в нашей школе я не единственная Доминика.

— Ты о чем? У вас новенькая?

— Нет, то есть да. То есть не ученица новенькая, а учительница. Доминика Павловна — учитель английского. У нас сегодня был урок у нее. Наша Лариса Ивановна перешла во вторую школу преподавать, говорят, и сына своего перевела туда. И вот теперь нам поставили Доминику Павловну.

Папа меняется в лице. Улыбка исчезает, он хмурится.

— Что такое, пап? Ты ее знаешь? Она плохая? Говорят, она отсюда, но долгое время жила в Москве. Такая красивая и деловая. И одеждаявно не в наших магазинах куплена.

Он молчит. Я дёрнула его за руки, чтобы привлечь внимание.

— Пааап? Ты что? Что с тобой?

— Все хорошо. Все хорошо, милая.

— Приехали, — подаёт голос дядя Миша.

— Доминика, иди домой. Помоги маме с последними приготовлениями. Мне надо в одно место по работе съездить. Я скоро вернусь.

— Хорошо, — неуверенно отвечаю и выхожу из машины.

Поднимаюсь на третий этаж нашей пятиэтажки и захожу домой. Настроение, испортившееся после разговора с отцом, вмиг взлетело, когда я увидела, какой стол мама накрыла для празднования моего дня рождения.

— Мама, спасибо! Я так тебя люблю!

— И я тебя, Доминика! — в нашей семье не принято сокращать моё имя. И все друзья называют меня именно так. — А где папа? Он не поднялся?

— Нет, он сказал, что будет чуть позже. По работе куда-то надо ему съездить.

— Ну хорошо, иди мой руки и готовься принимать гостей.

Больше ничего не требовалось мне говорить, я сразу побежала выполнять поручения мамы. Через час пришли девчонки, и мы сели за стол. Мама посидела немного с нами, а потом ушла к себе в спальню. Ну а мы с девчонками играли, танцевали. Было весело и шумно. Но ближе к семи вечера гости засобирались домой. Их развез наш водитель. А мы с мамой принялись за уборку. Когда все уже блестело чистотой, разошлись по своим комнатам.

Папу в этот день я больше не видела.

На следующее утро я как всегда собираюсь в школу, а мама — на работу. Она — главный бухгалтер в Администрации района. Когда вырасту я, то стану юристом. Думаю, это интересней, чем бумажки перебирать в кабинете.

Раньше, как и все девочки, я мечтала стать певицей или актрисой. Но я уже взрослая, трезво смотрю на вещи и понимаю, что не пойду по этой дорожке, а выберу стабильный и правильный заработок. Актриса и певица — это несерьезно. А вот юрист — очень даже!

— Папа не будет завтракать?

— У него болит голова, он сегодня останется дома.

— Может, тогда я тоже останусь, за один день я не сильно отстану по учёбе? Вдруг ему что-нибудь понадобится? Мам, как думаешь? Или, может, ты останешься?

— Я не могу, у меня завал на работе, отчетов много. А на счёт тебя… папа знал, что ты захочешь остаться, поэтому сказал, что он просто полежит, отдохнёт. И нянька или ухаживающая ему не нужна. Так что ты тоже в школу. Правда, пойдёшь пешком, у дяди Миши сегодня выходной.

— Ладно, раз он так решил, зайду к нему перед выходом. Может, ему что понадобится.

Мама согласилась. Мы с ней вместе позавтракали, и я заглянула к отцу в комнату. Он лежал под одеялом и спал. И запах стоял какой-то нехороший в комнате. Странно. Подошла, поцеловала в лоб — температуры нет.