Жена на один год (СИ) - Коваленко Мария Сергеевна

Оставалось порадоваться, что Наташа подарила мне Лешу. Другой подарок, материальный, сейчас выпал бы из рук и разбился.

— Я уж думала, он никогда не женится. Вечно в делах. Но тридцатник и самых закоренелых холостяков ломает, — теперь Татьяна Егоровна устремила свой взгляд в сторону окна нашего дома. Как раз туда, где стоял ее муж. — В тридцатник в них просыпается тяга к гнездованию, и тогда главное — подловить вовремя, пока они этой тягой не переболели.

Закончив фразу, «мама» повернулась ко мне. Осмотрела с ног до головы, будто видела в первый раз. И нежно холодными пальцами погладила по щеке.

— Но тебе об этом думать рано. Отдыхай, родная. Развлекайся. Твое время еще не пришло.

Глава 8

Никита

«Наверное, не следовало ехать на Новый год в Питер», — эта мысль как назойливая муха не давала мне покоя в дороге, пока вел машину. Она же крутилась в голове весь день, пока в спешке решал питерские вопросы.

Их за два года скопилось, хоть отбавляй. На радостях, что владелец компании будет в городе, управляющий заставил всю администрацию выйти на работу тридцать первого. Офис загудел как пчелиный улей. И уже к обеду от договоров, протоколов и кофе мне захотелось послать всех подальше и уехать домой к невесте.

О том, какого размера нимб у Алины, оставалось только догадываться. Мне все же досталась святая женщина. Она не сказала ни слова поперек, когда я сообщил о поездке в офис. Не звонила и не отвлекала, пока я боролся с управляющим и документами. А вместо сотен сообщений с угрозами и просьбами прислала лишь одно короткое: «Позвони мне, когда сможешь говорить».

Уже только за одно терпение ее следовало звать замуж и обещать беречь от всех напастей. Эксклюзивный вариант жены! Не знающий, что такое претензии, упреки и споры. Уютный и надежный. Тыл, которого у меня никогда не было.

Раньше, еще два — три года назад, я и не задумывался, насколько это хорошо. Вспоминал, как отец буквально на руках носил мать и не смотрел на других женщин. Как они и дня не могли прожить друг без друга. Делились проблемами: рабочими, и личными. Вместе отмечали любые, даже самые маленькие успехи. В том числе мои!

Порой они казались одним целым. Но мне тогда подобная близость была чуждой. В голове крутились разные планы. Времени хватало лишь на работу. Женщины приходили и уходили, не задерживаясь. А Новый год в кругу семьи был хорош лишь готовой едой и возможностью выспаться, пока остальные празднуют.

Два года назад от всего этого как отрезало. Отправил в свободное плавание Кристину. Увяз по горло в новом проекте. А потом встретил Алину. Взрослую, умную, красивую и открытую настолько, что сам не заметил, как открылся навстречу.

С ней оказалось просто во всем. Работа незаметно стала не всей жизнью, а лишь ее частью. Кроме дел появились уютные вечера вдвоем и вкусные завтраки со смехом, шутками и жаркими обещаниями. Кроме партнеров и коллег в реальность вернулись старые приятели и дружеские посиделки с анекдотами и рассказами из беззаботного прошлого.

Любить Алину было так же естественно, как дышать. Уже спустя полгода вместе мне стало казаться, что мы знакомы с десяток лет. Вопрос: «Жениться или нет?» — даже не стоял на повестке дня. Без всяких вопросов я купил кольцо и сделал предложение.

Для полного счастья не хватало только познакомить Алину с моей семьей… ввести в прайд. Но семьи не было. В наличии имелся лишь старый дом, который я все никак не мог продать. Но стоило заикнуться о нем, моя святая женщина сама попросил отвезти её в Питер и познакомить с моей прежней, семейной жизнью.

Мысли об Алине, которая все еще одна дома, взбодрили лучше четвертой чашки эспрессо. Сложив в папку оставшиеся документы, я намекнул управляющему на необходимость закруглиться и достал свой телефон.

Пока моя будущая жена не зачахла от скуки в канун Нового года, ее срочно нужно было спасти.

— Привет, родная, — произнес я, как только она ответила на звонок. — Ты как? Еще не сбежала от меня назад, в Москву?

Учитывая, в какой день я оставил ее одну, сбежать Алина имела полное право. Но моя дорогая невеста, как всегда, только радовала.

— Еще пару часов, и пойду искать тебе замену! Говорят, в Новый год самые счастливые встречи. Как думаешь, в твоем поселке найдется достойная альтернатива?

— Нет, лучше встреть меня! — Я глянул на часы. — Через час… максимум полтора буду дома.

— И даже без работы на дом?

Алина все же уже слишком хорошо меня знала.

— Обещаю, этой ночью всей моей работой будешь лишь ты.

Папку, которую я уже положил в портфель, пришлось вынуть.

— Никита… — В трубке послышался смех. — Бумаги уже достал? Или после того, как положишь трубку, сбагришь кому-нибудь из подчиненных?

— У тебя здесь камера?

Она все же была фантастической.

— Я потом покажу тебе, где у меня камера.

Я не видел Алину, но готов был спорить, что сейчас ее свободная ладонь лежит на груди. Как раз там, где билось сердце.

— Наверное, я неизлечим, — пришлось сознаться. — Вот ты встряла!

— Хроник! — подтвердила эта чудесная женщина. — Но я, кажется, нашла способ, как с гарантией заставить тебя отдыхать всю новогоднюю ночь.

— Ты уже оценила мою кровать? Как тебе матрас? Думаешь, ночь продержится?

— Не-е-ет. Я познакомилась с твоими потрясающими соседями, и они даже пригласили нас к себе на Новый год.

За спиной у меня никого не было, управляющий тоже вышел минуту назад. Но все равно — по голове словно лопатой ударили.

— А какие соседи? Справа от крыльца. Или слева?

Настроение принялось стремительно катиться к отметке «ноль».

— Со стороной могу запутаться. Географ из меня так себе. Но разговаривала я с Татьяной Егоровной. Совершенно изумительная женщина! — восхитилась Алина. — Она передала, что нас ждут и обидятся, если не придём. У них будет и ёлка, и праздничный стол, и живая музыка… Ты не против, что я согласилась?

Последнюю фразу Алина произнесла так тихо, будто боялась услышать ответ.

— Я не планировал ни к кому идти. Мы ведь хотели отметить вдвоем.

Лучше было сказать ей «нет» и не дурить нам обоим голову, но что-то удержало.

— Но мы хотя бы на часик?

— Алин…

— Пятнадцать минут. Поздравим и потом уйдем.

— Солнце…

— Она обидится.

Последний аргумент прозвучал как выстрел. Контрольный. В лоб. Все мои аргументы столпились в голове, совсем как работники в коридоре. Но против этого «обидится» я был безоружен.

— Я куплю что-нибудь в подарок по дороге. Но мы только поздравим и уйдем, — пока из меня не свили макраме, пришлось поставить свои условия.

— Я тебя люблю. Знаешь?

Грустный тон в трубке сменился на радостный. Слушать его такой было настоящим удовольствием.

— Знаю. И я тебя.

Поводов для волнения вроде бы не было. Вряд ли пара минут с соседями могла как-то повлиять на наш праздник. Но словно заноза, какая-то мысль упрямо застряла на подкорке.

— Жду, — бросила на прощанье Алина.

А я закрыл глаза и шумно выдохнул. Прогоняя нелепые мысли, какие-то дурацкие ощущения и полузабытые воспоминания.

С новогодним настроением в этом году совсем не ладилось. Чтобы купить подарки, пришлось отстоять огромную очередь. Потом еще полчаса я проторчал в пробке. А когда приехал домой, на столе ждала записка: «Меня увели праздновать. Никакие просьбы не помогли. Буду ждать тебя у соседей».

Всю дорогу я еще надеялся уговорить Алину остаться дома. Придумывал аргументы. Но теперь с надеждой пришлось распрощаться. Вместо того чтобы снять с себя галстук и устроиться перед камином, я поменял рубашку и подхватил подарки. А вместо того чтобы притянуть к груди будущую жену — пошел в чужой дом давить из себя радостную улыбку.

Как вскоре оказалось, не один я был таким «счастливым». СанСаныч встретил меня у порога депутатского дома примерно с тем же выражением лица, которое я видел в зеркале перед уходом. Даже Демон за сеткой вольера выглядел точь-в-точь как начбез.