Защити меня (СИ) - Николаева Юлия Николаевна

Более того, в какой-то момент, около месяца назад, Леха написал Кристине, что ей от него нужно только одно. Сообщение было в три ночи, так что вполне возможно, Леха написал его пьяным. Девушка не ответила, через десять минут парень добавил: «Я видел тебя с нашим главным».

Это послание тоже осталось без ответа, но на следующий день утром от Кристины принятый вызов. Сама позвонила, значит. Интересно, кто такой этот наш главный, и озаботил ли девушку тот факт, что ее с ним видели?

Телефон я вернула парню в карман, еще раз осмотревшись, подумала, что поговорить не мешает, но домой ехать долго. Потом возвращаться сюда, неизвестно, застану ли парня… Кресло раскладывалось, было кособоким, с уклоном вниз, потому я легла наоборот, подогнув под себя ноги. Закрыла глаза, подумав, какой дурью занимаюсь.

Вместо того чтобы тихо сидеть у себя в квартире, дожидаясь возвращения Мирона, рыскаю по городу, привлекая ненужное внимание. Ладно, завтра поговорю с этим парнем, раз уж я все равно здесь, и все, заканчиваем.

Сон не шел, я достала телефон, нашла в инстаграме страницу Кристины, посмотрела посты. В основном, она на них одна, а если рядом парень, то сфотографирован так, что непонятно, кто он. За исключением Резо. Кажется, их отношения она не скрывала. Впрочем, это было бы сложно, учитывая, что блог Резо популярен, а фотографий Кристины в последние месяцы там много. Нашелся снимок возле машины Клима, мне снова сталь жаль парня.

Покосилась на сопящее тело. Кто знает, может, они все были в нее влюблены. Каждый по-своему. Леха вон тоже выставлял претензии. Только у Кристины, кажется, не было чувств ни к кому. Ну или ее любви хватало на всех, это если рассматривать с современной интерпретации чувств, которая мне все-таки не близка. Как по мне, когда любишь, даже помыслить не можешь о другом.

— Чем ты недоволен? — спрашиваю Луку, вернувшись домой и поцеловав его в щеку. Он ведет головой, хмурясь.

— Скажи честно, Даш, — смотрит на меня, — у тебя с этим твоим Мироном было что-то?

Я вздергиваю брови.

— Я ведь говорила, мы только друзья. Ну может, не только, — добавляю торопливо, — мы вместе росли, поддерживали друг друга после выхода из детского дома… Мирон мне как брат, Лука.

Он недовольно молчит, глядя в сторону. У нас все произошло очень быстро. Он приехал к моему дому на следующий день, безапелляционно так позвал на свидание. Да я и не стала бы противиться, я полночи только и делала, что прокручивала в голове нашу встречу.

Потом было еще несколько свиданий, первый секс, яркий, незабываемый, через два месяца я переехала к Луке. Мы словно оба понимали: нам ни к чему все эти проверки, мы созданы друг для друга.

Конечно, Мирон был удивлен, но никак не комментировал происходящее. Я старалась общаться с ним побольше, понимая, насколько сложно ему будет одному. Но проблема все же имела место быть.

— Он мне не нравится, — заявляет Лука, устремляя на меня взгляд, я вздыхаю. Хочу ответить, но он продолжает. — Я все понимаю, Даш… Но в нем что-то такое есть… Он слабак.

— Слабак? — смотрю непонимающе. Лука пожимает плечами.

— Ты его на себе тащишь, и его это устраивает.

— Это не так, — я стараюсь говорить мягко, Лука только морщится.

— Ладно, черт с ним, — притягивает меня к себе за руку и усаживает на колени. — Я соскучился.

Я не сразу поняла, что нахожусь не дома. Почувствовала, что кто-то трясет меня за плечо, отмахнулась, переворачиваясь на другой бок, и чуть не свалилась с кресла. Память подсунула мысль, что я в квартире бармена. Я села, щурясь спросонья, парень рассматривал меня с растерянностью. Вид у него был изрядно помятый.

— Я тебя что, в клубе подцепил? — спросил меня. Я хмыкнула.

— Это я тебя подцепила. И домой отвезла. Поговорить с тобой хочу.

— О чем? — нахмурился он.

— О Кристине Мишиной. Я подруга ее.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Митяев нахмурился еще больше, глядя с подозрением. Хотел что-то сказать, но передумал.

— Ладно, я только душ приму.

Пока он мылся, я снова наведалась в кухню. Чистых кружек не нашлось, потому я вернулась обратно. Собрала кресло, села в нем, глядя перед собой. Вряд ли я, конечно, узнаю что-то интересное. У меня сложилось впечатление, что парни Кристины мало знают о ее жизни в те моменты, когда они лично в ней не фигурируют. Да и Леха кажется совсем уж простаком на вид.

И все-таки этот простачок сумел удивить, потому что когда вернулся и сел на край дивана, спросил:

— Что-то я не помню тебя с Кристиной. Откуда ты ее знаешь?

Пару секунд подумав, я ответила:

— Я знакомая Резо Салагиадзе.

Митяев поморщился.

— Не скажешь, что ты тусуешься с мажорами.

— По виду вообще судить не стоит.

Он помолчал.

— И чего ты хочешь от меня? А сколько времени? — спохватившись, парень вытащил телефон и выдохнул. — Похороны через три часа. Хорошо, что с похмелья спать не могу.

Я не стала это комментировать, спросила о другом:

— Вы с ней встречались?

Леха усмехнулся.

— Ага, мы встречались, а еще она встречалась с кучей парней, в том числе и твоим знакомым. — Не заметив на моем лице удивления, продолжил. — Трахалась она со мной за то, что я ее в клуб водил бесплатно и бухло наливал. Когда нужен был, появлялась на вечер-другой, потом сваливала. Вот и все.

— И ты не пытался выяснить отношения?

— Пытался, — Леха крутил в руке телефон, — но она меня послала, сказала, не нравится, не надо. Найти другого для нее не проблема. Да вон хоть Артура, сменщика моего. Ей-то все равно с кем спать, а ему не жалко проходку сделать и налить выпить.

— Она тебе нравилась?

Он вздохнул.

— Нравилась не нравилась. Какое теперь это имеет значение? Зачем ты вынюхиваешь?

Я пожала плечами.

— Не верится, что она могла так глупо утонуть.

Леха отвел взгляд.

— Никому не верится. Но в жизни чего только не бывает.

С этим было трудно спорить.

— Ты не знаешь, она где-то работала? — поинтересовалась я.

— Особо нет. Она с предками жила, но они у нее нищие. А Крис выставляла себя королевой… Деньги у нее были, немного, конечно, но… Видимо, подкидывали любовники.

Леха отвел взгляд, сжав в руке телефон. А я подумала: все-таки те слова о главном были не пьяным бредом. Он действительно встревожился. Только почему? Приревновал или их главный непростой человек?

— А ты ее любовников знаешь?

Леха уставился на меня недовольно.

— Ничего я не знаю. Слушай, подруга, если тебе что-то хочется вызнать, иди спроси своего Резо. Последние месяцы они были вместе. А я ничего не знаю, я же сказал, что она только пользовалась мной, чтобы пройти в клуб бесплатно. И то, последний месяц ей это было точно не нужно.

Он резко замолчал, вставая, словно пытаясь уйти от моего взгляда. Замер спиной ко мне, а я спросила:

— Почему не нужно? Потому что она встречалась с вашим главным?

Митяев резко повернулся ко мне, сверлил взглядом, пытаясь понять, откуда я это знаю. Потом посмотрел на лежащий на диване телефон и зашипел:

— Ты кто такая вообще? Приперлась тут, не пойми кто, вынюхиваешь… Рылась в моем телефоне? Я что, не понимаю, что ты никакая не подруга? Лучше свали по-хорошему, а не то ментов вызову. Я тебя знать не знаю.

Я встала, выставляя руки вперед.

— Ладно, парень, успокойся. Я ухожу. Только подумай о том, что кроме меня могут еще люди появиться, которым смерть Кристины интересна. Так что если есть, что рассказать — лучше сам в полицию иди.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Да пошла ты. Ничего я не знаю.

Я действительно пошла. А он действительно ничего не будет знать. И переписку удалит на всякий случай. Ему неприятности ни к чему. А именно их ожидание отразилось на его лице, когда зашел разговор о главном. Кто же это такой-то?

В маршрутке я залезла в поисковик. Мне повезло, оказывается, у владельца сеть клубов по области, и имя его не овеяно ореолом тайны. Антон Черепанов, молодой привлекательный мужчина, блондин около сорока, на фото улыбается широко и добро, что, конечно, ничего не значит. Не женат, живет в нашем городе. Порылась по сайтам, ничего эдакого не нашла. Средней руки бизнесмен без ярких историй и явных грешков. Но если Митяев так испугался именно его, то все-таки что-то есть.