Королева их сердец (СИ) - Эванс Найн

Не заметив Воронцову в самом большом баре и на танцполе, Кулагин двигается дальше, выискивая знакомую фигуру. Его внимательный и натренированный взгляд почти сразу находит девушку. Вот только она не одна.

Стас, как крейсер, двигается сквозь толпу, не обращая внимания на возмущённые возгласы. Ведь стоит людям увидеть его – большинство тут же замолкают, признав мужчину. Короли не трубят о себе на каждом углу города, но о них всё равно знают или догадываются.

- Мия?

Кулагин опускает ладонь на плечо Воронцовой и тут же убирает её. Девушка дергается, уходя от прикосновений. Мужчина рядом с ней как-то сразу сдувается и пытается стать незаметным. Стас легко перехватывает незнакомца за руку и бросает взгляд на бармена.

- Охрану сюда.

Бармен не успевает ничего ответить или даже кивнуть.

- Снова отдаёшь приказы, - ясно звучит голос Воронцовой недовольно. – Только и можешь, что приказывать! Никакого уважения к людям. А ну-ка пусти Сергея! Ты не имеешь никакого права нас удерживать.

Вокруг люди начинают оборачиваться. Поднимается волна шёпота. Кулагин ненавидит подобное.

- Это моя жена, - пытается он купировать возмущение посетителей.

- Нет! – выкрикивает Мия. – Я не твоя жена! Ты насильник! – не собирается она умолкать. – Чудовище! Ты…

Стас реагирует немедленно, увидев, как начинает заваливаться девушка. Оттолкнув от себя притихшего мужчину, Кулагин подхватывает Воронцову. Но уйти Сергею не удаётся. Двое охранников уже там.

- Где вас черти носили!? – набрасывается Стас на охрану. – Почему не смотрели за ней?

- Вы сами сказали, чтобы мы дали ей пространство и не мозолили глаза, - без запинки отвечает один из мужчин, крепко удерживая не сопротивляющегося Сергея.

- Идиот, - выплёвывает Кулагин.

Перехватив Воронцову, Стас приподнимает веко девушки, чтобы увидеть то, чего совершенно не хочет. Несколько мелких капилляров уже успели окраситься в голубой цвет. Временный побочный эффект. Но этого недостаточно. Сжав челюсть Мии, Кулагин приоткрывает её рот и вдыхает его запах. Смесь фруктов и ягод почти заглушает неприятный аромат. Кто-то другой мог и не заметить этот специфический запах, но Стас знает, на что обращать внимание.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ - Что случилось, босс?  - интересуется охранник, сильнее сдавливая руку Сергея, что уже принял свою участь.

- Этого уёбка увести, - приказывает Кулагин. – После проверить здесь всех на наличие Ридина. Кто не захочет пройти проверку, заставьте. Я хочу знать, кто ещё применяет это дерьмо.

- Сделаем, босс, - произносят одновременно охранники. – А что вы будете делать?

Стас поднимает затихшую Мию на руки.

- Присмотрю за своей женой.

Глава 14

Частичная амнезия после обильного возлияния алкоголя – дело не редкое. Кто-то навсегда забывает некоторые моменты прошедшего вечера веселья, а кто-то помнит обо всём частями. И каждый раз становится неловко. Но ещё больший стыд испытываешь, если помнишь абсолютно всё.

Мне не хочется открывать глаза и просыпаться. Я бы с большим удовольствием осталась в постели и никогда больше не видела внешний мир. Господи, почему я не могла обо всём забыть, как остальные? И почему у меня так сильно болит голова? Я ведь выпила совсем немного.

События вчерашнего вечера накатывают волной. Я вспоминаю о том, как сидела в баре с приятным мужчиной. Я даже имя его помню. Сергей. А потом мне резко стало плохо. Сначала я не чувствовала ничего, но затем появился Кулагин, и резко проснувшаяся злость на его действия заставила меня поступать необдуманно. Зачем я только рот открывала?

Я не говорю, что считаю Стаса хорошим человеком, но называть его чудовищем не стоило. Да и насильником тоже. Пусть они добились моего согласия с помощью манипуляции, в конечно итоге я прекрасно отдавала себе отчёт в том, что делаю. И после того, как я решила воспользоваться их возможностями и ресурсами, глупо теперь разделять нас. Я тоже не ангел. Они, в отличие от меня, хотя бы откровенны в своих желаниях.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Госпожа? – звучит тихий голосок из темноты комнаты.

- Я же просила, - хрипит мой голос. – Раздвинь шторы, ничего не видно, - прошу горничную.

- Господин Кулагин сказал, что яркий свет может усугубить головную боль, - не двигается Ева с места. – Но я могу зажечь настольную лампу. В патроннике поменяли лампочку на более тусклую.

Лишнее напоминание о моей глупости. Он мог не заботиться о моем самочувствии после случившегося, но всё равно сделал это. Будто мне и без того не достаточно хреново. Хочется разозлиться, что Кулагин заставляет меня ненавидеть себя, но я злюсь лишь на себя. И с этим что-то надо сделать. Я не могу грызть себя изнутри, переваривая произошедшее.

Лампа вспыхивает мягким светом, который почти не режет глаза и не вызывает желания забраться обратно под одеяло.

- В ванной лампочки тоже поменяли, - докладывает прыткая Ева, помогая мне выбраться из постели. – Я могу приготовить вам ванну, если хотите?

- Нет, - продолжаю хрипеть. – Приму душ, - следую в сторону ванной комнаты. – Где Стас сейчас?

- Господин Кулагин в своём кабинете. Сказать, что вы спрашивали про него?

- Не надо. Я сама.

Ноги мои ещё слабы, но я всё равно умудряюсь помыться без помощи Евы, которая так и норовила пролезть за мной в комнату. Она и до этого была очень услужлива, но сегодня попытки помочь просто выходят за всякие рамки. Раньше она бы не стала со мной спорить, приняв указ с первого раза.

- Что с тобой? – не сдерживаю вопрос после того, как оказываюсь снова в спальне и принимаю из рук горничной мягкую пижаму из прохладного щёлка. – Ты ведёшь себя странно.

Ева поднимает голову и я, наконец, замечаю, как блестят её глаза от невыплаканных слёз. Первая мысль о том, что её кто-то обидел. Но она не даёт мне придумать какие-то глупости.

- Вы вчера выглядели очень плохо, - всхлипывает она. – Мне казалось, что вы можете умереть – настолько бледной вы были. Я думала, - мотает она головой. – Думала, что…

Очередной всхлип, и слёзы проливаются из прекрасных янтарных глаз девушки, которая так близко приняла случившееся со мной. Мне не остаётся ничего другого, как податься вперёд и обнять Еву, проводя ладонью по её вздрагивающей от рыданий спине. Нужно быть внимательнее к ней.

- Всё хорошо, - проговариваю скорее для себя, чем для неё. – Ничего ужасного не случилось. Всё будет хорошо.

Успокоив горничную и придав себе немного уверенности, я следую в кабинет Кулагина. За неполный вчерашний день успела запомнить, где и что находится в этом особняке. Несомненно, мне это лишь на руку. Не хочу лишний раз просить помощи Рэма.

- Можно?

- Войдите, - раздаётся властный, не терпящий возражений голос.

Стас оказывается за своим столом, таким же массивным и крепким, как и сам мужчина. Как я успеваю заметить, пока приближаюсь к столу, кабинет полностью соответствует собранному и сдержанному Кулагину. Ничего лишнего в интерьере, и каждая вещь на своём месте.

- Как ты себя чувствуешь? – опережает мужчина мой вопрос.

- Я… - опускаю голову. – Я хорошо. Спасибо, - тереблю подол пижамной кофты. – Я хотела извиниться, - едва слышу сама себя. – То, что я сказала вчера… Я не думаю о тебе так. Я не…

Меня начинает медленно потряхивать, и, кажется, Стас это замечает.

- Подойди, - всё так же спокойно просит он, но что-то подсказывает – отказа мужчина не приемлет.

Не ожидая повтора, я двигаюсь к мужчине, обойдя стол стороной. Моя голова всё ещё склонена вниз, поэтому я вижу ноги Кулагина, а не его лицо. Затем в поле зрения появляется широкая ладонь, которая легко обхватывает моё запястье. Я не сопротивляюсь и подаюсь вперёд.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Ты ни в чём не виновата, - произносит Стас проникновенно, после того, как устраивает меня на своих коленях.

Удивительно, что со своими габаритами я всё равно ощущаю себя маленькой и беззащитной рядом с Кулагиным. Его руки обхватывают меня, и я словно оказываюсь в коконе. От мужчины пахнет чем-то приятным, но не различимым, а также веет теплом, в которое я окунаюсь, прикрывая глаза. Если Стас не злится, то и я не стану себя обвинять.