Украденная невеста (СИ) - Филимонова Лина

Но зачем ему стараться - у него же папа. У него же  все схвачено и вся жизнь расписана наперед…

Где-то в середине моего четвертого курса Кир собрался в Москву. План был такой: учиться на заочной магистратуре и параллельно работать в крупной строительной компании. Куда его, конечно же, пристроил папа. Это были его партнеры, он хотел выйти на новый уровень - в том числе через сына.

Когда Кир сказал мне, что собирается уезжать, я ревела целый вечер. Как чувствовала, что это конец…

Он меня успокаивал, говорил, что это ничего не меняет. Что я приеду к нему, как только получу диплом. И что мы все равно будем вместе. Потому что наша любовь - это самое ценное, что есть на свете.

Даже его предложение руки и сердца, очень красивое и романтичное, сделанное во время полета на воздушном шаре, меня не успокоило. С того момента, как он сказал, что собирается в Москву, в моем сердце поселилась тревога.

Он уехал в марте - ему нужно было приступать к работе. До защиты моего диплома оставалось четыре месяца. И я не знала, как переживу их. Мне всерьез казалось, что я умру от тоски!

Кир был для меня всем. Моя первая любовь, первый мужчина, человек, подаривший мне невероятное счастье... Без него я просто не могла дышать!

А он мог.

Уже потом, вспоминая наш последний год вместе, я осознала: он начал тяготиться мной. Я ему наскучила. Все чаще он находил отговорки, чтобы проводить вечера не со мной: работа, тренировки, друзья.

Я всегда верила его отмазкам. Потому что любила безумно и доверяла безоговорочно. И не сомневалась, что он относится ко мне также. Подруги пытались открыть мне глаза, но я лишь отмахивалась. Думала, они завидуют, поэтому наговаривают на Кира.

Так было с самого начала. Все вокруг твердили, что он меня бросит. Поиграет, развлечется - и уйдет играть с другими.

Он непостоянный! Он ветреный! Он избалованный мажор! - это я слышала со всех сторон. И привыкла не обращать внимания. Со мной он не такой - и точка.

Но когда, через пару месяцев после отъезда, Кир стал звонить все реже, когда по много часов не отвечал на мои сообщения, я волей-неволей начала вспоминать все предостережения.

Он стремительно отдалялся от меня, и я ничего не могла с этим поделать. Он был далеко. И, даже когда мы разговаривали, я чувствовала - он думает о чем-то другом. Или ком-то.

О другой. Или о других. Может, ему просто захотелось свободы? Он молодой небедный парень, а в столице девушки не чета нашим. Наверное, он уже жалеет, что связался с заурядной девчонкой вроде меня.

Что во мне интересного? Ровным счетом ничего. Миленькая внешность, средние умственные способности и… безграничная любовь и преданность. Скучно!

Я терзала себя ночами напролет и чуть не завалила диплом. К счастью, преподаватели, которые были в курсе всей ситуации - весь университет был в курсе - вошли в положение и вытянули меня.  За былые заслуги, как сказал мой куратор.

Я готова была ехать в Москву - но Кир меня не звал. А у меня не хватало наглости напроситься самой. Или просто купить билет и приехать. 

Тогда, во время одного из наших редких разговоров я пошла на хитрость: сказала, что мне предложили работу. Хорошую, с прекрасной для нашего города зарплатой. Я думала, Кир скажет: какая работа?! Ты же едешь ко мне!

Но он сказал прямо противоположное: иди. Соглашайся. Наберешься опыта. Уволиться всегда успеешь. Мне нужно еще немного времени, чтобы все тут подготовить…

И я поняла: все. Это конец. Он ищет повод, чтобы от меня избавиться.

Я собрала остатки гордости и перестала ему писать. Он тоже замолчал на целый месяц. Это был самый ужасный месяц в моей жизни. Я закрылась в своей комнате, никого не хотела видеть. Я вообще не хотела жить!

Нет, я не планировала самоубийство. Я бы никогда не поступила так со своими родителями. Но мне казалось, что дальнейшее существование не имеет никакого смысла.

Без Кира. Без его любви…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Через месяц он написал мне. Когда я открывала это сообщение, у меня тряслись руки. Я дважды уронила телефон. Может, потому, что почти перестала есть, и у меня не осталось сил.

Меня захлестнуло волной надежды - а вдруг все еще может наладиться?  И, в то же время, я боялась увидеть что-то ужасное. Например, последнее “прощай”. 

Несколько долгих секунд я была на грани жизни и смерти…

“Я не смогу сделать тебя счастливой. Я не тот, кто тебе нужен. Я тебя недостоин. Прости. Ты свободна от всех обязательств”.

Прочитав эти слова тогда, два года назад, я впала в какое-то оцепенение. Как будто вообще перестала что-либо чувствовать. Наверное, это был спасительный шок. Который случается с людьми, пережившими нечто ужасное. Некоторое время они не чувствуют боль…

Но потом она, конечно, их накрывает.

Самое плохое случилось. То, чего я больше всего боялась.

Кир меня официально бросил.

Это не стало для меня неожиданностью. Я знала, что все к этому идет. Фактически, уже пришло. Он просто расставил все точки над “и”. 

В ответ я написала ему всего лишь одно слово: “Прощай”. С уверенностью, что больше никогда его не увижу.

Я даже не рыдала в тот день. Просто сидела и смотрела в одну точку. Навсегда прощаясь со своей первой любовью...

И вот сейчас, через два года после прощания, мы с Киром вместе сидим на кухне бунгало, затерянного где-то в лесах на границе заповедника. Кир кормит меня ужином, хотя никогда не умел готовить. Я швырялась в него цветами и стеклянными вазами, хотя всегда была уравновешенным человеком. А еще он держал мои волосы, когда меня выворачивало наизнанку.

Все это дико и странно. Не укладывается в голове…

Но самое странное и дикое - он украл меня с моей собственной свадьбы. Значит, понял свою ошибку. Раскаивается. Хочет меня вернуть. Хоть пока и не говорит об этом прямо. Это и так очевидно.

Если бы я узнала об этом два года назад… наверное, я бы умерла от счастья. Но сейчас все изменилось! Я не хочу к нему возвращаться.

Я никогда его не прощу.

За то, что  подло сбежал. За то, что мечтал от меня избавиться. За то, что не поговорил со мной по-человечески, а просто слился. Да еще и написал это дурацкое пафосное послание…

И за то, что сорвал мою свадьбу!

Еще полчаса назад я переживала, что проломила голову Киру. А теперь жалею, что этого не случилось! Меня снова терзает жажда убийства... 

- Твое последнее сообщение два года назад, - произнесла я, глядя ему прямо в глаза.

И замолчала.

Он тоже поднял на меня взгляд. Напрягся. Я видела, что он стиснул зубы и сжал вилку. Чувствовала, что ему не хочется об этом говорить.

А мне хочется!

- Я хочу услышать твои объяснения. Хотя бы через два года.

Кир положил вилку. Смял салфетку. Расправил. Снова смял.

- Обязательно услышишь, - через силу проговорил он. - Но не сейчас.

- А когда?

- В последний день. Перед возвращением домой.

- Почему это?

- Тому есть причины.

- Какие?

- Ты поймешь, когда я все расскажу.

Кир уже не выглядел нервным. Он успокоился. А я, наоборот, взбесилась.

- Значит, ты все решаешь? Что, когда, как… Ты решаешь, где мне быть и что делать. Когда получать объяснения. И, главное - за кого выходить замуж!

- Я просто спасаю тебя от ошибки.

- Главная моя ошибка - это ты!

- Ошибаешься. 

- Да пошел ты! - вскочила я.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Ты чай не допила…

- Вылей его себе за шиворот!

- Зеленый чай с мелиссой успокаивает, тебе бы это не помешало, - услышала я за своей спиной.

И хлопнула дверью.

В доме полный бардак. Осколки вазы, сломанные цветы, вода. Лестница усыпана розовыми лепестками и обломками роз.