У меня есть твое фото (СИ) - Карвер Крис

Лицо парня будто сошло с картинки. Ане казалось, что таких красивых людей можно только нарисовать или создать в фотошопе, но он был настоящим. Аккуратный нос, в меру острые скулы, прямой подбородок, чуть выпирающая верхняя губа, но главное — его глаза. Они были разными: один — густо-серый, как грозовое небо, а второй — насыщенно-голубой.

Аня и не поняла, насколько пристально рассматривает его, пока он не протянул ей ключ.

— Спасибо, буду благодарен. Кажется, замок за ночь замерз.

Аня взяла ключи и, чувствуя себя ужасно неловко, принялась бороться с замком. Вскоре он поддался (сжалился над ней?), и дверь с щелчком открылась.

— Готово! — она улыбнулась, поправила выбившуюся из-под шапки челку, снова бросила взгляд на парня и снова утонула в его красоте. Господи, как неловко!

Он посмотрел в ответ. Широкая улыбка сделала его лицо еще более сияющим. Ему ужасно подходил полосатый шарф, обмотанный вокруг шеи, густой пар, что вырывался из его рта. Ему безумно шла зима — она словно создавала для него декорации, подчеркивая его черные, чуть волнистые волосы, его аккуратную красоту, обрисовывая ее по контурам.

— Гетерохромия, — сказал он и приоткрыл дверь шире, приглашая Аню войти.

Она растерялась:

— Что?

— Мои глаза. Это называется гетерохромия. Когда я был маленьким, мама искала способ провести операцию по смене цвета моих глаз. Она считала, что два уродства в одном человеке — это уж слишком.

— Ты не урод! — Аня даже не представляла, как громко кричит, пока ее голос не отскочил от каменных стен холла.

Парень рассмеялся.

— Бабушка убедила ее, что, когда я вырасту, то смогу сам решить, нужна мне такая операция или нет.

Вторую дверь он открыл сам — и галантно придержал ее для Ани. Девушка вошла первой и огляделась.

— Что это за место?

Вокруг было пыльно. Помещение словно готовили к большим ремонтным работам: стены были голые, без обоев и краски, свежие доски на полу не были ничем обработаны. В углу стоял ящик с инструментами, банки с краской и что-то объемное в больших пакетах.

— Раньше здесь был книжный магазин моей бабушки, — парень остановился в центре комнаты и вздохнул, сложив руки на груди. Аня старалась не смотреть на него слишком долго. — Но полгода назад ее не стало, и это место теперь мое. Понятия не имею, что с ним делать.

Он замер, глядя перед собой. Его спокойный взгляд был таким холодным — он даже не моргал.

— Мне жаль твою бабушку.

Парень повернулся к ней.

— Ей было девяносто два, — его губ снова коснулась улыбка. — Меня зовут Эрик.

Она подошла и протянула руку, желая коснуться его. Будто, увидев ангела, попытаться поверить, что тебе не мерещится.

— Аня.

— Очень приятно, Аня. Есть планы на выходные?

* * *

Игорю определенно надо было что-то делать с этими странными ощущениями внутри него. С этими динозаврами, грызущими друг друга у него в животе.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Ани не было весь день, и сейчас, в девять вечера, когда снег заваливал двор и кружил вокруг горящих фонарей, словно кучка белых мух, Майков осознал, что даже не взял у девчонки номер. Элементарно не записал его на всякий случай. На какой-нибудь экстренный случай, типа такого, когда она пропадает на весь день и не является домой до темноты.

— Черт! — он опустился на диван. Кот мгновенно оказался рядом, потерся пушистой мордой о коленку и лег, скрутившись клубком. — И где носит твою хозяйку?

Самое смешное, что Игорь не знал, с чем связаны его переживания. С тем, что она где-то бродит одна почти ночью? Или с тем, что она может бродить не одна?

Дверь осторожно открылась. Игорь вскочил, прибавил на телевизоре звук, сел обратно и принялся делать вид, что смотрит ТВ-шоу с невероятным интересом. Хотя, честно признаться, он даже не знал, что это за шоу.

Аня пошуршала в гостиной вещами, заглянула на кухню и, наконец, появилась в дверях гостиной розовощекая от холода, но отчего-то крайне довольная.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Игорь посмотрел на нее и почти сразу отвернулся. Его по какой-то причине ужасно возмущала улыбка на ее лице. Он собирался игнорировать девушку максимально долго, но вдруг она заговорила первой.

— Вы смотрите детский канал? — в ее голосе звучало неподдельное удивление.

Майков взмахнул руками так сильно, что кот, завопив от испуга, спрыгнул с дивана.

— Почему это вас так удивляет?! Словно вы знаете меня и можете диктовать, что мне смотреть, а что нет!

Аня, только что присевшая на подлокотник кресла, уставилась на него с непониманием.

— Я просто спросила. Какое право вы имеете на меня кричать?

Ему показалось, что он испортил ей настроение, но теперь они были квиты, потому что она испортила настроение ему.

— А какое право вы имеете ходить где-то среди ночи, не предупредив меня?

О, черт. Только произнеся эту фразу, Игорь понял, как глупо она прозвучала. Словно она должна была перед ним отчитываться.

Аня возмущенно открыла рот.

— Что?

Игорь встал и поднял руки вверх в качестве жеста примирения.

— Простите. Я имел в виду, что вам стоило предупредить, что задержитесь. У вас ведь нет ключа, а вдруг мне пришлось бы срочно уехать? У меня даже вашего номера нет.

Аня смотрела на Игоря с осторожностью. Будто даже после его извинений ждала от него нового всплеска эмоций.

— Я оставлю вам номер, — сказала она и тоже встала, неловко пряча руки в карманы.

Игорь едва заметно улыбнулся.

— Отлично, — он понимал, что Аня наверняка устала и хочет уйти к себе, но ему не хотелось вот так ее отпускать после того, что только что случилось. — Как успехи с работой?

Она пожала плечами.

— Нашла одно заведение, где требуются официантки. Есть еще вариант — супермаркет, но график там жуть, так что…

Майков помотал головой.

— Подождите, какие официантки, какой супермаркет? А как же фотография?

— Я не фотограф, Игорь. И три дня унижений на собеседованиях окончательно меня в этом убедили.

— Это неправда!

Она издала горький смешок.

— Вы даже не видели моих фотографий.

— Но я видел, как вы делаете это, — Игорь подошел в два шага и, повинуясь порыву, взял Аню за руку. Ее пальцы были нежными и прохладными, ладонь полностью помещалась в его руке. В этот момент ему вспомнилась сказанная им фраза той ночью в баре. «Вы мне подходите». Он убеждался в этом все сильнее с каждым днем. — Каждый, кто так сильно горит любимым делом, заслуживает шанса.

Аня посмотрела на их руки, потом подняла голову и заглянула Майкову в глаза. В ее взгляде было столько разочарования, будто жизнь постоянно пинала ее по бокам, и она устала отбиваться от ударов.

— Как только такой шанс появится, я ухвачусь за него. Но сейчас мне нужно на что-то жить. Простите, Игорь, я очень устала.

Она осторожно высвободила руку и пошла в сторону лестницы. Игорь понял, что все внутри него сжалось от боли за эту девчонку. Он вспомнил себя в ее возрасте, вспомнил, как складывал в стол одну за другой картины, которые были никому не нужны. Все это длилось годами, пока «Мальчик на пристани» внезапно не выстрелил с поразившим даже его самого успехом.

— Аня, — окликнул он, когда девушка уже была на верхней ступеньке. Она обернулась через плечо. В полумраке гостиной, освящаемая лишь работающим телевизором, она была такой хрупкой сейчас. — Вы были правы. Эльвира Витальевна не справляется со своей работой.

Аня развернулась и спустилась на пару шагов.

— Вы жалеете меня.

— Вам нужна работа или нет?

— Конечно нужна!

— Так в чем проблема? Мне нужно, чтобы в доме была чистота, — он наклонил голову и подарил ей легкую улыбку. — И от завтраков я бы не отказался, вы все равно просыпаетесь раньше меня.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Ее глаза засветились, и Майков понял, что оно того стоило.

— Завтраки?

— Только без громкой музыки.

Он подошел к ступенькам и смотрел на нее снизу вверх. Аня смущенно убрала за ухо прядь волос, помотала головой, будто не веря, а потом спустилась к нему, задержалась на нижней ступеньке и, осторожно наклонившись, поцеловала в щеку.