Виктория Рутледж - Долгий поцелуй на прощание

— Как прошел рабочий день?

— Пожалуйста, давай не будем об этом! — Кэт передернуло. И тут же она поняла, какой вопрос вызовет длинный монолог Гарри, не требующий больших усилий с ее стороны. — Пусть «Эклипс» существует только в рабочее время! Лучше расскажи мне, какую машину ты продал сегодня.

Гарри просиял от удовольствия:

— Это малютка «хили». Кэт, тебе бы она понравилась. Знаешь, я так и вижу тебя в ней. Шарфик на голове, солнечные очки, костюм-двойка, все такое.

«Интересно, — подумала Кэт. — Костюм-двойка, да?» Она решила запомнить эту фантазию и одобрительно кивнула.

Гарри чертил на салфетке очертания машины.

— Она прелесть. Синего цвета. Внутри — кремовая кожаная отделка. В превосходном состоянии. Почти всю жизнь простояла в гараже во Франции. Переключение скоростей в порядке. Настоящая жемчужина. Тот парень ходил разглядывал ее целый месяц. Хотел купить в подарок жене…

Кэт любовалась оживленно блестевшими голубыми глазами. Покончив с внешними линиями, Гарри перешел к описанию салона. Ах, милый Гарри. Он не бросил бы ее в водоворот Лондона — тони или плыви. Он бы деликатно спросил, есть ли у нее спасательный жилет. А потом, наверно, отдал бы свой собственный. А Джайлс бы еще стал смотреть на ярлычок — какого размера этот жилет, и…

— … Значит, ты остаешься?

Гарри коснулся ее руки, и Кэт широко открыла глаза.

— Э, прости?

Кэт заставила себя смотреть на него, а не на его ладонь на своей руке.

— Я спрашиваю, значит, ты остаешься?

Она непонимающе смотрела на него:

— Остаюсь… в смысле?

Гарри легонько хлопнул ее по лбу:

— Ау? Есть кто дома? Разве твой шестимесячный контракт на аренду не закончился в прошлом месяце? Квартира? Ну, где мы живем?

— Ах да, квартира.

Кэт уже не в первый раз удивилась, как незаметно пролетели шесть месяцев. Завершение книги Кресс потребовало огромного напряжения. К тому же она все время старалась брать дополнительную работу — чтобы забыть об отсутствии Джайлса. Недели сменяли друг друга все быстрее, а времени пройтись по музыкальным магазинам по-прежнему не находилось.

— Ну, да, наверно, я остаюсь, — задумчиво произнесла Кэт. — Не представляю себе, когда вернется Джайлс.

И случится ли это вообще. Подумать только — она хотела сбежать из этой квартиры еще до окончания срока контракта…

— Паразит, — неунывающим голосом отозвался Гарри. — Еще кофе?

— Да, давай.

Кэт подтолкнула ему свою чашку. Она давно забыла, что когда-то ей не хотелось, чтоб он ее угощал.

— Этот негодяй не звонил мне уже три недели. — Кэт положила подбородок на переплетенные пальцы. — Не думаю, что он меня еще любит, — добавила она, не глядя на Гарри.

— Похоже, он теперь еще больший паршивец, чем тогда, когда бросил тебя здесь, — уверенно сказал Гарри. — Тебе черный или капуччино?

— Боже…

Кэт не смогла сдержать тяжелого вздоха и закрыла лицо руками.

— Прости? Не расслышал…

Гарри наклонился и вопросительно заглянул в ее полузакрытые глаза. Она взглянула на него. Его лицо было так близко… Кэт подумала: какой малюсенький шажок отделяет разговор от поцелуя… Как легко разрушить отношения двух, даже трех людей. Это можно сделать даже быстрее, чем шагнуть за белую полосу в метро.

Она глубоко вздохнула.

— Мне двойной эспрессо, пожалуйста.

После ужина они медленно возвращались пешком. Кэт не хотелось быть дома, когда позвонит Кресс — если она позвонит. В душу ее начало закрадываться беспокойство: как она сердилась на Кресс за описание Гарри, так и он, вероятно, придет в ярость от их обращения с Крессидой. У Кэт было странное чувство, что их отношения станут хуже, что волнующее желание, столь приятное сейчас, либо испарится, либо перерастет в нечто, с чем придется долго разбираться. Несмотря на умение устраивать сцены, Кэт неловко чувствовала себя в ситуациях, когда не права была она. Мученица — вот ее роль, но никак не похотливая развратница.

Когда они вышли на Кингз-роуд, Гарри обнял ее за плечи. Кэт обронила какое-то замечание насчет джемперов для крикета, и Гарри принялся рассказывать длинную запутанную историю про то, как Дант единственный раз в жизни сыграл в крикет в школьной команде. История казалась бесконечной, всплывали ненужные подробности о Сете, Доске, Томе и их вечно безработных приятелях. Кэт с теплотой думала, насколько прочно она вошла в их жизнь. Она не задавала вопросов и не сопротивлялась. Они проплывали мимо на жизненном плоту причудливой формы и вытащили ее из воды, когда она тонула. Кэт охватил прилив благодарности. Слезы подступили к горлу. Или, может, это от кофе?

Когда они дошли до поворота на Довиль-кресент, Кэт пожала руку Гарри, лежащую на ее плече. Он пощекотал ее ухо, и Кэт почувствовала соблазн пропустить поворот и пройти еще квартал.

— Жаль, что я не свозил тебя покататься в этой «остин хили» до того, как мы ее продали, — сказал он. — Ты бы великолепно смотрелась на переднем сиденье.

— За рулем, надеюсь, — предположила Кэт. — Прости, я не заметила, что мы последние пять минут говорим не о твоей продаже. Расскажи мне все с начала. Может, я что-нибудь прослушала первые девять раз.

— Ой, — Гарри шаловливо дернул ее за косу. — Ты будешь свидетелем начала моей карьеры. Крессида больше не сможет утверждать, что я никудышный торговец и механик-неумеха.

— Не думаю, что Кресс хотела бы говорить о карьерах, — мрачно заметила Кэт.

Она поднялась по ступенькам и вонзила ключ в замок так, словно это был глаз Кресс.

— Ну, не знаю, — начал Гарри, просматривая почтовые ящики.

— Гарри, можно, не будем о ней? Пожалуйста!

— Сколько сегодня запретных тем, — весело отозвался он.

Кэт начала подниматься по лестнице, чтобы Гарри не видел ее лица.

— Есть что-нибудь для меня?

— Только одно.

Кэт слегка повернула голову:

— Что?

— Вот!

Гарри отвесил ей тяжелый шлепок по заду, и она подпрыгнула сразу на три ступеньки.

— Свинья!

Задыхаясь, Кэт со всех ног помчалась наверх. Гарри с рычанием грохотал за ней следом. Они добежали до подножия лестницы, ведущей прямо к их двери. Она понимала, что он не сможет остановиться, и отклонилась в сторону. Он пролетел мимо и поскользнулся на дорожке, а она звонко шлепнула его по красивым ягодицам и понеслась наверх.

— Вернись, глупышка! — закричал он, захлебываясь смехом, и развалился на ступеньках, как стреноженный конь.

— Ни за что, — ответила Кэт, позвякивая ключами. — Сперва придется меня изловить.

— Отлично!