Susanne Beck - Трилогия Айс и Ангел

Благодарю тебя, Господи.

“Мэри”.

Если бы я не была абсолютно уверена всеми фибрами своей души, что Айс в мгновения ока может порубать меня на мелкие кусочки, я бы набросилась на нее быстрее, чем волк на кролика. В итоге мне пришлось удовлетвориться легким поворотом головы в ее сторону и испепеляющим взглядом, способным, я уверена, растопить стекло.

К сожалению, даже снег, падающий между нами отказал мне в этой малости – растаять от моего горячего взгляда. Что же касается до объекта моих жалких попыток ярости, она выглядела спокойной и собранной, как будто ничто не в силах ее испугать. Неужели так сложно хотя бы притвориться напуганной? – ее лицо было безучастно, и только в глазах застыла хитрая улыбка.

Дождетесь у меня, миссис Высокая и Могучая. Отольется тебе той же монетой.

Я больше не успела ни о чем подумать, поскольку оказалась заключенной в крепкие объятия, неожиданно сильные для такой хрупкой женщины. Жалея старческие кости, я обняла ее вполсилы.

Прошло много времени, пока мы оторвались друг от друга. Она приложила свои теплые, укрытые перчатками ладони к моим онемевшим щекам: “Милость Божья, дите, это действительно ты! Ты так выросла, что я с трудом узнала тебя!”

Я рассмеялась и, разумеется, покраснела. “Да, конечно, годы берут свое”. Я едва видела ее лицо, но хорошо чувствовала свет улыбки, пробивающийся сквозь темноту капюшона, как путеводная звезда искренности ее приветствия.

Делая шаг назад, она рассмеялась очень музыкальным, полным любви голосом: “Хотела бы я, чтобы и в моем случае годы брали свое. Просыпаясь каждое утро, я готова поклясться, что усохла за ночь на очередной миллиметр”.

Затем она откинула назад капюшон, и я впервые смогла разглядеть лицо, столь знакомое мне, как будто я видела его только вчера. Седины и морщин стало чуть больше, но глядя на нее, я чувствовала, что опять вернулась в прошлое, сделав очередной шаг к Сумеречной Зоне. Это был день, наполненный де жа вю.

“Так удивительно видеть вас”, – ответила я. Должно быть, со стороны это выглядело полным идиотизмом. Снег заметал мои плечи, а я стояла и улыбалась, глядя на нее.

Мягко взяв меня за руку, женщина вернула улыбку: “Мне тоже удивительно видеть тебя, дорогуша. Я думала, что этого уже никогда не произойдет. Твоя мать не особо рассказывала о твоих похождениях, а потом мы и вообще перестали встречаться”.

Продолжая хранить на лице уверенную улыбку, я пребывала в некоторой растерянности.

Хотелось выпрыгнуть в воображаемое окно, но тут Айс почувствовала мой дискомфорт. Она продолжила рыться в рюкзаке в поиске неизвестно чего, издавая при этом гораздо больше шума, чем обычно.

Этот отвлекающий маневр придал мне силы, улыбка стала более естественная: “Миссис Анедрсон, позвольте представить вам мою подругу Морган. Морган, это миссис Андерсон. Моя соседка”.

“Приятно познакомиться, мадам”, – ответила Айс, деликатно пожимая руку старушки.

“Хватит”, – ответила та, крепко пожимая руку моей возлюбленной: “я уже семьдесят пять лет как Руби. Мне бы хотелось, чтобы вы так меня и называли, Морган”. Повернувшись, она подмигнула мне: “Это касается и вас, Тайлер”.

Я твердо верю, что в нашей взрослой жизни бывают моменты, когда исчезает груз прожитых лет и мы опять чувствуем себя провинившимися семилетними детьми, выслушивающими отповедь учителя.

Это был как раз такой момент.

Я стояла в полной уверенности, что жара моих щек достаточно для огромного лесного пожара, предпринимая отчаянные попытки скрыть эффект от ее мягкого упрека.

Повисла неловкая пауза. Какое-то время миссис Андерсон – Руби разглядывала руки Айс, затем повернулась ко мне и улыбнулась: “Надо заметить, вы выбрали замечательное время года для своего визита, Тайлер. Никакой толпы”.

Я облегченно рассмеялась, почувствовав ее дружелюбие: “Да уж. Правда вода слегка холодновата”.

“И, полагаю, несколько тверда для катания на лодке”, – поддразнила она.

“Да уж. Но к плюсом можно отнести то, что скорее всего мне не надо беспокоиться о солнечном ударе”. Я почувствовала, что больше не могу продолжать дружескую беседу и принялась рассматривать мои руки, улыбка сползла с моего лица, как хэллуиовская маска в конце праздника.

Ложь можно рассматривать, как жалкую попытку сказать “Здравствуйте”, правда же больше всего смахивает на постоянное “До свидания”. Всякое происходило в моей жизни, но я не могла позволить себе потерять Руби, которой так отчаянно хотелось быть нужной.

“Я здесь… не просто с визитом”, – начала я, надеясь, что моя хорошо отрепетированная речь получится лучше, чем то, что звучало в моей голове. Хотя это было трудно, но я старалась не смотреть на Айс. Мне очень нужна была ее поддержка. Я глубоко вздохнула и медленно выдохнула: “Мне нужен отдых после того, где я побывала. Я очень устала от жестокости вокруг меня”, – и это было правдой. “Избиения. Резня. Стрельба”, – тут я посмотрела на Айс. Она в молчаливом согласии закрыла на секунду свои глаза, затем вновь открыла их и твердо встретила мой взгляд. Так хотелось броситься к ней, но я не смела.

Воспоминание о моих видениях, в которых она истекала кровью на земле, были слишком болезненны, чтобы занимать сейчас их исследованиями. Сегодня мои сны слишком часто напоминали о себе. Я каждый раз покрывалась холодным потом и лишалась дыхания, как только они вылезали из той ямы, что я вырыла им в своем подсознании.

Оторвав взгляд от своей возлюбленной, я опять посмотрела на Руби. Ее лицо дышало состраданием. Попытавшись улыбнуться, я продолжила: “Воспоминание об этом месте помогло мне пройти сквозь все трудные времена мой жизни. И я решила, что если я когда-нибудь вернусь сюда и постараюсь осуществить свои сны, может быть жизнь опять наладится”.

Я опять вздохнула, ощущая как мои плечи прогибаются под тяжестью того, что мне надо было облечь в слова: “Я не знаю, может быть это все глупые мечты, но я знаю, что должна попробовать”.

Руби рассмеялась и мягко положила руку мне не плечо: “Ты всегда была мечтательницей, Тайлер. С самого первого раза, что я тебя увидела, сидящей на качелях и смотрящей на закат. Это раздражало твою мать. Не думаю, что она понимала тебя. Но я всегда верила, что тот, кто может так сладко и хорошо мечтать, никогда не упустит свой шанс превратить мечту в реальность. И если пребывание здесь поможет тебе осуществить свои мечты, я сделаю все возможное, чтобы помочь”.

Слезы обожгли мои глаза, а маленькая частичка моего сердца опять отдала свою любовь женщине, пронесший сквозь эти годы хорошее отношение к маленькому одинокому ребенку. “Спасибо”, – прошептала я со всей искренностью своего сердца.