Джастин Харлоу - Муки ревности

Он саркастически засмеялся.

— Ну ты и штучка, Керри! Но знаешь, ты не так умна, как я считал, если ожидаешь, что я этому поверю. Все продумано, не правда ли? Особенно если учесть, что ты прекрасно чуешь денежки.

Внимательно глядя на Линди, Керри знала, что ее ошеломляющие откровения все же пробили брешь в его обороне. Подергивание века, незаметная пауза показали ей, что цель поражена, и Керри поспешила закрепить успех.

— Посмотри на него повнимательнее, — сказала она мягким, просительным тоном, подтаскивая ребенка поближе к себе. Линди стоял спиной к Керри, задумчиво глядя, как в Центральном парке падают листья. — Если не веришь тому, что я сказала, можешь связаться с доктором Сиднеем Бамбером из Бостона. Он все знает. Но просто взгляни на мальчика — взгляни на эти голубые глаза. Это же твои глаза, Линди. Посмотри на его волосы, на руки. Все в нем похоже на тебя. — Говоря это, она ласково гладила ребенка по голове, и тот, довольный, застыл в ее объятиях.

— Когда я начала спать с тобой, у меня никого больше не было — даже Марка, до того момента, как мы поженились. Но к тому времени я уже была беременна. Наверно, ты удивляешься, почему я не сделала аборт. Действительно, почему? Тогда я и сама не знала. Это просто не приходило мне в голову. Но теперь знаю. Я хотела, чтобы у нас был ребенок, Линди. Но у меня не было иллюзий насчет того, какое место я занимала в твоей жизни. О нет! Конечно, ты заплатил бы за аборт. Однажды ты ведь это уже сделал. Я вышла замуж за Марка, потому что моему ребенку — нашему ребенку — нужен был отец. Я знала, что Марк любит меня. Стала ему хорошей женой, Линди. Сейчас он в Лондоне только потому, что я боролась за него, проталкивала его. И здесь я не затем, чтобы тебя шантажировать. Что касается меня, то, что бы ты ни сказал, — твои слова не уйдут дальше этой комнаты. Иначе это могло бы когда-нибудь повредить маленькому Линди, а я этого не хочу. Я здесь для того, чтобы наш сын унаследовал то, что ему принадлежит, и чтобы мы все могли снова стать одной семьей. Подумай об этом — однажды ты уже потерял мальчика, которого любил. В этом не было твоей вины. Но если ты сейчас потеряешь своего сына, то тебе будет некого винить, кроме себя самого.

Линди стоял, отвернувшись к окну, не подавая вида, что тронут ее речью.

Смирившись, Керри принялась собирать в дорогу свою сумку, коляску и Линди. У нее было ощущение, что все это уже когда-то происходило. Она вновь словно оказалась в библиотеке Медоуз, собирая с письменного стола пачку стодолларовых купюр. Но на этот раз спасается бегством не она. Сейчас, если кто и спасается бегством — так это Линди.

— А сейчас до свидания? — спросил маленький Линди. — До свидания! — Он помахал рукой.

Сжав его крошечные пальчики, Керри повела ребенка к двери. Уже поворачивая ручку, она услышала тихий, почти неслышный голос Линди:

— Керри, подожди минуту! Не уходи.

Покинув «Плазу», Керри вернулась в свою квартиру, чтобы оставить ребенка с приходящей няней и переодеться. Встретившись с Линди за обедом, они к моменту подачи счета успели переговорить обо всем, кроме главного — о маленьком Линди и о себе. В молчании их глаза встретились, и Линди положил руку на ее ладонь.

— Вернемся в мой номер и пропустим стаканчик?

От прикосновения и от слов по телу Керри пробежала знакомая дрожь. Простого движения руки Линди оказалось достаточно, чтобы они вернулись в прошлое.

«Будет ли все таким же?» — спрашивала себя Керри, слушая низкий голос Линди. Взяв такси, они ехали в отель. Последние два с половиной года радостей секса для нее не существовало, она оставалась безразличной к ласкам Марка. Теперь же, когда пальцы Линди коснулись ладони, Керри почувствовала, как в ней вновь загорается желание.

Закрыв за собой дверь номера, Линди жадно заключил ее в объятия, целуя так, как будто хотел съесть. Дрожащими руками он расстегнул ее платье и отнес в кровать. Керри задыхалась, ее полные груди вздымались и опускались, глаза блестели чувственностью. Плавные линии тела манили, рыжие волосы полыхали огнем. Увидев, что эрекция у Линди усиливается, Керри раздвинула бедра. Глаза Линди пожирали каждую клеточку ее тела, и волна нетерпеливого желания пробежала вдоль ее позвоночника.

— Линди, о Линди! — кричала Керри, оказавшись в его объятиях. Их страсть была подобна дождю, пролившемуся на бесплодную землю. Семена обновления быстро взошли, время описало полный круг, вернув любовников в самое начало пути.

Когда потом они, утомленные, лежали в объятиях друг друга, Керри заметила, что выражение глаз Линди изменилось. Он задумчиво курил сигарету, и Керри знала, что сейчас ван Бурен думает об их ребенке. Впервые они были на равных. Странное созвучие душ, сделанных из одного и того же материала, теперь связало их бесповоротно. Керри смотрела на своего любовника с видом юной королевы, предлагающей стареющему монарху бесценный дар — бессмертие.

— Когда Линди подрастет, я хочу, чтобы он на лето приезжал в Медоуз. Хочу, чтобы он рос с лошадьми. А в Англии у него будет собственный пони.

— Что может быть естественнее, если мальчик проводит много времени со своим дедушкой? — проворковала Керри, проводя пальцем по подбородку Линди.

— Я позабочусь о том, чтобы вы с Марком хорошо устроились в Англии. Не важно, сколько он зарабатывает, но у вас будет достаточно денег, чтобы жить в комфорте. Лондонское общество — это крепкий орешек, но если у тебя есть нужные связи, тебя сразу примут. Они любят американцев, особенно подходящего сорта. У меня там много друзей — Вести, Баркеры, Сангстерсы. Все они выращивают лошадей и занимаются скачками. И есть одна очень давняя моя подруга, которую я знаю много лет. Она представит вас всем, кому нужно. На этой неделе я ей позвоню и попрошу пригласить вас с Марком на обед, как только ты туда приедешь. Это будет неплохим началом.

— Спасибо, Линди. Это замечательно. — Керри свернулась калачиком и прижалась к нему как сонный котенок, крайне довольная тем, что все ее мечты теперь исполнятся.

— И еще одно, — помолчав, сказал Линди и погладил ее по волосам. — Я хочу вернуть тебе Чудотворца.

Из всех его удивительных обещаний именно последнее пробудило в Керри самые сильные чувства: для нее никакая победа еще не казалась слаще.

— Я хочу, чтобы у тебя был лучший гунтер. Начни искать сразу после того, как приедешь туда. Я тебя сведу с людьми в Ньюбери, которые тебе помогут. Я заплачу за лошадь и ее содержание.

— Не знаю, как тебя и благодарить, — прошептала Керри.

— Так уж и не знаешь? — саркастически ответил Линди. Обхватив своей рукой ее подбородок, он игриво ущипнул ее за губу. — И еще одно, — пробормотал Линди, когда Керри обняла его за шею и страстно прижалась. — Первое, что я сделаю завтра утром, — это отведу тебя в «Тиффани». Я хочу кое-что подарить на прощание матери моего сына…