Сюзанна Бэк - Трилогия Айс и Ангел

Айс посмотрела на кафе с необычайной мягкостью: “Мне кажется, что местные жители испытывают беспокойство. Давай пойдем удовлетворим их любопытство”.

“Мне нравится эта идея”, – ответила я, мысленно моля о доброжелательном приеме. “Надеюсь, здесь по-прежнему варят кофе”.

Тихо напевая себе под нос тему из Сумеречной зоны, Айс снова взяла меня за руку и повела к кафе.

Волна горячего воздуха, ударившая нам навстречу в открытую дверь, чуть не заставила меня сбежать обратно на улицу, спасаясь от внезапного удушья. Но дразнящий запах кофе, как раз такой, как я помнила, и крепкая хватка Айс взяли меня на буксир.

Даже с учетом своих небольших размеров, кафе было практически пустым. Мы дошли до стойки под прицелом недоверчивых глаз, смотрящих с каменных лиц. Я чувствовала себя абсолютно некомфортно. Изобразив на своем лице самую доброжелательную улыбку, я скользнула на табурет и подозвала официантку, крашенную блондинку с пышными формами и медленно тлеющим окурком в ярко накрашенных губах.

Я мысленно улыбнулась. Будь Пони сейчас с нами, ее бы сразило наповал. Она всегда была слаба на таких “дешево и просто”.

“Два кофе, пожалуйста”, – попросила я как можно дружелюбнее.

“Деньги есть? Милостыню не подаем”.

“Да, конечно”, ответила я, засовывая руку в карман джинсов и извлекая на свет несколько помятых купюр и монет. “Хотя, это американские. Вы принимаете такие?” – я была уверена в успехе. Придет лето, и эти люди будут с охотой брать все Линкольны, Вашингтоны и Джексоны, попадающиеся на пути.

После длительного раздумья женщина наконец кивнула и повернулась к плите, стоящей у кухонной двери, сняла с нее кипящий чайник и плеснула нам две чашки кофе. Затем она повернулась обратно и, поставив их на стойку, с безучастным видом отправила в нашем направлении. От толчка жидкость пролилась на оборванную, прожженную клеенку, закрывавшую барную стойку.

Я взглянула на свою подругу, безучастно рассматривающую зеркало позади официантки. Казалось, ее совсем не задело нанесенное нам оскорбление.

Нам надо поговорить, Айс. В конце концов, в чем прелесть иметь по соседству "Чудовище из Болота", если она не может призвать к ответу ужасную грубую официантку?

С тихим рычанием барменша погасила окурок в стоящей неподалеку пепельнице, заграбастала мои купюры и отправилась к кассе. Спустя мгновение она вернулась и бросила на стойку несколько мелких канадских монет.

Справа от себя я услышала холодный, спокойный и, о, такой опасный, тихий голос: "Отдай ей остальное".

Губы барменши искривились, как будто она проглотила кусок стекла. Она безмолвно застыла, а ее лицо сменило свою окраску от бледной к еще более бледной, пока не остановилось на абсолютно белом цвете. "Полагаю, я достаточно тупа". Мне даже не пришло в голову скрыть свою удовлетворенную улыбку. Более чем удовлетворенную.

"Сейчас же".

"Я…и не понимаю о чем вы говорите", ответила она полным панического ужаса голосом.

В отражении зеркала я видела взгляд Айс, переходящий с меню на две чашки кофе, покоящиеся на стойке, и обратно на барменшу. Ее лицо по-прежнему оставалось каменным.

Своим враждебно настроенным взглядом Айс просто приковала к себе женщину, взявшую лишнего, побуждая ее к действию. Наконец несчастная вскочила, будто все демоны ада вселились в ее каблуки, ударом кулака открыла кассу и в рекордные сроки отдала недостающую сдачу.

"Спасибо", ответила я сладким голосом, наконец-то отхлебывая с трудом добытый кофе.

На вкус он оказался даже лучше, чем тот, что мне запомнился в детстве.

***

Уже через час я была сыта по горло холодностью окружающих. Даже горячий кофе не растопил холод, сидящий внутри меня, порожденный глазами, следящими за всеми моими перемещениями, как будто мой напиток мог материализоваться в смертельное оружие, способное погубить окружающих.

Я уже сильно нуждалась в поддержке, когда Айс перехватила мой взгляд и быстро кивнула. Оставив совсем не заслуженные чаевые, я соскользнула со стула и схватила мой тяжелый рюкзак, закинула его за плечи, устраивая поудобнее.

Айс сделала тоже самое. Напоследок окинув взглядом всех наблюдавших за нами, давая понять, что у нее очень и очень хорошая память, она направилась к двери и нашему выходу из идиотского положения, сложившегося в кафе.

Несмотря на продолжающийся мороз, холод снаружи казался теплее только что оказанного приема. Я засунула руки внутрь карманов моего одолженного жакета и повернулась посмотреть на Айс: "Да уж, это не похоже на отдых на берегу моря”.

Айс пожала плечами, забрасывая свой рюкзак за спину: "Полагаю, им просто не было уплачено за любезность к посетителям вне сезона".

"Да уж", – вздохнула я, вновь поворачиваясь к "Серебряной сосне". Она, как и раньше, выглядела закрытой и отстраненной. В мой план входило снять здесь комнату, по крайней мере, до тех пор, пока не снимем дом. Но вспоминая сейчас эти мысли, даже если в них была толика здравого смысла, я понимала, что ничто более не сможет затащить меня внутрь, даже упряжка диких лошадей.

Было слегка за полдень, но небо уже начинало темнеть. С запада надвигались огромные тучи, обещая еще больше снега. Я опять задрожала и обернулась посмотреть на свою подругу, спокойно стоящую посреди пустынной улицы и разглядывающую меня. Мои плечи опять ощутили тяжелый груз ответственности. Это ощущение разительно отличалось от того пьянящего ощущения свободы, которое я чувствовала, будучи здесь ребенком. Может быть, они говорили правду. Может быть, тебе никогда не вернуться домой.

Нежно улыбнувшись, Айс подошла ко мне и, не обращая внимания на пристальные взгляды, которые я ощущала вокруг, заключила в теплое объятие. Отстранившись, она посмотрела на меня, без усилия завладев моим вниманием: “Пойдем. Давай посмотрим, что нам еще надо сделать”.

Несмотря на свою немногословность, Айс хорошо знала, как лучшим образом управиться со своим словарным запасом. Каким-то образом ей удалось, вообщем, как удавалось и все остальное, изгнать мое чувство вины.

Наше будущее.

Я крепко обняла ее в знак благодарности, затем отодвинулась, обращая решительный взгляд к нашей цели. Препятствия, стоящие на нашем пути, представились в истинном свете. Это были не огромные непроходимые пропасти, а всего лишь брошенные нам вызовы, которые мы примем и победим.

Кивнув самой себе, я потопала вниз по дороге. Айс, разумеется, последовала за мной. Когда последнее здание растаяло в тумане, я неожиданно свернула вправо, сойдя с дороги в глубокий сугроб. “Срежем”, – объяснила я не оборачиваясь на без сомнения удивленную реакцию моей подруги.