Анастасия Слугина - Над нами общее небо

      - Прости меня, Максим, - она достала из своей сумки обручальное кольцо - после смерти мужа Лера посетила старую квартиру и нашла кольцо там же, где и отставила. Теперь это была, пожалуй, единственная вещь, которая их связывала. Она трясущимися руками черпнула землю и положив кольцо, засыпала ямку. - Я буду жить дальше без тебя, милый, я обещаю, но ты всегда будешь со мной. Пусть земля тебе будет пухом, - она отряхнула ладони и, смахнув слезы, встала и, не оборачиваясь, покинула кладбище.

      Лера встретила мать с Линой гуляющими во дворе. Девочка, увидев ее, визжа, побежала на встречу, и девушка с радостью приняла ее в свои объятия.

      - Ну, как ты? - спросила мама.

      - Нормально.

      - Точно?

      - Да, мама, пришло время закрыть дверь за Максимом.

      - Максимом? Ты раньше никогда его так не называла.

      - Да, но теперь все изменилось.

      - И что же?

      - Я смогла отпустить дорогих мне людей.

      - И его тоже?

      - Я искренне желаю ему счастья.

      - Если ты так сильно его любишь, почему не хочешь попытаться наладить отношения?

      - Потому, что у него другая жизнь, и он многого не знает.

      - Ты с ним встречалась там?

      - Да, пару дней назад.

      - И каков результат?

      - Я пока не готова вернуться к нему.

      - Позже может быть поздно.

      - Значит, это будет наша последняя встреча. Значит, такова судьба.

      - Если он твоя судьба, значит, будет еще встреча, и будет она в самый неожиданный момент, - девушка промолчала, не желая дальше развивать эту тему. - Вернёшься в квартиру?

      - А надо?

      - Я не знаю, как сама решишь?

      - Я не хочу возвращаться, она слишком велика для нас двоих и слишком много хранит воспоминаний. Я надеюсь, что когда-нибудь я перестану грустить и вспоминать о нем и, возможно, смогу начать новую жизнь с чистого листа.

Глава№26

«О, сколько сейчас мне сказали твои глаза,

В которых забвения увидеть нельзя.

Печаль высока

В бессонных горах,

Печаль глубока

В бездонных морях,

Такая же точно - в твоих глазах,

Твоих голубых глазах».

      В большом шумном зале аэропорта Роберт внимательно изучал пассажиров прибывшего рейса. Прошло уже почти восемь месяцев с того момента как он последний раз видел Леру, они, конечно, часто созванивались, но все равно ожидание было волнительным, тем более, она прилетала не одна, а с маленькой дочкой. Он никогда не умел ладить с детьми, поэтому волнение захлестывало его. Он вспомнил свое отчаяние, когда набирал ее номер. Ее звенящий и радостный голос всегда помогал ему в тяжёлые моменты одиночества. И он с нетерпением ждал, когда Лера поднимет трубку.

      - Да, - громко ответила девушка, в душе у него что-то екнуло.

      - Привет, - тихо отозвался он.

      - Роберт, это ты? Как же я рада тебя слышать!

      - Взаимно. Вот решил позвонить тебе в преддверии праздников, узнать, как дела?

      - Роберт, что у тебя с голосом? - грозно поинтересовалась девушка, а он понял, что тоска отчетливо отпечаталась на интонации его голоса.

      - Да все нормально, если не учитывать наступившей зимы. А зима почему-то всегда нагоняет тоску.

      - Какая у вас зима, снега не дождёшься, не то, что у нас - сугробы по пояс. В этом году особенно много. Как девочки, Том? - ее слова отдавались птичьей трелью в ушах, и на душе сразу же стало теплей.

      - У них все отлично. Том все-таки осмелел и сделал несколько шагов к Мари, если все будет развиваться с подобной скоростью, то, думаю, летом поженятся. Девчонки все такие же ветреные, в их случае, я думаю, это до старости. Спрашивали про тебя.

      - Передавай им огромный привет. Я очень соскучилась по их болтовне. Как сам?

      - Да ладно обо мне. Давай лучше расскажи как у вас дела?

      - Как? Сижу дома, занимаюсь воспитанием ребенка, нам в феврале два уже будет. Мама вышла на работу, говорит, что устала сидеть дома. Она у меня вообще очень неусидчивый человек, поэтому ей тяжело сидеть на одном месте. Я хотела выйти сама, а ей доверить воспитание Лины, но она была категорически против.

      - Как душевные страсти, поутихли? - Роберт закрыл глаза и откинулся на спинку кресла. Он задал неподходящий вопрос, но он был готов спросить о чем угодно, лишь бы она не молчала.

      - Роберт, подобные разговоры лучше вести не по телефону.

      - Я знаю, но другой возможности у нас нет.