Сьюзен Льюис - Крик души

— Это имело какое-то отношение к его болезни? — спросила она.

Взяв себя в руки, Спенс ответил:

— Нет, это… Ладно: полицейские считают, что его задушили.

Адель моргнула. Она, похоже, окончательно растерялась.

— Вы хотите сказать, что…

Спенс кивнул.

— Вообще-то, все гораздо хуже, — продолжал он, — потому что они думают, что это сделала Никки, и они арестовали ее.

Адель издала крик ужаса, а Грант опустил голову на руки.

— Нет, нет, нет, — бормотал он. — Только не это!

— Не может такого быть! — возмутилась Адель. — Она бы никогда не… Почему они так считают?

— Потому, что в тот момент в доме больше никого не было.

Адель покачала головой.

— Это невозможно, — упорствовала она. — Они ошиблись. Моя дочь никогда и никому не причинила бы вреда, и меньше всего — собственному ребенку.

— Я знаю, — согласился Спенс, — но ее взяли под стражу и дали худшего в мире адвоката, и я надеялся… Я приехал сюда, чтобы попросить вас сделать что-то, чтобы помочь ей.

— У нас нет денег, — отрывисто заявил Грант.

Игнорируя его, Адель спросила:

— А вы уверены, что в доме больше никого не было? Где были вы, когда это случилось?

Озадаченный, Спенс ответил:

— В Лондоне.

— Полицейские это проверили?

Не веря в то, что она говорит всерьез, Спенс сказал:

— Насколько я знаю, да.

— Значит, вы создали себе алиби и наняли кого-то, чтобы он сделал все за вас? Думаю, необходимые связи у вас есть.

Спенс изумленно уставился на нее.

— На что, черт возьми, вы намекаете? — закричал он. — Вы говорите о моем сыне, и, независимо от того, насколько он был болен или сколько времени ему, возможно, пришлось бы страдать, я бы ни за что, никогда не совершил ничего подобного. А даже если бы и так, неужели вы всерьез полагаете, что я позволил бы Никки угодить за решетку?

Адель, похоже, ни в чем уже не была уверена, когда ответила:

— Это бы спасло вашу шкуру и дало бы вам возможность уехать и жить любой жизнью, какой пожелаете, в то время как моя дочь отбывала бы тюремный срок за то, чего не совершала.

Спенс едва сдерживал гнев.

— Послушайте! — прорычал он. — Мне все равно, что вы там думаете обо мне; все, что имеет значение, это то, что Никки сейчас находится в Иствуд-парк, и я — мы — должны вытащить ее оттуда.

— А как, по-вашему, нам это удастся? — обескураженно спросил Грант.

— Ей нужен приличный адвокат, — ответил Спенс. — Она имеет право на бесплатную юридическую помощь, но я надеялся, что вы, как ее отец, захотите оплатить самого лучшего юриста.

У Гранта снова был вид человека, потерпевшего кораблекрушение.

— Боюсь, это невозможно, — дрожащим голосом заявил он. — Нам пришлось продать свой дом и большую часть активов из-за этой экономической катастрофы, и мы все равно остались в долгах.

Спенс сжал кулаки.

— И вы думаете, что я этому поверю? — возмутился он.

Адель напряглась.

— Откровенно говоря, нас не волнует, чему вы верите, — холодно заявила она.

— Значит, вы утверждаете, что не можете помочь собственной дочери, несмотря на то что вы ей нужны сейчас, как никогда? — бросил ей вызов Спенс.

Адель вспыхнула:

— Конечно, мы вовсе так не говорим! Если бы у нас были средства, то они были бы ее, но у нас их нет.

— А знаете что: я вам не верю, — искренне сказал он, — потому что я знаю, как действуют такие люди, как вы. У вас наверняка есть сбережения…

Выражение лица Адели стало ледяным.

— Вам не дано знать о таких людях, как мы! — словно выплюнула она. — Да и откуда, если ваша мать была проституткой, а отец педофилом?

Спенс побледнел. Голова у него закружилась.

— Откуда… Откуда вы это узнали? — заикаясь, спросил он.

— Это было нетрудно. Мы провели небольшое расследование, и…

— Никки знает? О Господи, так вот что вы ей рассказали в канун Рождества. Вот, почему она не хотела вас больше видеть…

— Я надеюсь, вы гордитесь тем, как стали между нами и нашим единственным ребенком! — злобно перебила его Адель. — Мы никогда не хотели, чтобы она связывалась с таким человеком, как вы, и посмотрите, что получилось. Она…

— Адель, остановись, — перебил ее муж. — Он прав. Все, что сейчас имеет значение, это Николь и ее спасение.

Она повернулась к нему:

— И как мы это сделаем, когда…

Грант протянул руку.

— Спасибо, что навестили, молодой человек, — сказал он Спенсу. — Вам не стоит больше волноваться. Мы сами разберемся, что нужно сделать для нашей дочери.

— Я тоже несу за нее ответственность! — воскликнул Спенс. — И я не дам вам воспользоваться моментом, чтобы вычеркнуть меня из ее жизни. Я не позволю вам. И она тоже.

— Еще как позволит, если ей придется выбирать между вами и свободой, — злобно бросила ему Адель.

В этот момент на лице Спенса явно читалось желание ударить ее.

— Только попробуйте поставить Никки перед таким выбором, — пригрозил он.

— Адель! Достаточно! — рявкнул ее муж, когда она снова открыла было рот. — Ты не понимаешь, что поставлено на карту. Речь идет не об этом мальчике и его прошлом. Речь идет о нашем внуке, нашей дочери и о ее свободе.

Адель закрыла глаза, когда ужас случившегося вонзился в ее сознание, заставив задрожать и возвращая ей разум.

— Так и есть. Прошу прощения, — прошептала она, но относилось это к Спенсу или к ее мужу, было неясно.

— Если вы не возражаете, мы с женой хотели бы обсудить это наедине, — сказал Грант Спенсу.

— Не волнуйтесь, я уже ухожу, — ответил тот. — Не надо меня провожать.

Несколько секунд спустя он уже захлопнул за собой входную дверь и сердито затопал вниз по лестнице.

Лицо Дэвида вытянулось, как только он увидел выражение лица Спенса.

— Боже, только не говори, что они отказались помочь! — воскликнул он, когда Спенс сел в машину.

— Я не знаю, что они намерены делать, — ответил Спенс, — но, в любом случае, ее отец утверждает, что денег у него нет.

— Что ж, рада сообщить, что у меня есть хорошие новости, — вмешалась миссис Адани. — Мистер Адани связался с очень важным адвокатом в Бристоле, с которым он работал несколько раз. Его зовут Джолион Крейн, и он назначил тебе встречу в его офисе в понедельник на самое утро, перед тем как он пойдет в суд.

Спенс в изумлении повернулся к ней, и его глаза наполнились слезами, когда он крепко обнял ее.

— Я же говорил: без вас мы как без рук, — заявил он, — теперь вы согласитесь со мной?

Она улыбнулась.

— Благодарите за это мистера Адани, — напомнила она ему. — Он шлет вам наилучшие пожелания и хочет, чтобы вы знали: если он еще чем-то может помочь, то мы обязательно должны позвонить ему.