Марианна Монтейро - Нежность

Она проходила мимо почты, и решение пришло самой собой. Не поделиться ли с матерью?

Валентина разменяла на почте деньги для автомата и вошла в кабину.

В кабине рядом с аппаратом была небольшая полка, на которую обычно те, кто звонил, клали мелкие вещи или записную книжку, чтобы записать нужный номер. На эту полку она и усадила Веронику.

Набирая номер матери, Валентина отметила, что у нее слегка дрожат пальцы. Но вот в трубке послышался знакомый голос:

– Это ты, дорогая? Как дела? Все в порядке?

– Да как сказать… – Валентина замялась. – Понимаешь, я только что была у врача, делала прививку от инфекционных заболеваний. И он неожиданно обнаружил в правой груди уплотнения. Доктор настаивает, чтобы я прошла обследование.

– Только это? Больше он ничего не сказал? – встревожилась Вероника.

– Да нет… – ответила Валентина. – Он даже пытался шутить со мной. Но я видела, что он обеспокоен. Я так боюсь!..

– Нечего бояться! Я знаю, что у тебя! – рассердилась Вероника. – Ты, милая моя, просто не следишь за собой. У тебя, наверное, закупорились сальные железы. Это обычная киста.

– Что-что? – переспросила Валентина.

– Я говорю – киста! – повторила мать. – Ты неправильно питаешься…

Валентина перебила ее:

– Вероятно, ты права. Спасибо, ты меня успокоила. Мама, поговори с внучкой… – и сунула маленькой Веронике трубку.

Сеньора Монтейро услышала в трубке нежный детский лепет:

– Бабушка… баба!

– Привет, малышка! Скажи, как твое здоровье? Я тебе послала новую кофточку. До свидания, милая, до свидания…

– До свидания, – ответила внучка.

И сразу послышались короткие гудки.

Простившись с Вероникой, Валентина опустила трубку на рычаг. «Ну конечно же, ничего серьезного нет. Напрасная тревога…» – подумала она.

Хосе вернулся с работы чуть раньше обычного с мрачным видом.

Пока Валентина накрывала на стол, он сосредоточенно читал газету. Расставив тарелки, Валентина присела рядом с ним. Хосе отложил газету в сторону и посмотрел на жену.

Взгляд у него был виноватый.

– Как ее зовут? – ледяным тоном произнесла Валентина.

– Кого? – не сразу понял Хосе.

– Как ее зовут, твою возлюбленную? Сегодня я имела честь разговаривать с ней.

Муж передернул плечами.

– Какая тебе разница? – И нехотя произнес: – Роса…

– Неужели все на свете любовницы носят имя Роса? – тихо, словно про себя проговорила Валентина. Ей вспомнился рассказ матери о любовнице отца с таким же именем.

– Ее зовут Роса. О чем вы с ней разговаривали? – строго спросил муж.

Валентина почувствовала, что сейчас расплачется. Губы задрожали. Она быстро встала, отвернулась к окну. Ей не хотелось показывать мужу свою слабость. Овладев собой, она сказала с оживленным видом:

– А платьице на твоей Росе было весьма милое! И дорогое, наверное… О многом мы поговорить не успели. Да и не было желания ни у нее, ни у меня. Сам понимаешь… Я только просила ее передать тебе, что мы с Вероникой идем в клинику.

– Ах, да, чуть не забыл… Звонила твоя мать, сказала, что врач что-то обнаружил у тебя…

– Он велел мне пройти обследование – и все!

– Валентина, что сказал тебе врач? – повторил Хосе, медленно произнося каждое слово.

– Да оставь ты врача! Можно подумать, что тебя волнует мое здоровье! С таким негодяем, как ты, я вообще не хочу разговаривать о своем здоровье! – с ненавистью выкрикнула она.

Доктор Хорхес отсутствовал целую неделю, и потому вызвал Валентину только в следующий понедельник.

Она уныло рассматривала стены кабинета, пока доктор писал ей направление на анализы.

– Скажите, доктор, это может быть киста? – наконец спросила Валентина с плохо скрываемой тревогой.

– Пока я ничего не могу сказать, сеньора Карреньо, – невозмутимо ответил Хорхес. – Прошу вас, проявите терпение. Мы поговорим с вами после того, как вы сделаете анализы.

Спустя три дня Валентина снова сидела в его кабинете.

– Итак, доктор… – произнесла она дрожащим от волнения голосом и вопросительно заглянула Хорхесу в глаза. – Вы обещали поговорить со мной после анализов… Насколько я понимаю, все исследования позади.

Доктор Хорхес оторвался от лежащих перед ним бумаг.

– Сеньора Карреньо, я вынужден отложить наш с вами разговор еще на некоторое время.

– Почему? – вскричала Валентина.

– Я считаю, что этих анализов недостаточно. Надо пройти полный курс обследования в моей клинике! Полный! – повторил он, видя, что она собирается что-то возразить. – И не волнуйтесь, сеньора, я не возьму с вас ни песо.

Слова доктора удивили Валентину, но что-то в его тоне заставило ее согласиться, тем более что он предлагал бесплатное обследование.

Валентина позволяла врачам делать с собой все, что они находили нужным. Размышляя о своих отношениях с мужем, она даже радовалась тому, что находится в больнице: после того, как она окончательно убедилась в его измене, видеть Хосе Валентине было невыносимо.

Она едва сдерживалась, чтобы не заплакать или не устроить сцену, когда муж посещал ее. Валентина беспокоилась о детях, но, судя по их рассказам, Хосе хорошо присматривал за ними.

Доктор Эмилио Хорхес руководил обследованием, а находящиеся в его подчинении врачи докладывали ему о результатах.

Несколько раз Валентина пыталась выяснить у него, как обстоят дела, но доктор отмалчивался или говорил, что рано делать какие-нибудь выводы.

Миновала еще неделя, и в очередной понедельник доктор Хорхес должен был сообщить Валентине о том, что в итоге показало обследование.

Валентина с нетерпением ждала визита доктора Хорхеса. Она волновалась, как никогда. Начиная с половины девятого утра, пациентка донимала медсестру вопросами. Однако та неизменно отвечала:

– Подождите, сеньора Карреньо, в десять часов придет доктор Хорхес, и все расскажет сам.

Эмилио Хорхес действительно появился ровно в десять.

Валентина встретила его улыбкой. Однако доктор не улыбнулся в ответ. У него был помятый вид, будто он не выспался. Так оно и было в действительности: накануне доктор просидел допоздна, изучая результаты обследования, ища возможную ошибку, но неизменно приходил к одному и тому же выводу.

Теперь перед ним стояла нелегкая задача – как сообщить обо всем Валентине.

Доктор приблизился к ее кровати.

– Ну что, сеньор Эмилио? – весело воскликнула Валентина. – Вы выпишите меня? Мне уже порядком надоела больница! Конечно, у вас здесь мило и уютно, но… Я скучаю по детям.

Хорхес посмотрел на пациентку долгим взглядом.

– К сожалению, опухоль злокачественная, – произнес он.