Александра Соколова - Просто мы научились жить (2010-2012)

– Практически нет. А когда вижу… Лучше б не видела.

Это было абсолютной и совершенной правдой. За прошедшие месяцы Лека видела Диану раз пять, и ни один из них не принес никакого удовольствия.

Первый раз они столкнулись на Легиане, в спортивном магазине, где Лека выбирала плавники для своей новой доски. Она увидела Диану за соседним стеллажом, и подошла, улыбаясь и радуясь встрече.

– Что ты здесь делаешь? – Подняла брови Диана в ответ на Лекино "привет", и от тона, которым это было сказано, улыбка немедленно сползла с лица, а скулы напряглись.

– Плавники покупаю, – Ответила все же Лека.

Она не ожидала такой реакции, но дальнейшее было еще более неожиданно.

– Разве ты уже выросла из детских штанишек и катаешься на профессиональной доске? – Ехидно пропела Диана, и ушла, не дожидаясь ответа.

Лека осталась стоять – ошарашенная и расстроенная до глубины души.

Следующий раз был не лучше. Она заехала в школу повидаться со Светой, а нарвалась на Диану, которая сидела на стойке и насмешливо заявила:

– Пришла еще поучиться? Боюсь, в твоем случае это пустая трата денег.

И еще раз, и еще, и еще.

Лека недоумевала – с чего вдруг такая неприязнь? Но про себя решила видеться с Дианой как можно реже – тем более, что съемки фильма и общение с новыми друзьями захватили ее с головой и не оставляли времени ни на что другое.

Но говоря так, она интуитивно чувствовала – им с Дианой еще предстоит столкнуться, и не раз. Так оно и вышло.

Глава 14. Вместе.

На этот раз идея встретиться исходила от Дианы. Лёка даже глазам своим не поверила, когда, выйдя из душа, прочитала на экране телефона «Если предложение погулять еще в силе, я готова его принять». И что бы это значило, интересно? Всё же два месяца прошло, да и манера их общения за эти месяцы оставляла желать лучшего. Может, «друг» ушел в отставку? Или не с кем провести вечер?

Она зафыркала, вытирая голову и мучительно размышляя, что ответить. А правда – что? За эти месяцы остыла, перегорела, и даже если сильно прислушаться – внутри ничего не екает больше. А с другой стороны, как-то глупо отказываться от подарков, за которые потом расплачиваться не придется. Но зачем всё, зачем?

Бросив полотенце на кровать, Лёка как была – обнаженная – вышла на балкон и медленно, с удовольствием, потянулась. Судя по редким облакам на небе, погода сегодня будет отличная – можно на байке съездить в Убуд, сделать индонезийский массаж с ароматическими маслами, поваляться в теплом бассейне с видом на океан, и покормить обезьянок в манки-форесте. Она даже замурчала от открывающейся перспективы, еще раз потянулась и, вернувшись в дом, написала в телефоне: «Увы, обстоятельства изменились, как-нибудь в другой раз». Подумала, добавить ли ироничное «привет другу», и не стала. Нажала «send» и отправилась одеваться.

День продолжился даже лучше, чем планировалось – по дороге в Убуд Лёка заметила на обочине у варунга с экзотическим даже для Бали названием «Клешня краба» знакомую ямаху, принадлежащую Алексу Ямму, норвежцу, который в прошлую встречу обещал показать ей тайный норвежский спот с шикарными волнами. Войдя в варунг, она сразу его увидела: сидел себе, высоченный загорелый красавец, в гордом одиночестве и один за другим пил из высоких стеклянных стаканов фреши. Брал губами трубочку, делал мощное движение щеками, и – вуаля – стакан оказывался пуст.

– Лёка! – Алекс так обрадовался, увидев, как она заходит в варунг, что мигом превратился из красавца-серфера в суетливую старушку: вскочил, опрокидывая стакан, кинулся навстречу, обнял и принялся хлопать по плечам и спине.

– Привет, Алекс, – Лёка ответила по-английски, и с удовольствием прекратила эти похлопывания: она терпеть не могла такую форму приветствия, – Ты что здесь делаешь? Помнится, в прошлую нашу встречу ты говорил, что не приедешь до июля.

– О, Лёка! – Он расхохотался, обнажив белоснежные ровные зубы. – Я так соскучился, что не мог дождаться лета. И, кроме того, я привык выполнять обещания. Сейчас я немедленно расплачусь по счету, и мы отправимся кататься.

Он всегда так выражался: немного высокопарно, тщательно подбирая слова, будто английский не был его родным языком. Лёка засмеялась.

– На чем кататься, Алекс? Я еду в Убуд, у меня и доски-то с собой нет.

– Разве ты не видела две прекрасные доски, прикрепленные к моему мотоциклу? Я с удовольствием одолжу тебе одну из них. Поедем, Лёка!

Вот уж правду говорят о серферах: и захочешь день провести без волн, так волны тебя сами нагонят. Лёка задумалась только на мгновение. В конце концов, в Убуд можно и завтра, а сегодня – черт его знает, вдруг и правда этот тайный спот окажется круче Балангана и Бату-болонга.

– Ладно, Алекс, – радостно сказала она, – едем.

И они поехали. Он, на ямахе, впереди. Она, на своем мотоцикле, сзади. Ехали долго – по Лёкиным расчетам, не меньше часа, и после поворота на Джимбаран, дорогу она уже узнать не могла.

А когда приехали – ахнула: вот так тайный спот! Сверху, со скалы, где они оставили байки, открывался прекрасный вид на небольшую бухточку, белоснежный пляж и пальмы, будто тянущиеся с этого пляжа к воде своими огромными зелеными листами.

Лайнап был далековато – Лёка едва разглядела пять или шесть серферов, сидящих на своих досках далеко в океане. Алекс быстро отвязал от байка доски, натянул на сильное тренированное тело лайкру и, подмигнув, по маленькой тропинке повел Лёку вниз. На берегу они сделали разминку и через узенький коридор между рифами поплыли к лайнапу.

Из двух досок Алекса Лёке достался лонгборд – длинная белая доска с изображением акулы и салатового цвета лишем. Она подошла точно по ростовке – грести было легко, гораздо легче чем на шортборде, к которому Лёка пока так и не привыкла.

Еще не добравшись до лайнапа, она с предвкушением оценила волны – пожалуй, они и впрямь хороши: высокие, не пологие, даже есть шанс проехаться в трубе. Убуд был забыт. Прохладная нежность океана, наваксенная поверхность доски, привычное напряжение в мускулах рук заслонили собой всё, заняли все мысли и чувства.

– Лёка! – Алекс первым оказался на лайнапе и уже махал ей оттуда загорелой рукой. – Сюда!

Приближалась волна. По-хорошему, стоило бы, наверное, сделать переворот, спрятаться под доской и пропустить её, но Лёка решила иначе. Она быстро развернулась лицом к берегу и мощными движениями принялась разгребаться. Рывок, еще, еще – и вот волна подхватывает её борд снизу, поднимает выше. Еще несколько гребков, и доска словно санки с горы несется вниз. Отжаться, прыжок, стойка.

Лёка корпусом развернула доску вдоль волны и расхохоталась от счастья – всё её существо наполнилось восторгом и радостью. Она сделала еще один разворот и пригнулась пониже.