hunnyfresh - Письма с войны

Мальчик послушно кивнул и попытался убрать руку Августа с лица, но Бут держал крепко.

- Что это?

Улыбаясь, Реджина подошла к двери и за руку ввела в палату довольную Эмму, которая, конечно, слышала весь разговор. Брюнетка посмотрела на Свон, прижав палец к губам. Девушка оставила на тумбочке кофе и сэндвичи, которые держала в руках, и, подойдя к Генри, наклонилась к нему, оказавшись с мальчишкой почти нос к носу. Комнату наполнила выжидательная тишина, и Август медленно убрал руку, позволяя малышу посмотреть свой сюрприз. Сразу почувствовав чужое присутствие, Генри отклонился назад, и открыл глаза. Мгновение он просто смотрел на блондинку, потом его брови взлетели вверх, а рот и глаза широко раскрылись от удивления. Прижав ладошки к губам, он громко ахнул:

- Эмма!

В следующую секунду он прыгнул ней на руки, крепко обнимая Свон руками и ногами и радостно громко крича ей в ухо.

Тяжесть мальчика на руках была привычной, руки быстро вспомнили это ощущение, но, боже, разве раньше его волосы щекотали ей подбородок? Это тот же Генри, которого она оставила в аэропорту с Реджиной девять месяцев назад, но он успел вырасти за это время. Он окреп, и, господи, как же мальчишка вытянулся, и почему, черт возьми, его глаз не видно? Счастливо рассмеявшись, она убрала отросшую челку со лба ребенка, наконец, увидев взгляд карих, с золотыми искорками, глаз.

- Уже лучше. А то я переживала, что ты ослеп.

- Видишь? – Реджина посмотрела на сына, присаживаясь рядом с обнимающейся парочкой. – Тебе надо подстричься.

Вывернувшись из-под руки Эммы, мальчик потряс головой и упрямо взъерошил волосы. Удовлетворенный полученным результатом, он вскочил и начал радостно прыгать на кровати, подняв руки в победном жесте, так что сидящие на кровати взрослые покачивались от этих прыжков.

- Эмма дома! Эмма дома! Эмма дома! 

Блондинка улыбнулась, поймав взгляд Реджины, пока они обе смотрели на счастливого и шумного Генри.

- Да. Да, я дома, – тихо сказала она, сама пытаясь в это поверить.

Они без умолку болтали во время ланча, и Генри все никак не мог решить, хочет ли он сидеть рядом с Августом или на коленях у Реджины с Эммой, сидящих в обнимку в кресле. Мальчик настоял на том, что Эмма должна увидеть, какому супер-крутому фокусу научил его дядя Август. Реджине всё происходящее казалось чем-то нереальным. Пять лет назад Миллс ни за что не поверила бы, если б кто-то сказал ей, что сейчас она будет сидеть в больничной палате с сыном, которого, как она думала, у неё никогда не будет, со своей девушкой, которую она просто не могла встретить, и с чудаковатым другом, от которого она точно уже никогда не избавится. Всё это внесло разлад в размеренную жизнь мэра, и её семья была странной и неорганизованной, и иногда это было невероятно тяжело. Но они её семья, только её. И они идеальны.

И Реджина счастлива.

Эмма удивленно ахнула, когда после заклинания Генри кровать Бута поднялась, а потом опустилась. Генри, довольный ей реакцией, тут же открыл блондинке секрет волшебной кровати. Глядя на них, Реджина улыбнулась и, поерзав в кресле, прижалась ближе к девушке, закинув ноги к ней на колени и положив голову на плечо. Эмма повернулась и, улыбнувшись в ответ, легко поцеловала темную макушку. Женщины взялись за руки, неосознанно переплетая пальцы, стремясь этим прикосновением напомнить друг другу, что они обе здесь. Вместе. Наконец-то.

Удивительно, но на протяжении целых трёх серий «Лиги справедливости» Генри сидел рядом с Августом, предоставив парочке, сидящей в кресле, спокойно обниматься. Наконец, он слез с кровати и за руку потянул Эмму к дверям, попросив проводить его в туалет. Он был большой мальчик, и дома ему не требовалась помощь, но здесь ему нужен был взрослый, чтоб помочь забраться на унитаз, а потом дотянуться до раковины. Так что Генри попросил Эмму.

Как только дверь закрылась, Реджина наклонилась к Августу. Видимо, сознание мужчины теперь было более ясным, чем когда они приехали, и действие обезболивающих ослабло. Хотя единственным признаком этого было то, что Бут морщился всякий раз, когда Генри ненароком задевал его больную ногу.

- Как раз вовремя? – спросила Реджина, приподняв бровь.

- Думаю, что даже слишком долго, – ребячливо улыбнулся он.

Женщина мягко улыбнулась, чуть сжав его руку:

- Ты был под действием обезболивающих, не мог ясно мыслить, как, скажи на милость, тебе удалось в таком состоянии дергать нас за ниточки, играя в кукловода?

- Подумаешь, Толкин вообще писал Хоббита под действием опиума.

- Так значит мы просто персонажи твоей истории? – ошарашено спросила Реджина.

Август потрепал её по щеке:

- Вы гораздо больше.

Реджина в ответ закатила глаза и с нежностью посмотрев на Августа, наклонилась и поцеловала его в висок. Мужчина довольно улыбнулся и насмешливо присвистнул:

- Ого, а если твоя девушка увидит?

На этот раз, в глазах Миллс явно отразилась досада, но Бут в ответ и бровью не повел, продолжая улыбаться. И Реджина не хотела, чтоб он изменился хотя бы на йоту.

Звякнув, лифт остановился на шестом этаже, двери открылись, и в коридор вышли Эмма со спящим Генри на руках и Реджина с небольшим чемоданом на колёсиках. Пол коридора, в котором они оказались, выглядел слегка покатым из-за ромбовидного узора на ковровом покрытии. Воздух был насквозь пропитан запахами жареного мяса, рыбы и карри, и брюнетка, не удержавшись, сморщила нос.

Свон усмехнулась, заметив это:

- К этому запаху привыкаешь, – она кивнула головой влево, туда, где находилась квартира Августа.

Реджина кивнула, пробормотав что-то в знак согласия. Пройдя до конца коридора, женщины замерли, увидев, что у дверей их уже ждут.

- Это кот.

- Ага, – Эмма поудобнее перехватила Генри одной рукой, другой извлекая из кармана ключи, одолженные Августом. – Оказалось, он настоящий. 

Небольшой черный кот с белым носочком на правой передней лапе и белым пятном вокруг левого глаза сидел, навострив уши, и выжидающе переводил взгляд с двери на подошедших людей и обратно.

- Познакомься с Фигаро.

Эмма открыла дверь. Кот не стал ждать, пока блондинка распахнет её полностью: едва между дверью и косяком появился просвет, Фигаро прошмыгнул внутрь и по-хозяйски устроился на стуле в гостиной. Стул был накрыт одеялом, и даже из прихожей Реджина увидела на нем кошачью шерсть. Значит, этот кот, и правда, часто захаживает в гости к Буту.