Ольга Горовая - Обжигающая спираль

— У вас из-за этого проблемы были? — нахмурился хозяин кабинета. — Простите, искуплю. Думал, что он себе новых клиентов ищет, — Щеглов изобразил искреннее сожаление. Да и у Руса не было повода ему не верить. — Вы из-за этого приехали? — поинтересовался Константин.

Руслан перевел глаза назад на него и молча покачал головой.

— Нет, Щегол, — серьезно и без былой легкости произнес он. — Хотя и это — причина. Но мы по делу. По твоему делу, — уточнил Руслан, и обернувшись, за плечо вытолкнул вперед Ромку. — Знакомый? — поинтересовался он.

Щеглов ухмыльнулся, но от Руса не укрылось, что глаза собеседника остались холодными и сосредоточенными.

— Знакомый, — спокойно кивнул хозяин. — Но вы-то тут при чем? Или и у вас с Ромой счеты есть? Или с его папой? — Щеглов насмешливо и свысока посмотрел на съежившегося Романа.

— Нет, у меня с ним счетов нет, и если честно, мне до этого мелкого недоразумения, — он кивнул головой в сторону брата Светы, — дела тоже нет. Только порадовался бы, если кто-то показал ему, что такое жизнь на самом деле, — Руслан смотрел прямо на Щеглова. — Только вот, до его сестры мне дело есть. Света — моя. И у нас, похоже, проблема, — Руслан наконец-то сел на стул, стоящий напротив стола. Сергей последовал его примеру, стоять остался только дрожащий Ромка. — Я слишком хорошо знаю тебя и твои методы, чтобы пустить свою женщину к тебе на «встречу», чтобы там ни было, — с намеком проговорил он.

Щеглов нахмурился и откинулся в кресле, неотрывно смотря на Руслана изучающим взглядом.

— Удивил, — наконец, спустя пару томительных минут полного молчания, произнес Константин. — Неужели, решил остепениться, а, Рус? Или должность отца этой Светланы сыграла роль? — хозяин немного раскручивался в своем кожаном кресле, продолжая внимательно его разглядывать холодными глазами.

Руслан только пожал плечами, спокойно выдерживая этот взгляд и насмешливо поднял бровь, хоть и нельзя сказать, что этот жест дался легко. Синяк никуда не делся-то.

— Что же в ней такого, что ты решил уйти с поля? — со скупой усмешкой поинтересовался Щеглов.

— Думаю, по вполне понятной причине, я постараюсь, чтобы ты не смог узнать этого при личной встрече, — с такой же усмешкой ответил Рус, ни капли не расслабившись. Он прекрасно знал, что не стоит доверять этой словесной игре. — Разве что, на словах могу пересказать, из-за чего.

— Прямо заинтриговал ты меня, парень, — Щеглов покачал головой. — Но у нас, и правда, похоже, назрел конфликт… интересов, — замерев на месте, перестав крутить кресло, Константин вперился в него глазами. — Мне тоже не нужен этот пацан, — он махнул рукой в сторону Ромки. — Но вот если твоя Света не обманула — именно она ведет мое дело в СБ. А тебе, как одному из тех, кто брал у меня товар, думаю не надо объяснять — я не хочу, чтобы это дело до чего-то дошло? — совершенно другим, жестким тоном, протянул Щеглов.

Настала очередь Руслана молча изучать своего собеседника. Он приблизительно понимал, из-за чего весь «сыр-бор». Как совершенно справедливо заметил Щеглов, они с Сергеем какое-то время действительно покупали у Кости наркотики, не видя и не имея иной альтернативы в той ситуации. Даже не столько Рус, сколько сам Серый. И теперь он прекрасно понимал, что именно хочет Щеглов от Светы и ее отца — замять дело. Любым путем. Неважно как и что, но чтобы больше никто не лез к нему и не сомневался в «чистоте и законности» бизнеса его официальной фирмы. И ради этого Щеглов действительно пойдет на все.

— Я объясню Свете, почему им стоит закрыть это дело, — медленно и с напором проговорил Руслан. — Думаю, тебе известно, что моему слову можно верить, — напомнил он. — Да и забуду подставу с Бондаренко, хоть чувствую, этот проныра еще попьет моей крови, — Рус небрежно хмыкнул, ничем не выдав своего сосредоточенного напряжения.

— Понимаешь, в чем дело, Рус, — Щеглов наигранно вздохнул, возобновив свои покачивания. — Нет у меня уверенности, что полковник тебя послушает, вот беда-то, — он посмотрел на него из-под бровей. — Самойленко очень известен своей несговорчивостью, потому и пришлось идти на такие меры, чтобы хоть страхом за жизнь детей, объяснить человеку — не все в жизни принципы решают. И если я поверю тебе, доверюсь твоему слову, а они все равно решат отыграться на невинном бизнесмене? — Константин покачал головой, словно сетовал на несправедливость их государства и власти.

— Мы всегда честно держали уговор, — вдруг вмешался в разговор Серый, махнув головой на предостерегающий взгляд Руслана. — И в этот раз ты можешь нам верить. Рус уладит это дело, — Сергей так же твердо, как и он сам, выдержал изучение Щеглова.

— Сергей, хорошие вы парни, — их хозяин выказывал искренне расположение, но Руслан не обманывался. — И кстати, тебе больше товар не нужен? Что-то ты давно не заглядывал? — он вопросительно кивнул.

Сергей спокойно покачал головой, а Рус знал, чего другу стоил такой невозмутимый вид.

— Да? Ну, как знаешь, — кивнул Щеглов. — Так вот, о чем я — хорошие вы парни, да и я, вроде, как вас подставил, — Константин еще раз внимательно осмотрел Руслана. — Чувствую, есть и моя вина в этих синяках, — лукаво пожурил он сам себя. — Но поймите и меня. Дело серьезное, мне нужны гарантии. Такие, чтобы я спокойно мог работать дальше и выручать ребят типа вас, когда у них приключится беда, — Щеглов пристально смотрел на них. — Вы мне можете дать такие гарантии?

Руслан стиснул зубы и только собрался открыть рот, как его прервал другой, веселый голос.

— Думаю, я могу дать тебе такие гарантии, Костя, — почти с отцовским покровительством проговорил Писаренко, заходя в двери. — Прости, племяш, задержался, эти таможенники вечно мой багаж умудряются куда-то засунуть, — как самый настоящий добрый дядюшка, пожаловался закаменевшему Руслану Николай Алексеевич, и тайком лукаво подмигнул, отвернувшись от хозяина кабинета. — Но теперь, добрался, наконец-то, — с видимым облегчением выдохнул Писаренко и протянул руку Щеглову.

— Николай Алексеевич, не ждал, — тот был явно удивлен таким визитом.

Хотя, Рус не мог бы биться об заклад, что больше шокировало хозяина — появление самого Писаренко или вскользь брошенное сообщение об их с ним «родстве». Впервые он действительно был рад появлению этого человека. Плевать на бои и все остальное. Но если его «дядя» сумеет вытащить Свету из всего этого болота без последствий — Рус готов был переступить через все и через память, и через гордость, и сделать для Писаренко что угодно.

Потому и достал его едва ли не во время приземления самолета.