Темный покровитель - М. Джеймс

ДЖИА

Месяц спустя

Я чувствую себя неловко и беспокойно, ожидая, когда Сальваторе вернется домой с последней встречи. Сегодня вечером мы отправляемся в город, чтобы завтра сыграть свадьбу, и я готова к тому, чтобы все это закончилось.

С каждым днем, прошедшим за последний месяц, мои опасения, что все вернется к тому, что было до нашего медового месяца между Сальваторе и мной, уменьшались. Ничего не изменилось. Он заботился и оберегал меня, но не душил, держал в курсе дел Братвы и предстоящей свадьбы, а в постели давал мне все, что я только могла пожелать. Дом я украшала по своему усмотрению, и его деньги тратила по своему усмотрению. Он занимал мои мысли в течение последнего месяца, не давая мне слишком много думать о предстоящей свадьбе и о том, что все еще может пойти не так, а Сальваторе занимал меня все остальное время.

Я больше не беспокоюсь о том, что он хочет меня. Но меня интересует, сможет ли он когда-нибудь сказать мне, что любит меня, и сколько времени это займет. Эти слова уже давно вертятся у меня на языке, но я не хочу быть той, кто скажет их первой. Я хочу, чтобы он сам дал мне это понять, и я готова ждать этого. Я чувствую, как он сдерживается, и надеюсь, что вся эта неразбериха с Братвой мешает ему признаться мне в своих чувствах. Когда все закончится, он скажет мне то, что я так хочу услышать.

Вздохнув, я ставлю чемодан на кровать и на секунду замираю, когда на меня накатывает волна головокружения и тошноты. Положив одну руку на ножку кровати, я делаю глубокий, медленный вдох и так сосредотачиваюсь на том, чтобы меня не стошнило, что не слышу, как в комнату входит Сальваторе.

— Ты в порядке, сокровище?

Я вскакиваю, издавая тоненький писк, и поворачиваюсь к нему лицом.

— Да, — быстро говорю я ему. — Просто немного не в себе, вот и все. Наверное, это стресс.

Сальваторе не спрашивает меня, из-за чего я могу испытывать стресс, ему это и не нужно. Он не хуже меня знает, что я не горю желанием идти на свадьбу своего бывшего жениха… жениха, которого выгнали из церкви до того, как Сальваторе сам потащил меня к алтарю. Я больше не злюсь на него за это. Но это не меняет обстоятельств того, как все начиналось, и не делает встречу с Петром более легкой.

— Завтра стресс закончится, сокровище, — пробормотал он, легонько целуя меня в макушку. — А пока я позвоню Лии, чтобы она пришла и помогла тебе собраться. Ты можешь сказать ей, что ты хочешь взять с собой.

— Я в порядке… — начинаю протестовать я, но Сальваторе качает головой, нежно прижимая палец к моим губам.

— Не спорь, Джиа, — пробормотал он. — Я скажу Лии, чтобы она набрала тебе ванну, и ты сможешь расслабиться, пока она будет собирать твои вещи. Я хочу, чтобы ты хорошо отдохнула перед этим.

Я слышу в его голосе защитные нотки, которые уже привыкла слышать, и не спорю. Иногда странно, как изменилась эта динамика между нами. Я больше не хочу бороться с ним по любому поводу, потому что теперь я верю, что он хочет добра, даже если его защитные инстинкты немного противоречат моему стремлению к независимости. Я знаю, что он хочет заботиться обо мне и обеспечивать мою безопасность, а поскольку я теперь доверяю ему, это наполняет меня теплом, а не вызывает желание впасть в ярость.

— Хорошо, — соглашаюсь я и вижу, как поднимается его бровь.

— Может, тебе действительно плохо? — Поддразнивает он, хотя прошло уже немало времени с тех пор, как я спорила с ним по каждому пустяку. Но ему нравится напоминать мне о том, что когда-то давно я это делала хотя бы потому, что, как мне кажется, ему нравится получать от меня удовольствие.

Я сужаю глаза, собираясь бросить ответный выпад, но тут на меня накатывает новая волна головокружения. Я слегка покачиваюсь на ногах, недолго думая, смогу ли я как-то использовать это, чтобы полностью отказаться от поездки на свадьбу, но я знаю, что это нечестно. Я нужна Сальваторе, чтобы выступить единым фронтом перед сделкой с Братвой, и я хочу поддержать его. Если его долг — защищать меня как мужа, то и мой, как его жены, тоже.

— Джиа. — В его голосе звучит слабая нотка беспокойства, когда он ведет меня к кровати и берет трубку, чтобы позвонить Лии. — Просто присядь на минутку.

Десять минут спустя я уже по шею в горячей, исходящей паром ванне, пахнущей насыщенным ванильным маслом, а Лия следует списку, который я продиктовала ей для упаковки вещей. Я чувствую легкое чувство вины за то, что она занимается всем этим, но Сальваторе платит ей за это, и ванна помогает. Головокружение в основном прошло, сменившись усталостью, которая заставляет меня мечтать о том, чтобы просто лечь спать, а не ехать в город сегодня вечером.

Когда я выхожу, то обнаруживаю, что Сальваторе отправил ужин в комнату, а меня ждет накрытый поднос. Мои вещи собраны и аккуратно поставлены у двери, а Сальваторе нигде не видно, вероятно, он сидит внизу в своем кабинете и дорабатывает детали поездки. Я чувствую слабый отблеск близости от того, насколько мы привыкли к распорядку дня друг друга, и сажусь на кровать, чтобы съесть все, что смогу, чувствуя особую заботу от этого жеста.

Я знаю, как Сальваторе относится ко мне. Я просто с нетерпением жду, когда он почувствует, что может сказать об этом.

После еды тошнота возвращается, пришлось попросить Лию принести имбирный эль, и я выбираю черные леггинсы и длинную шелковую тунику голубовато-серого цвета с сапогами по щиколотку, вместо чего-то более сексуального для поездки. Я представляла себе, как надену короткую юбку и буду развлекаться с Сальваторе на заднем сиденье машины, но сейчас я не чувствую, что способна на что-то большее, чем дремота.

Сальваторе все замечает, когда я спускаюсь вниз. Он ждет в фойе, наши сумки уже отнесли в машину, и он сразу же протягивает мне руку, когда я подхожу к нему.

— Ты немного бледная, — обеспокоенно говорит он. — Мы заселимся в отель, как только доберемся до города, и ты сможешь хорошенько выспаться. Похоже, тебе это необходимо.

— Лесть поможет тебе везде, — сухо говорю я ему, пока он ведет меня к машине, но я знаю, что он беспокоится обо мне. Я уверена, что это просто стресс, пока