Джулия Фэнтон - Великосветский прием

И вот после этого судьба занесла Александру в такое место, где на завтрак давали селедку с фасолью и каждый вечер устраивали проверки в спальнях. В гулких туалетных комнатах стояли осклизлые чугунные ванны, к которым выстраивалась очередь. Чтобы вымыть голову, надо было тайком пробираться к раковине после отбоя и, согнувшись в три погибели, совать голову под кран.

Тут Александра напомнила себе, что у нее есть любимая музыка и любимые подруги. Она смахнула непрошенные слезы. Когда рядом подруги, не страшно никакое наказание. Подумаешь, мотыга и грабли...

Джетта занесла мотыгу и с размаху опустила ее на бурую английскую землю. Раздался противный скрежет металла о камень.

– Мать-перемать! – не стесняясь в выражениях, закричала Джетта. – Опять булыжник! Мы тут как каторжники в каменоломнях!

– Наверно, эти камни должны служить напоминанием о наших грехах, – рассудила Мэри-Ли, откидывая со лба рыжую челку.

– Ну, знаешь, я столько за всю жизнь не нагрешила! – кипятилась Джетта.

Время от времени к ним прибегали одноклассницы, притворно охали и заодно сообщали, что к чаю будут давать шоколадный крем и пять сортов печенья. Провинившаяся троица дружно застонала. В школе «Уэст-Хис» им постоянно не хватало сладостей и печенья. Столовская преснятина частенько не лезла в рот, и они вообще отказывались от еды, доводя себя до полного изнеможения, а потом набрасывались на лакомства из посылок и объедались так, что приходилось совать два пальца в горло.

Через некоторое время появилась Диана Спенсер с какой-то другой девочкой, держа в руках маленький фотоаппарат. Она засуетилась вокруг них, заставила бросить мотыги и построила рядком у полуразрушенной садовой стены.

– Как там у вас в Америке говорят? «Пли-и-из» – смешливо протянула Ди Спенсер, показав однокласснице, на какую кнопку надо нажимать. Джетта называла Диану подругой по несчастью: обе пока одолели только по два школьных экзамена. У Ди были светло-русые волосы и нежная кожа. Из школьных предметов самым ее любимым были бальные танцы. Над ее кроватью висел портрет принца Чарлза, в которого она была влюблена без памяти. Чтобы получить освобождение от физкультуры, Ди брала тени для век и рисовала себе на ногах синяки. Подруги жалели, что через неделю им предстояло расставание: Диана уезжала учиться в Швейцарию. Определенных планов на будущее у нее не было, но она подумывала найти какую-нибудь работу.

– Ну и тоска! – воскликнула Джетта, когда Диана ушла, унося свой фотоаппарат. – Как мне осточертела эта дыра! Хочу на свободу!

– Да, было бы неплохо, – согласилась Александра. – До Лондона, между прочим, рукой подать – каких-нибудь пятьдесят миль.

– О, Лондон! – мечтательно вздохнула Джетта.

Они как-то раз уже бывали в Лондоне: их возили не то на балет, не то на концерт.

– В Лондоне можно было бы сходить в Британский музей, – размечталась Мэри-Ли.

– А я бы заказала разговор с Америкой, чтобы услышать папин голос, – сказала Александра.

– Если повезет, там можно живьем увидеть «Роллинг Стоунз», – неожиданно заметила Джетта. Она вытянула шею и обвела подруг победоносным взглядом. – Я вам точно говорю. У меня есть знакомая девчонка – она с кем-то в складчину снимает квартиру в Мэйфере и всюду таскается за музыкантами – так вот, она сто раз видела Мика Джеггера и, между прочим, спит с ребятами, которые его лично знают. Что вы на это скажете? Давайте думать. Каникулы не за горами.

Девочки смотрели на нее без особой уверенности.

– Кредитные карточки у нас есть, – осторожно сказала Александра после некоторого размышления, – к тому же я умею водить машину. Можно позвонить в пункт проката и взять у них какой-нибудь автомобиль, только придется доплатить, чтобы его подогнали к школе.

– А одежда? – напомнила Джетта.

– Тоже можно заказать по телефону.

– Если нас застукают – из школы точно вышибут, – Мэри-Ли явно нервничала.

– Ну и что? – Джетта посмотрела на нее свысока. – Зато повеселимся!

Сначала они заехали в замок Элторп, расположенный в семидесяти пяти милях от Лондона, в самом сердце графства Нортгемптоншир. Ди Спенсер перед расставанием пригласила их на чай.

– Какие умницы, что приехали, – воскликнула она. – Надо же, добирались в такую даль!

– В какую даль? – озадаченно переспросила Александра.

Диана посмеялась:

– Ой, я совсем забыла, что для американцев это не расстояние! Они колесят миль по триста в день.

Гостьи притихли, увидев внушительный каменный особняк пятнадцатого века. Когда-то он был окружен рвом. На верхнем этаже помещалась картинная галерея с фамильными портретами. Мэри-Ли пришла в страшное возбуждение. Она металась взад-вперед, разглядывая потемневшие полотна, а потом сообщила подругам, что они принадлежат кисти Джошуа Рейнолдса.

– Он очень знаменитый, – твердила Мэри-Ли. – Вы не представляете, какой он знаменитый. Про него написано во всех книгах по искусству! Здесь настоящее музейное собрание. А вы видели на первом этаже коллекцию фарфора? Уму непостижимо! Вот бы моей маме сюда попасть – она бы вставила описание такого замка в свою книгу.

Чаепитие было весьма церемонным. Нелюбимая мачеха Дианы сидела во главе стола и разливала чай в изящные серебряные чашки. К чаю были поданы восхитительные птифуры, дорогое фирменное печенье и грейпфрутовый джем.

– Так вы говорите, ваш папа промышленник? – спрашивала миссис Спенсер Александру, недвусмысленно давая понять, что промышленники не принадлежат к высшему обществу.

– Да, – скромно ответила Александра, – правда, в последнее время он больше занимается недвижимостью. Между прочим, он собирается купить поместье в Англии, – и она назвала огромное имение, размером превосходящее Элторп, название которого час назад прочла на дорожном указателе.

– О-о? – только и выдавила миссис Спенсер и поперхнулась, отпивая крошечный глоточек.

Комната Дианы была увешана фотографиями принца Чарлза, вырезанными из журналов. На одной он представал в мантии выпускника Кембриджа, на другой принимал наследственный титул в Уэльсе, на третьей танцевал с красавицей-негритянкой на карнавале в Рио-де-Жанейро, на четвертой – скользил по волнам на парусной доске.

Американки придирчиво разглядывали фотографии.

– Он отлично сложен, – вынесла свой вердикт Джетта. – Такие мышцы бывают только у спортсменов. А как держится в танце!

– В нем бездна мужского обаяния, – зарделась Диана. – В газетах и журналах ему приписывают любовные похождения с самыми разными женщинами, в том числе и с одной из моих сестер. Стоит ему посмотреть в сторону какой-нибудь девушки, как ее тут же объявляют его избранницей.