Карен ван дер Зее - Остров моих сновидений

— Ну, я не волокита. А как насчет тебя? Твой стиль жизни не пострадает?

Ким махнула рукой:

— Я устала от мужчин и пообещала себе длительный отдых. — Фиктивный брак — неплохое средство удержать всех на расстоянии: сумасшедших преследователей, бывших приятелей, новых поклонников…

Заговорила ли в ней страсть к приключениям, или это интуиция подает ободряющие сигналы? А может, это временное помрачение рассудка? Впрочем, не все ли равно… Внезапно эта идея показалась ей замечательной.

— Ладно, я буду твоей женой.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Ким налила себе первую за день чашку кофе и выглянула в окно, на мокрые нью-йоркские крыши, — не слишком захватывающий вид… Прошла уже неделя с тех пор, как она обнаружила, что вышла замуж. С тех самых пор каждый день идет дождь, а созерцание мелкой, противной мороси и серого неба еще никому не поднимало настроения. Но жизнерадостность ее не так-то легко уничтожить — она собирается ехать на Яву и радуется этому независимо от погоды.

Неплохо бы получить весточку от Сэма, призналась она себе, но за последнюю неделю о нем ничего не слышно. Он занят, работает над новым проектом, она знает об этом, но ловит себя на постоянном желании увидеть его. Впрочем, и сама не сидит сложа руки — заканчивает работу по контрактам и соглашениям, заключенным раньше. Надо еще решить, что брать с собой, что раздать знакомым.

Нашлась и та, кто займет ее мансарду: неожиданно к ней явилась подруга посреди ночи, в одной пижаме под плащом. Заливаясь слезами и всхлипывая, заявила, что на этот раз уходит от своего приятеля окончательно. Можно ей поспать у Ким на кушетке, пока не найдет себе квартиру? Та утешила ее: квартира уже найдена.

Зазвонил телефон, и Ким поставила опустевшую чашку на стол, поднимая трубку.

— Алло! — Она подавила зевок.

— Ким? Доброе утро! — послышался голос Сэма. — Надеюсь, я тебя не разбудил?

Сердце исполнило уже привычный кульбит.

— Нет, что ты. И тебе селамат паги.

— Это по-индонезийски? Надо запомнить.

— Я как раз провожу ревизию с целью узнать, что именно я помню.

— А мне казалось, ты говоришь бегло.

— Почти так.

— Я рассчитываю на это, — сухо сказал он. — Так вот, номер в отеле забронирован. Билеты доставят в течение нескольких дней. Вместе с кредитной карточкой — оплачивать все текущие расходы, связанные с работой.

Сэм по-деловому выдал ей необходимую информацию, словно задание подчиненному. Не доверил это секретарю или помощнику, предпочел сделать сам.

— Спасибо. — Ким старалась быть столь же вежливой и бесстрастной.

В конце концов, она его работник. И наемная жена по совместительству. А о том, как он ее целовал, не надо вспоминать.

— Я уеду дня через два, раньше, чем ожидалось, — заключил Сэм.

Объяснил, что едет в Иорданию, улаживать какие-то срочные семейные дела.

— Боюсь, не смогу увидеться с тобой до отъезда.

Вот так медовый месяц! Ким усмехнулась беззвучно.

— Без проблем, — отозвалась она беззаботнее, чем чувствовала себя на самом деле. — Увидимся через две недели.

— Не могу дождаться. — На этот раз голос его был далек от деловых наставлений.

— Я тоже.

Путешествие казалось бесконечным. Последний отрезок пути пришлось преодолевать на утлом самолетике — его, похоже, собрали из хлама, причем не очень старательно.

До того на самых разных самолетах Ким читала, спала, играла с чьим-то милым, общительным малышом, смотрела скучное кино, болтала с попутчиками. Двое из них, мексиканец и канадец, вручили ей по визитной карточке с номерами телефонов и факсов, адресами электронной и обычной почты по всему миру. Вместе с карточкой предложили звонить в любое время, откуда угодно, в случае если она решит все же принять приглашение: на ужин, на ночь, на более длительный роман, вообще на что угодно. Карточки Ким выбросила при первой же возможности: больше никаких мучительных страстей и любви — она свободна! О, какое блаженство!

И вот наконец она выбралась из последнего самолета — прямо в знойный, солнечный полдень; поискала глазами Сэма. Найти его не составило труда — Ким увидела его почти сразу. Сердце ее забилось и сжалось — какой высокий, широкоплечий, как ему идет тропический костюм, в нем он выглядит очень сексапильно. Темные глаза остановились на ней — и все вокруг затихло: только они двое стоят и смотрят друг на друга посреди замершего мира… А потом снова шум, толкотня; Сэм при встрече слегка чмокнул ее в щеку и, улыбнувшись, громко сказал:

— Привет, жена!

Дыхание замерло у нее в груди; она выкинет эти слова из памяти, и понемногу все придет в норму. Было сумасшествием соглашаться на этот абсурд, наверное, и Сэм того же мнения. Поскорее бы забыл об этой нездоровой идее.

Жарко, душно — Ким быстро покрылась потом, как-то забыла о неприятных свойствах тропической жары. Откинув волосы с влажного лица, она смотрела, как Сэм забирает багаж. Устроившись на заднем сиденье машины, с удовольствием огляделась по сторонам. Сэм сел рядом. В салоне прохладно — она с облегчением откинулась на спинку.

— Как прошло путешествие? Или лучше не спрашивать? — поинтересовался Сэм.

— Не спрашивай, — Ким скорчила гримасу. — Все самолеты забиты народом, как бочки сельдью, у меня едва не началась клаустрофобия. — И тут же улыбнулась. — Но я все же добралась!

— Да уж… Я начал беспокоиться, что ты передумаешь.

— Ни за что!

Ким видела в окно знакомые с детства картины. Женщины в саронгах несут на головах корзины с продуктами; торговец продает с ветхой тележки «соте» — маленькие бамбуковые палочки с насаженным на них мясом, приправленным специями; следом тащится старик с яркими желтыми ведрами, подносами и другой пластиковой посудой.

— Я так рада, что вернулась. Не могу дождаться, когда окунусь в эту жизнь. Я имею в виду — в работу: искать дом и все остальное…

Сэм взглянул на нее с легкой улыбкой.

— Мне нравится твой энтузиазм. Но тебе положена пара свободных дней на привыкание и акклиматизацию.

— Не люблю сидеть без дела.

— Расслабься, Ким, отдыхай. — И он рассмеялся, коснувшись ее руки.

Отель находился неподалеку — трехэтажное здание, окруженное огромным двором, с баром, рестораном и бассейном, все утопает в буйной тропической растительности и цветах. Роскошное место — холл полон произведений индонезийского искусства. Ким не терпелось все это осмотреть.

Перед ними тут же возник хозяин отеля и церемонно склонил тщательно причесанную голову.

— Миссис Рашид, большое удовольствие видеть вас в нашем отеле.