Кейт Лондон - Любить так любить!

— Сокровенные мечты? — закончил он, улыбаясь. — Ты сейчас потрясающе выглядишь: горящие глаза, пылающие щеки, развевающиеся волосы. Как мне это нравится!

Сбитая с толку его комплиментами, Фиона отвернулась от него. Она просто не будет с ним разговаривать.

— Одного ведра из болотца для тебя оказалось мало!

Он рассмеялся. Его смех неожиданно успокаивающе подействовал на нее. Фиона даже заметила, что сама улыбается. Впереди был крутой поворот, Джоуэл сбросил скорость и воспользовался этим для того, чтобы погладить ее щеку. Фиона отвернулась от него. Что он себе позволяет! Она ему покажет, как вмешиваться в ее жизнь! И куда он, черт возьми, везет ее? Фиона чувствовала, что сейчас у нее не было сил задавать Джоуэлу какие-либо вопросы, и решила поспать. Она разберется с ним на свежую голову.

— Не волнуйся, с Юнис все будет в порядке. Я же обещал тебе помочь ей. Мои братья проследят за всем, — объявил Джоуэл Фионе, когда они вошли в слоновник зоопарка. Юнис сразу же обняла Фиону хоботом. Джоуэл с улыбкой наблюдал за встречей старых друзей. Он решил не мешать ей играть с Юнис и отошел в сторону.

Когда пришло время уходить, Джоуэл подошел к Фионе и, несмотря на ее сопротивление, обнял ее.

— Мне кажется, сейчас самое подходящее время для сюрпризов. Ты знаешь, что у Юнис с некоторых пор новый владелец? Нет? Очень странно. Ведь это ты.

— Что? — Она перестала вырываться из его объятий и ошарашено посмотрела на него.

— Владелицей Юнис теперь являешься ты. Зоопарк согласился позаботиться о ней до тех пор, пока ты не подыщешь для нее новой дом. Предлагаю тебе остановить свой выбор на Амен-Флэтсе. Все издержки я беру на себя. Согласна?

Он наслаждался ее изумлением и еще ближе прижал к себе.

— Ты такая нежная… Кстати, давно хотел тебе сказать, что в убийстве твоих родителей виноват только мой отец. Тогда тебе было десять лет, и ты прогнала меня из Толчифских гор, а ведь мы с братьями приехали к вам выразить наши соболезнования, но мы опоздали на отпевание.

Фиона побледнела.

— Твоя фамилия — Палладии! Как я могу забыть… Ты даже выглядишь как он!

Напоминание о том, что он похож на отца, причинило Джоуэлу невыносимую боль.

Фиона вырвалась из его объятий, отбежала в сторону и бросила на него яростный взгляд:

— Джоуэл Палладии! Что тебе от меня нужно?

Прямой и четкий вопрос, требующий такого же ответа. Но Джоуэл ожидал такого поворота. И смело посмотрел на Фиону:

— Я думал о тебе с той самой минуты, когда впервые увидел. Маленькая девочка, потерявшая своих родителей, но мужественная и смелая. Я понимал, как много боли принес тебе мой отец и что предстоит вам испытать, чтобы выжить в той ситуации и сохранить семью. Я знал это по себе. С тех пор как умерла наша мама, а Нику тогда было только шесть месяцев, нам с братьями постоянно приходилось бороться за свою жизнь. Ты не знаешь, но мой отец продал моих братьев, Ника и Рейфа, и, если бы не моя бабушка, которая их выкупила, я никогда бы больше не увидел их. Она одна заботилась о нас. Мы пришли к вам в тот день, чтобы разделить с вами вместе горе. А кроме того, нам нужно было избавиться от чувства вины за отца.

Фиона ничего не говорила.

— Фиона, я не такой плохой, каким ты меня представляешь, — смущенно прошептал он.

— Хм… — скептически произнесла Фиона. — Посмотри, какая милая Юнис. Она на нас так смотрит, будто хочет сказать, что любит нас и доверяет нам.

— Пойдем, — сказал Джоуэл. — Зоопарк уже закрывается. Хочешь, я куплю тебе мороженое?

Когда Джоуэл доставал деньги, на землю упал маленький пакетик. Фиона усмехнулась.

— Никогда в жизни! Даже и не мечтай об этом.

— Это так, на всякий случай ношу, — пробормотал Джоуэл, пряча пакетик обратно в кошелек. Так оконфузиться! Впервые за последние годы он купил презерватив. А вдруг, надеялся он, Фиона все-таки поймет, что он ее любит, и не будет сопротивляться. Неспроста она так страстно постанывала, когда спала.

Джоуэл взял Фиону за руку и отвел к машине. Усевшись, она посмотрела на него и спросила:

— Я правильно понимаю: Юнис принадлежит мне? Каким образом, ты мне не объяснишь?

— Воспользовался одним вполне законным способом, дорогая. Теперь дальнейшая ее судьба зависит только от тебя, и у моей дорогой Фионы не будет проблем с законом.

— Звонка от меня не жди, — сказала Фиона и хотела выйти из машины, но Джоуэл удержал ее и осторожно поцеловал.

— Почему бы тебе не положить голову на мое плечо и не поспать, дорогая?

— Ты опять хочешь воспользоваться моей слабостью, — ответила она, зевая. — Но учти, Палладии, тебе не на что надеяться.

В его глазах была такая боль, что Фионе вдруг стало его жалко.

— Фиона, я ведь уже говорил тебе, что от всего сердца сожалею о том, что совершил мой отец, — тихо проговорил он.

— Это все в прошлом. Ты, Джоуэл, должен знать, что я не люблю, когда меня загоняют в тупик. В таких ситуациях не жди от меня, что я буду хорошей девочкой.

Фиона отвернулась от него и устроилась спать. Когда она заснула, Джоуэл взял ее руку и поцеловал.

Глава 5

— О Боже, — пробормотала Фиона, забираясь в кровать. После нескольких дней, проведенных с Джоуэлом, она почему-то стала по-другому воспринимать свою маленькую квартирку. Ей здесь было теперь неуютно и одиноко, и она никак не могла понять, чего же ей не хватает. Но каков подлец Джоуэл! Помучил ее всласть, а потом преспокойненько отвез ее домой и с тех пор как в воду канул, не зашел, не позвонил, как будто… Фиона хмуро взглянула на свежесрезанные каллы, стоявшие в маминой вазе, и воскликнула:

— Как будто я ему совсем и не нужна! Она нервно усмехнулась. И сразу вспомнила своих родителей: вот кто по-настоящему любил друг друга. Ей всегда казалось, что, когда отец и мать были вместе, они будто светились от счастья. А какой заботой они окружали друг друга и детей, как дружно решали возникающие проблемы.

— А я слишком независимая, — вздохнула Фиона, скосив взгляд на столик, где лежала диадема. — Не могу чувствовать себя связанной чем-либо. Даже быть чьей-то королевой…

Джоуэл. Когда он рядом, она ощущает его каждой частичкой, все ее тело реагирует на его присутствие. Даже сейчас только от одной мысли о нем ее сердце учащенно забилось.

— Да, все-таки я не такая уж и холодная. Она взяла диадему. Брильянты переливались всеми цветами радуги. Это напомнило Фионе, как блестели глаза Джоуэла, когда он надел ей на голову свой подарок. В этом жесте, да и во всей его фигуре чувствовалась уверенность собственника. Фиона никак не могла понять, нравится ли ей это или раздражает, она ведь всю жизнь сражалась за свою независимость, но теперь, после встречи с Джоуэлом, ее взгляд на некоторые вещи стал постепенно меняться.