Кристина Хегган - Предательство

— Доброе утро.

— Доброе, доброе. Если вы, конечно, не Марио Андретти[2] и сегодня не за рулем, — повернув голову, но не поднимаясь с колена, произнес Майк. Его темные, внимательные глаза скользили по девушке сверху донизу. В голосе юноши не было и тени удивления, поэтому Стефани догадалась, что он видел ее спящей и узнал.

— Что случилось с нашим старым чистильщиком? — пропустив мимо ушей слова юноши, спросила Стефани, одарив его самой, с ее точки зрения, очаровательной улыбкой.

— Он уволился.

— Полагаю, я должна объясниться по поводу вчерашнего и извиниться перед вами.

Казалось, юноша не слышит ее. Или не хочет слушать?

— Я не… Хочу признаться, что обманула вас насчет того, кто я на самом деле.

— Я и сам догадался.

Майк кипел от негодования. Стефани поняла, что он не просто задет ее ложью, а чувствует себя оскорбленным.

— Я вела себя глупо, — произнесла Стефани, прокашлявшись.

— Почему же тогда вы просто не сказали правду?

— Я боялась, что, узнав, кто я, вы…

— Воспользуюсь ситуацией и потребую с вас кучу денег? Так? — спросил Майк, поднявшись. Он был выше Стефани почти на фут.

— Нет! — покраснела Стефани. — Я совсем не то имела в виду…

— Не утруждайте себя объяснениями. — Майк прошел мимо девушки, уловив аромат, исходящий от Стефани: легкий, соблазнительный, очень женственный. Но Майк не поддался искушению.

— Но я хочу объяснить. Понимаете, я испугалась и не знала, могу ли доверять вам.

— Доверять мне? Ведь это вы разбили мою машину, помните? И вы подговорили меня не связываться со страховыми агентами.

— Я не собиралась вас подговаривать, — завелась Стефани. — Все, о чем я думала тогда, это чтобы отец не узнал о происшествии.

— И он не узнал, так? Я спрятал концы в воду.

— Я сама спрятала концы в воду, как вы выразились. — Девушка сняла очки и с гневом посмотрела на Майка, больше не пытаясь скрыть свою злость. — Если вы мне скажете, сколько я должна, будьте уверены, я вам заплачу. На это уйдет день или два, но вы получите свои проклятые деньги.

Майк чуть не расхохотался. Когда Стефани сердилась, она становилась еще очаровательнее. Ей палец в рот не клади. Ярость девушки удивила Майка, и он решил разыграть другую карту. В конце концов он так и не взял реванша.

— Нет, мисс Фаррел. Мой адвокат посоветовал мне обратиться напрямую к вашему отцу.

— Ваш адвокат…

Стефани никогда не плакала в чьем-либо присутствии, даже на похоронах матери. Но сегодня слишком многое свалилось на нее: увидев Майка в саду, она испытала шок, а когда попыталась извиниться, наткнулась на его грубость, и, наконец, последней каплей, переполнившей чашу ее терпения, стало упоминание об адвокате.

Стефани не будет лить слезы на глазах у Майка! Подавив рыдания, она развернулась и побежала в дом. Ошеломленный, Майк бросился за девушкой. Ведь он хотел только подразнить ее.

— Эй! Подождите! Я не хотел…

Было слишком поздно. Стефани убежала.

* * *

Наступил выпускной день и прошел, ничем практически не запомнившись. Отец Стефани, как и все родители, присутствовал на торжественной церемонии, но на этом, пожалуй, все сходство и заканчивалось. Фаррел не отпраздновал вечером окончание школы дочерью, не устроил никакой вечеринки для ее одноклассников. Не было даже праздничного ужина в узком семейном кругу, то есть для Стефани и Уоррена Фаррела.

— Ты хочешь сказать, что отец тебе ничего не подарил? — спрашивала Трэси подругу, когда они вместе сидели в комнате Трэси. — Даже пресловутый набор сумок для колледжа?

Восемнадцатилетняя Трэси Бушанан была красивой девушкой с короткими светлыми волосами, выразительными синими глазами и спортивной фигурой, которую она поддерживала в форме. Родители Трэси были врачами, а сама девушка осенью начинает учиться в Гарвардском университете. Трэси познакомилась со Стефани в третьем классе и с тех пор добровольно взяла на себя обязанности «покровительницы» мисс Фаррел.

Стефани сбросила туфли и забралась на кровать, согнув колени и обхватив их руками.

— Отец против подарков, особенно за успехи в учебе.

— Он просто свинья.

— Давай прекратим разговор о моем отце. — Стефани махнула сценарием, который принесла с собой. — Я пришла сюда, чтобы ты помогла мне с первой сценой во втором акте. Я в ней ужасна.

— У тебя все получится. Перестань волноваться из-за этого проклятого спектакля. — Трэси выхватила сценарий из рук Стефани и отбросила его в сторону. — В конце концов, на этот вечер у нас были другие планы. — Она подошла к шкафу, вытащила из него большую коробку, завернутую в золотистую фольгу, и протянула ее Стефани.

— Что это? — с загоревшимися от волнения глазами спросила Стефани.

— Подарок по случаю окончания школы.

— О, Трэси, это так мило с твоей стороны.

— Знаю. Давай же открывай.

Как ребенок в новогоднюю ночь, Стефани разорвала бумагу и подняла крышку коробки. В белоснежной оберточной бумаге лежали джинсы «Глория Вандербилт» и серый джемпер с изображением группы «Битлз», выполненным вручную.

На прошлой неделе Стефани любовалась этим комплектом, выставленном в витрине магазина. Она уже почти решилась купить его, собираясь спрятать до отъезда в колледж, но в последнюю минуту передумала. Ее отец всегда требовал, чтобы она показывала ему свои покупки, и Стефани не хотелось, чтобы он случайно обнаружил спрятанную от него обнову.

— Ты запомнила! — Спрыгнув с кровати, Стефани мигом разделась и натянула на себя новые джинсы и джемпер. Она повертелась перед подругой, положив руки на пояс. — Превосходно сидит.

— Ну и хорошо. А теперь еще один подарок. — Трэси взяла Стефани за руку и подвела к туалетному столику. — Садись.

— Зачем? — рассмеялась Стефани.

— Собираюсь сменить твой облик, — ответила Трэси, открыв ящик и вытащив оттуда набор заколок, расчесок и шпилек. Она взяла в руки прядь длинных волос Стефани и стала их расчесывать.

— Почему мне нужно менять внешность?

— Разве ты не слышала? В городе карнавал. И мы на него пойдем.

— Трэси, ты с ума сошла?! — Стефани вскочила. — Я не могу пойти на карнавал. Там будет миллион народа. Мой отец все узнает и…

— Твой старик никогда не узнает, что ты была на карнавале, потому что тебя никто не узнает. — Трэси снова усадила подругу на стул.

Смотрясь в зеркало, Стефани наблюдала, как постепенно меняется ее внешность.

— Я никогда не выйду на улицу в таком виде, — скептически произнесла она, покачав головой.

— Куда ты денешься?! — ответила Трэси.