Джорджия Боковен - Брак по расчету

Это решение было, пожалуй, самым трудным в ее жизни. Мысль о близкой разлуке с малышом причиняла Крис боль, но она должна все стерпеть — лишь бы малышу было хорошо!

Каждый ребенок заслуживает того, чтобы у него были папа и мама. Поначалу Крис не относилась к этому серьезно, считая, что полные семьи в наше время — большая редкость. Тем более что и статистика говорила о том же самом. Но потом она вспомнила многочисленные газетные статьи и телепередачи, посвященные распаду семей, вспомнила, как тяжело переживают дети развод родителей, и призадумалась.

Дальше — больше. Ей стало ясно, что на мать-одиночку ложится двойная нагрузка, а положа руку на сердце Крис не могла сказать, что она справится с такой сложной ролью — слишком большое место в ее жизни занимает работа.

Крис чувствовала себя в мире бизнеса, как рыба в воде. В компании ее ценили, она гордилась своей незаменимостью, так что расстаться с работой для нее было бы очень трудно.

Но она рассталась бы, если б была уверена, что из нее получится хорошая мать. А уверенности такой как раз и не было. Что она может предложить Дианиному сыну, кроме любви? Никаких педагогических талантов у нее нет, а одной любви для воспитания ребенка недостаточно — ее собственная мать тому яркий пример. Ведь Харриет Тейлор по-своему любила дочерей и хотела им только добра, — разумеется, исходя из своих представлений о добре и зле. Однако ее любовь была разрушительной, она причиняла боль, не давала дышать. Такая любовь вызывала у дочерей только страх. Страх и желание бежать.

Кристина не хотела, чтобы та же самая история повторилась с Кевином.

Ему нужна настоящая мать, а не бесчисленные няньки на время и почти не бывающая дома деловая женщина, которая к тому же понятия не имеет, как обращаться с ребенком. Малышу всего-то две недели от роду, а жизнь уже обошлась с ним жестоко и несправедливо. Пусть хоть теперь ему повезет! Надо сделать все от нее зависящее, чтобы ему повезло!

Крис позвонила Полу Майклу, ей хотелось поскорее покончить с переговорами — она боялась, что передумает, — но когда Пол согласился с ее доводами, Кристина испытала разочарование. Оказывается, в глубине души она все-таки надеялась, что Пол уговорит ее не отдавать Кевина!

Однако этого не случилось.

— Мне очень жаль тебя, Крис, — сказал Пол. — Я понимаю, как тебе тяжело. Я и раньше восхищался твоей силой воли, а сейчас… сейчас ты меня просто потрясла!

Крис сжала пальцами виски: у нее вдруг страшно разболелась голова.

— Вообще-то я не уверена, что поступаю правильно, — призналась она. — Меня не покидает чувство, что я предаю Диану.

— Ничего, со временем это пройдет, — заверил ее Пол Майкл. — Почему Диана оставила тебе Кевина? Да потому что знала: ты всегда будешь ставить его интересы превыше своих собственных. Как бы тяжело это для тебя ни было!

К горлу Крис подступил комок.

— Но она-то надеялась, что я заменю ему мать!

— А что говорит по этому поводу Харриет? — спросил после паузы Пол.

Крис раздраженно поморщилась.

— Ничего, но, по-моему, она раскаивается в том, что передала мне последнюю просьбу Дианы. Да еще при свидетелях.

— Еще бы! Харриет с удовольствием взяла бы его к себе — она ведь во всем привыкла играть первую скрипку, — но прекрасно понимает, что с ее здоровьем на это нечего претендовать. Ни один суд не пойдет ей навстречу. Но меня сейчас интересует, как она отнеслась к твоему решению отдать мальчика приемным родителям. Что она тебе сказала?

— Как что? — невесело усмехнулась Крис. — Что она никогда мне этого не простит. И до самой смерти не будет со мной разговаривать, если я посмею настоять на своем.

— Да это она тебя просто пугает! — поторопился успокоить Кристину Пол Майкл.

— Не думаю, — покачала головой она.

Во второй половине дня снова раздался телефонный звонок. Пол Майкл сообщил, что он нашел людей, которые готовы усыновить Кевина и хотят обсудить детали.

Но одной встречей дело не ограничилось. Хотя из Денвера Крис осаждали просьбами поскорее выйти на работу, она не желала спешить с окончательным решением. Дело было слишком серьезным. Малейшая ошибка могла исковеркать ребенку судьбу.

Нет, не то чтобы Барбара и Том Кроувеллы ей чем-то не нравились. Просто у нее все время возникали новые вопросы. Кроувеллы терпеливо и обстоятельно отвечали на каждый и вообще вели себя правильно — не подкопаешься. Но у Крис это почему-то вызывало досаду.

Однако постепенно Тому и Барбаре удалось завоевать ее расположение. Им было немного за тридцать, они жили в собственном доме в пригороде Сакраменто, муж хорошо зарабатывал. А главное, оба супруга полюбили Кевина с первого взгляда.

Малыш хоть и прибавил за две недели пять унций, но по-прежнему весил меньше двух с половиной фунтов. Щечки его, правда, чуть-чуть округлились, однако ему было еще очень далеко до упитанных младенцев с рекламных картинок.

Крис почти все время проводила в больнице и была втайне уверена, что Кевин ее уже узнает. По крайней мере, он всегда поворачивал головку на звуки ее голоса.

Когда малыш засыпал, Крис сидела возле его кроватки и говорила ему о своей любви: порой вслух, а порой мысленно. Говорила, прекрасно зная, что он никогда не ответит ей тем же и даже, скорее всего, не будет подозревать о ее существовании. Однако это было неважно.

«Пока я с ним, я буду отдавать ему всю душу, — думала Крис, — и если он улыбнется хотя бы на день раньше, чем улыбнулся бы без меня, я буду считать это наградой».

Последнее утро перед отъездом из Сакраменто Крис тоже провела в больнице. Не успела она туда прийти, как Бриттани, медсестра, дежурившая возле Кевина, притащила в палату кресло-качалку и скомандовала:

— Садись!

Крис посмотрела на нее с подозрением, но возражать не решилась: с «железной леди», проработавшей двадцать лет в отделении, где выхаживают недоношенных младенцев, не очень-то поспоришь. Умная и опытная, она была в больнице непререкаемым авторитетом, так что, покидая Сакраменто, Крис оставляла малыша в надежных руках.

Бриттани без лишних слов опустила спинку детской кроватки, надела на головку Кевина синий чепчик, завернула его в белое одеяльце и протянула Кристине.

Та опешила.

— А разве можно?

— Ненадолго можно, — кивнула сестра. — Его нужно согреть, так что покрепче прижми его к себе.

— Спасибо… Я о таком подарке даже не мечтала, — тихо произнесла Крис.

— Неужели ты думаешь, я бы тебя отпустила, не дав тебе его хоть разок подержать? — укоризненно покачала головой сестра.

— Спасибо, — еще раз повторила Кристина и закусила губу, боясь, что еще немного — и она расплачется.