Да, мой босс - Виктория Победа
— Почему на меня? — продолжаю выпытывать у Сани подробности.
— Интуиция.
Прищурившись, я еще несколько секунд буравлю его взглядом.
— Ладно, живи пока.
Месяц значит, ну-ну. Я продержусь значительно больше месяца. А еще начну отыгрываться. Вам, сволочи, Смолин еще лапочкой покажется. Будут вам ставки.
Меня не столько сам факт этого глупого спора разозлил, сколько человеческая непорядочность. Верно говорят, что животные лучше людей.
— Слушай, Маш, — от мыслей о возмездии меня отвлекает голос Сани.
— Чего?
— Как насчет пообедать вместе, тут рядом есть кафе классное.
Ответить я ничего не успеваю, с этой задачей справляется кое-кто другой.
— Обедать Мария будет на своем рабочем месте, если вообще найдет на это время.
Голос Смолина громом проносится по помещению, отчего хочется выпрямиться по стойке смирно.
Впрочем, именно это я и делаю. Поворачиваюсь лицом к Смолину, встречаюсь с его злющим взглядом. И когда он только успел выйти из кабинета?
— Ты еще долго? — это он к Сане обращается.
— Да не, закончил уже, — дружелюбно подняв ладони вверх, откликается Саня и поднимается с моего кресла.
— Свободен.
— Понял, — быстро соображает айтишник, — увидимся, — бросает мне на прощение и удаляется.
— Ты все еще хочешь здесь работать? — спрашивает босс, переключив внимание на меня.
— Д… да, — сглатываю.
— Тогда может начнешь уже?
Я, ошарашенная внезапным всплеском его бешенства продолжаю стоять на месте, даже когда он разворачивается и возвращается в кабинет. Вздрагиваю только, когда он с грохотом закрывает за собой дверь.
И что это было сейчас?
Глава 11
Глава 11
Серьезно? Я начинаю жалеть, что собственноручно, будучи в трезвом уме согласилась на эту работу, потому что чем дальше я листаю так называемую инструкцию к Смолину Вячеславу Павловичу, тем выше ползут мои брови и расширяются глаза. И дело даже не в том, что нужно быть роботом, чтобы запомнить каждую его причуду, нет. Дело в том, что эту инструкцию он составлял сам!
Вопросы о его нормальности отпадают сами собой, потому что ни один психически здоровый человек не станет составлять пособие к себе родимому длиною в жизнь.
У меня еще на предпочтениях в еде глаз задергался, мышцу, кажется, свело. Мало того, что он вывалил список ресторанов, в которых мне необходимо заказывать еду, так еще и по дням расписал свое меню.
А еще в инструкции имелся список ресторанов, в которых никогда и ни при каких обстоятельствах не стоит ничего брать, даже под угрозой самой страшной смерти, некоторые из них выделены жирным.
Следом шел список “запрещенных” продуктов, в связи с аллергией или просто особой к ним нелюбовью. Несколько раз отмечена корица, то ли Смолин забылся, то ли намеренно повторил несколько раз, искренне считая, что все вокруг идиоты.
Странице на двадцатой я устаю от этого весьма развлекательного чтива, голова начинает болеть уже от одного взгляда на экран.
И это я еще до рабочих моментов не добралась, куда там, попробуй прорвись через дебри хотелок потенциального пациента психиатрического отделения.
Нет, ну правда же, тут налицо склонность к гиперконтролю, или чего хуже.
— Гхмм.
Раздавшееся со стороны тихое покашливание заставляет меня оторвать взгляд от монитора.
Готовая к очередной порции недовольств, я медленно поднимаю взгляд. Первое, что замечаю — другой костюм и черную рубашку, а ведь еще пару часов назад была белая. Я даже собираюсь сыронизировать по этому поводу, пока не встречаюсь лицом к лицу с совершенно незнакомым мужчиной.
Мне требуется несколько секунд, чтобы осознать, что передо мной стоит вовсе не Смолин.
От неожиданности я резко выпрямляюсь, открываю рот, но так ничего и не говорю, только растерянно осматриваюсь.
Почему я не слышала, как он вошел? Впрочем, немудрено, когда мозги буквально плавятся в черепной коробке.
— Добрый день, — здоровается расслабленно, опустив руки в карманы.
Я беру себя в руки секунде на десятой, с трудом вернув себе способность говорить, вежливо приветствую его в ответ.
— Добрый, — киваю.
Мысленно перебираю варианты, прикидываю, кем является этот человек, и никак не могу объяснить желание встать со своего кресла, будто в этом есть какая-то странная необходимость.
— Вы, я полагаю, Мария?
Мужчина, тем временем, продолжает не без интереса меня рассматривать.
— Мария, — подтверждаю его предположение, — а вы? — делаю ударение на вопрос, стараясь придать голосу уверенности.
— А я босс вашего босса, — он подмигивает, а я мгновение торможу.
До меня не сразу доходит смысл его слов, но как только я наконец осознаю суть сказанного, чувствую, как бледнеет мое лицо.
— Согласен, в кино это звучит лучше, — отшучивается мужчина, пока я таращусь на него во все глаза, — Богомолов Владимир Степанович, рад знакомству, Мария, вы у нас уже знаменитость.
Едва он успевает договорить, как я резко вскакиваю со своего кресла. И чего я, собственно, не сделала этого раньше?
Слегка ошарашенная столь внезапным появлением генерального в приемной, я не сразу замечаю, что слишком пристально на него таращусь.
Как-то неприлично даже.
Его имя мне, конечно, знакомо, я ведь не совсем дура, но внешностью этого человека я никогда не интересовалась. Он высокий, примерно одного роста и телосложения со Смолиным, темноволосый, глаза зеленые. На вид ему не дать и сорока.
Впрочем, возрастом гендира я тоже не интересовалась.
— Ааа… Владислава Павловича нет на месте.
Когда тишина начинает давить, я произношу первое, что приходит в голову.
— Да? — Богомолов иронично приподнимает бровь, усмехается, а потом делает то, чего я совсем от него не ожидаю — отодвигает стул и садится по другую сторону стола, приняв максимально расслабленный вид, — вот незадача, придется мне его подождать.
Я же продолжаю стоять, не зная куда себя деть. Как-то не готовила меня судьба ко столь скорой встрече с большим начальством. И уже точно она не готовила меня к тому, что он разместится напротив моего стола и будет разглядывать меня так, словно я диковинная зверушка в зоопарке, где отродясь водились только два осла, да безрогий козел.
— Присаживайтесь, Маш, в ногах правды нет.
Я, конечно, сажусь, но скорее на автомате, чем осознанно.
— Простите, — тряхнув головой, пытаюсь мысленно напомнить себе о том, что я, вообще-то, профессионал, по крайней мере, так задумано, — может вы хотите подождать Вячеслава Павловича в кабинете и…
— Ага, еще кофе мне предложите, — он расплывается в самой доброжелательной улыбке, какую только можно представить, — расслабьтесь, Маш, я тут подожду, в приятной компании, все лучше, чем сидеть в одиночестве.
Я бы и рада ему что-то ответить, но вроде как и вопроса не было.
