Буква Z - Мари Секстон

галереи и вижу, что они разговаривают с каким-то типом. Джаред жмет ему руку, улыбается как всегда. Зак выглядит так, словно хочет дать деру, и когда я подхожу к нему, на его лице разливается очень заметное облегчение.

– Зак, идем. Ты обязан увидеть одну картину…

– Анж, – внезапно говорит Джаред, – как тебе идея поужинать в ресторане? – С чего он завел речь про ужин? Еще и десяти утра нет.

– Чувак, как решите, мне похер. – Я стараюсь не раздражаться. Всего минуту назад я чувствовал, будто мы с Джаредом снова стали друзьями, и не хочу терять это чувство. – Только давайте в темпе, ладно? – прошу я Зака, двигая к галерее. Я вижу, он хочет уйти со мной. Но что ему мешает, не понимаю.

Джаред возвращается через минуту, затем приходят и Зак с Мэттом. Оба ведут себя странно. Переглядываются с такими лицами, будто кого-то вот-вот должно шандарахнуть молнией, но они пока не знают, кого.

Я все гляжу на картину. Они тут все классные, но эта нравится мне особенно. Ее будто нарисовали спецом для меня. Подходит Зак. Становится за моей спиной и, когда я откидываюсь на него, обнимает меня за шею. Я знаю, Мэтт с Джаредом предпочли бы, чтобы он был посдержаннее. Еще я знаю, что Зак и не осознает, что ведет себя не так, как они. Ему и в голову не приходит переживать о том, что подумают люди. Я тем более не волнуюсь и никогда не прошу его перестать.

Его губы прямо над моим ухом.

– Вот эта тебе понравилась? – спрашивает он тихо.

– Да.

Несколько секунд он молча рассматривает ее.

– Очень красивая, – говорит он. Это больше, чем я ожидал услышать. Думал, он назовет ее странной. – Я не вполне понимаю, что на ней нарисовано, – добавляет он, – но выглядит интересно.

– Жаль, ее нельзя увезти домой, – говорю я.

Он оглядывается.

– Ценников нет, а значит эти картины стопроцентно стоят больше, чем мы с тобой зарабатываем за год.

– Я знаю. Там еще альбом с ними.

– Почему же ты не купил его?

– Он стоит сто баксов.

– Ого, – произносит он ровно то, что подумал я, когда та леди сообщила мне цену. – Так жалко, Анж. – И фишка в том, что он говорит искренне. Потому я так сильно и люблю его.

Наконец мы уходим из галереи. Смешно, до чего непросто мне это дается. Зак обещает перед отъездом привести меня сюда и осмотреть все еще раз. Какое-то время мы просто гуляем, потом останавливаемся перекусить. Мэтт с Заком по-прежнему ведут себя странно, переглядываются ежеминутно, и в итоге я не выдерживаю.

– Да что с вами двумя?

Вид у них становится немного испуганным – им явно невдомек, что у них, блин, на лице все написано. Правда, в их защиту стоит сказать, что Джаред тоже выглядит удивленным. Как будто не видно, что они ведут себя словно дети, которых застукали у разбитой банки с печеньем.

– О чем ты? – спрашивает Мэтт, и тут уж я закатываю глаза.

– Не придуривайся, – говорю ему. – В чем дело? – Пытаюсь не засмеяться, но потом перевожу взгляд на Зака и, увидев, как он на меня смотрит, сразу же понимаю: что бы там ни случилось, мне это не понравится.

– Помнишь человека, с которым мы разговаривали, когда ты вышел из галереи?

– Ну. А что?

– Мы с ним сегодня ужинаем.

Странновато, конечно, что они, едва познакомившись с этим типом, решили идти с ним ужинать… но не пофиг ли. Мне-то какое дело?

– Окей, – говорю я.

Мы сидим. Джаред выглядит таким же озадаченным, каким ощущаю себя я сам. Мэтт смотрит куда угодно, только не на меня. Зак взгляд не прячет, но выглядит перепуганным до смерти. А потом я узнаю, почему. Когда он, глубоко вдохнув, сообщает:

– Это был Джонатан.

Мне требуется время, чтобы врубиться. Мы с Заком почти никогда не разговариваем о его прошлом – в основном из-за того, что я таких разговоров не выношу. Не могу даже думать о парнях, которые были у него до меня. Детский сад, согласен, но переломить себя не могу. Однако о Джонатане я знаю.

– Ты издеваешься, блин? – взвиваюсь я и сам понимаю, что мой голос звучит слишком громко, пока они втроем машут мне, чтобы я сбавил звук. – Мы будем ужинать с ним? С типом, который ушел от тебя? Который ушел от Гейши? – Не, реально, у меня не только его бывший бойфренд, но и его бывшая кошка. Шизануться можно какой расклад.

– Это вышло нечаянно… – начинает Зак, но Мэтт его прерывает.

– Давай уж, скажи ему и остальное, – говорит он, и взгляд, который бросает на него Зак, так и сочится ядом.

– В смысле, есть что-то еще? – интересуюсь я.

Зак снова поворачивается ко мне:

– Ты случайно не взял с собой какую-нибудь приличную рубашку?

Секунду я только и могу, что таращиться на него. Я даже не знаю, что и сказать – а такое со мной бывает, прямо скажем, нечасто. Но в конце концов я вновь обретаю голос.

– Зак, ты сколько времени меня знаешь? Мы, блин, живем вместе. Думаешь, у меня есть что-то приличней того, что на мне сейчас? Думаешь, я прячу свои «приличные» шмотки в шкафу в ожидании особого случая?

– Можно купить что-нибудь… – пробует предложить Зак.

– Ты шутишь? Ты видел, какие здесь цены? Я не могу отдать за рубашку…

– Можно зайти в другое казино, подешевле.

– Зачем, Зак? – Я повышаю голос. – Чтобы произвести впечатление на твоего экса?

– Нет…

– У меня есть рубашка, – внезапно подает голос Джаред, прерывая наш спор. – Взял пару на случай, если мы пойдем на шоу или еще куда. – Он оглядывает меня. – Я не намного крупней тебя, Анж. Думаю, она вполне тебе подойдет.

– Прекрасно, – говорю я. Но на Зака не могу и смотреть. Внутри меня – узел. Внезапно абсолютно все начинает бесить меня – даже еда, что фигово, потому что, как и все в этом городе, она стоит бешеных денег.

Закончив обедать, мы выходим из ресторана. Зак с Джаредом уходят вперед, а Мэтт пристраивается со мной рядом.

–