Валентинка в феврале - Анастасия Боровик

он сделал ей предложение выйти замуж, и она очень счастлива. Я не стала ничего говорить и, когда сестра начала расспрашивать, будем ли мы сегодня отмечать это событие, сказала, что ухожу на каток в центре города.

— Зря, сестричка, мы могли бы это отметить. Ведь и твоя доля в этой победе есть. Ну, катайся на здоровье, если передумаешь, звони, — сказала сестра взволнованным голосом. И я почувствовала укол ревности. Да уж, победа… Ну ничего, это ты еще не знаешь, что я уже решила съехать от тебя, и, возможно, в другой город. Главное — ваши довольные рожи видеть не буду.

Ноги сами привели меня на каток. Я грустно наблюдала за катающимися парами, вспоминая, как неделю назад и сама была в их числе. Но теперь мне не хочется снова чувствовать себя одинокой. Не дождётесь, не буду страдать из-за вас! У меня ещё вся жизнь впереди.

Я надела коньки и вышла на лёд. Мысли снова закружились в голове, и я поехала быстрее, чтобы избавиться от них. Когда я пролетала мимо компании молодых людей, которые играли в салочки, один из них поднял руки и помахал мне. Я подъехала к нему.

— Здорово катаешься! Не хочешь с нами в салочки поиграть? — улыбаясь, спросил молодой человек в яркой зелёной шапке с драконом.

Я, как мне кажется, мило улыбаюсь, но внутри меня разливается странное ощущение. Интересно, что ему нужно? Не то чтобы я была очень недоверчивой, но ко мне редко кто-то подкатывал — ни в прямом, ни в переносном смысле. В конце концов, я никому ничего не должна, может быть, просто хочу немного развеяться.

Видимо, мои размышления и разглядывание парня занимают слишком много времени, потому что он усмехается и, подъехав поближе, весело говорит:

— Я Петя.

— Классная шапка, Петя, — отвечаю я, приходя в себя. — В принципе, можем поиграть, я не против.

Мой новый знакомый радостно кивает головой и знакомит меня с остальными ребятами. Все парни красавцы — хоккеисты, Петя самый видный из них. Вот это поворот, может, это подарок судьбы? Еще пара девчонок, есть те, кто катается средненько, а есть и такие, как я, которые, видимо, занимаются фигурным катанием.

В голове мелькает мысль, что моя мама снова оказалась права. Если бы я не умела кататься, меня бы не взяли в игру, а тут такие симпатичные мальчики. И вообще, Петя в своей драконьей шапке не отрывает от меня глаз, и он явно моложе Володи. Так что хватит уже забивать голову. Сегодня я просто буду наслаждаться жизнью.

Салочки проходят очень активно. Я догнала одного блондинчика, теперь он догнал Петю, а тот, кажется, собирается догнать меня. Я лечу на коньках быстро, но едва успеваю скрываться. Выдыхаюсь и уже думаю, ладно, пусть поймает.

И в этот момент меня действительно ловят и прижимают к себе очень сильно, чувствую, как сжимаются мои рёбрышки через куртку. Стоим в очень неловкой позиции. Я думаю о том, что всё-таки Петя мне не парень, а прижимает так, будто мы уже женаты и у нас десять детей, очень уж собственнически. Правда, чувствую себя в этих объятьях как дома. Только хочу сказать, чтобы отпустил, как слышу над ухом знакомый низкий голос:

— Теперь ты моя, я тебя поймал.

Я дышу медленно, как будто даже забываю, что нужно вдыхать. Только пар изо рта на морозе напоминает мне о том, что я всё ещё живу. Мимо пролетает Петя, и его взгляд кажется немного расстроенным.

— Ты будешь ещё играть? — спрашивает он, но вместо меня отвечает мужской голос, который продолжает крепко обнимать меня:

— Мы немного позже, а то моя девушка уже заждалась, нам нужно поговорить.

Что за девушка? Я сейчас всё объясню, не буду играть в их с Кристиной игры. Скажу, что я её сестра, и он меня спутал.

Я пытаюсь вырваться как можно быстрее, чтобы крикнуть Пете, что всё это ерунда, что я свободна и отчаянно нуждаюсь в любви, пусть он меня заберёт. Но не успеваю. Меня разворачивают к себе, берут за руку и увозят со льда.

Я, как глупая курица, молчу и еду. Нет, так не пойдёт, он же не умеет кататься, я помню. Я вырываю руку и быстро уезжаю, улыбаясь. Сейчас он поедет меня догонять, а я выскользну и сбегу. Не буду ничего объяснять, не хочу.

Радостная, я отъезжаю, но меня быстро настигают и снова ловят в свои объятия. Мы слегка подшатываемся, но удерживаемся, и мужчина тащит меня к бортику.

— Я же сказал, что поймал тебя, и теперь ты не убежишь. Я целую неделю тренировался каждый день не просто так, — говорит он, прижимая меня к бортику и пристально глядя на меня.

— Мужчина, вы, должно быть, меня с кем-то спутали. Я вас не знаю, — отвечаю я, вспоминая, что губы Кристины и её ресницы точно отличаются от моих, и теперь мы меньше похожи друг на друга.

— О, наверное, у кого-то память как у золотой рыбки, трёхсекундная, — смеётся мужчина. — Придётся напомнить о себе.

Он берёт меня за талию, притягивает к себе и легко прикасается к моим губам. Изучает меня. Мне бы, наверное, стоило отстраниться, чтобы показать, что я его не знаю, но я продолжаю смотреть на него, и я чувствую, как под лопатками словно что-то сводит.

Володя усмехается и прижимается к моим губам, целуя меня настойчиво, жадно, страстно. Теперь я точно не дышу, потому что мне просто не дают. Голова кружится, мысли исчезают.

— Ну что, вспомнила теперь меня, Валентинка? Или будешь вспоминать только дома, за кимчи? — смеётся Володя и снова меня целует, не давая даже ответить на его колкость.

«Сосредоточься, — кричит мой разум, — предложение, Кристина, кимчи… Да, я хочу его попробовать…»

Открыв глаза, я отталкиваю мужчину. Влажные губы начинает немного щипать на морозе, и я аккуратно трогаю их, стараясь скрыть от этого ненасытного мужчины. Не давая ему больше надежды, я возмущённо выкрикиваю:

— Я не Кристина, я её сестра, так что вы меня, наверное, перепутали. Я вас прощаю, но больше не подходите! — говорю я и пытаюсь аккуратно отъехать подальше. Однако меня снова догоняют и, притянув к себе, крепко обнимают.

— Валь, ну хватит, я знаю, кто ты. Может быть, кто-то и путает вас, но не моё сердце. И это, между прочим, я тебя прощаю, — говорят мне нежным голосом и целуют в макушку.

Я поднимаю голову и, чуть заикаясь, пытаюсь прояснить ситуацию:

— Да ты… предложение Кристине… за тебя… замуж… — злюсь я и