Близнецы - Пенелопа Уорд

пропустило удар, прежде чем помчаться вскачь.

— Э-э… кокосовый. Спасибо.

«Может ли эта ночь стать еще лучше, теперь, когда есть еще и торт?»

Эллисон вышла из кухни с маленькой тарелкой, на которой лежал огромный кусок под щедрым слоем взбитых сливок и вишенкой сверху.

— Вот, пожалуйста, — она улыбнулась и поставила торт передо мной.

— Спасибо.

 Я снова уставился на Эллисон на несколько секунд, но в этот раз она тоже уставилась на меня, медленно отодвигая руку от тарелки. Это напомнило мне о той неловкой паузе, которую мы пережили, когда я впервые был в закусочной.

«Боже, я просто хочу схватить ее и вдохнуть запах ее волос!»

 Хорошо, что Эллисон не могла читать мои мысли, потому что если бы могла, то этот торт был бы у меня на лице, а вишенка в заднице.

Эллисон внезапно отошла от столика.

— Я попробую снова позвонить Соне.

Она взяла iPhonе, нашла нужный номер, и на этот раз дозвонилась. Я смотрел на нее и слушал, уплетая торт.

— Соня! — крикнула она. — Куда, черт возьми, ты положила кредитную карту? Я посмотрела… Ее там нет! Ты сказала, что зеленая папка... На верхней полке? А, полка в кладовой... Черт, хорошо... Да, он... Позже, я не могу сейчас... Хорошо, спасибо.

Она повесила трубку и побежала на кухню.

Когда она вышла, то одарила меня широкой улыбкой, продемонстрировав свои идеальные зубы.

 — Седрик, мне очень и очень жаль. Оказывается, она оставила ее в зеленой папке, но это была другая зеленая папка в другом месте. В любом случае, простите, пожалуйста, за путаницу.

Эллисон протянула мне карточку, и наши руки соприкоснулись. От ощущения ее кожи на кончиках моих пальцев по позвоночнику пробежала дрожь, и я на миг словно оказался где-то в другом месте.

— Пожалуйста, не извиняйтесь, Эллисон. Сидеть здесь и наслаждаться тортом - лучшая часть моего дня. И это я должен извиниться перед вами за то, что заставил искать кредитку, хотя оставить ее здесь было моей глупой ошибкой.

— Ну, все получилось, вроде.

— Получилось.

Я замолчал, потерявшись в ее огромных зеленых глазах.

— Эллисон, надеюсь, у вас есть безопасный способ добраться домой сегодня вечером... Уже довольно поздно.

— Вообще-то я обычно иду пешком на вокзал с Максом... Подождите, который час? - она посмотрела на часы. – Черт!

— Что случилось?

— Последний пригородный в 11:20. Сейчас 11:25. Я опоздала, — сказала она, вздохнув.

— Ну, очевидно, это моя вина. Пожалуйста, позвольте мне отвезти вас домой. Где вы живете?

«Это слишком хорошо, чтобы быть правдой».

- Я живу в пригороде, в Малдене. Это примерно в получасе езды отсюда. Вы уверены? Я могу вызвать такси.

— Ни за что. Вы здесь из-за меня, и это на самом деле мне по пути. Я живу в городе.

— Я догадалась.

— Вы догадались, что я живу в городе, как так? – с любопытством спросил я, не в силах оторвать глаз от ее пухлых губ.

— Ну, вы хорошо одеты, как бизнесмен из Бостона. Я имею в виду... э-э... Я помню, как вы пришли сюда в первый раз, — застенчиво сказала Эллисон.

«Черт! Значит, она запомнила меня как «парня с чаевыми».

Мне нужно было быстро подумать, а потом я солгал:

— Мой клиент живет здесь недалеко, поэтому я зашел в закусочную выпить кофе.

Эллисон обыскала свою сумку, ища ключи.

— Готовы идти? — спросила она.

— Абсолютно.

«А-Б-С-О-Л-Ю-Т-Н-О!»

Я вышел первым и смотрел, как Эллисон выключила свет, заперла дверь закусочной и несколько раз подергала ручку, проверяя.

На ходу отключив сигнализацию машины, я остановился с пассажирской стороны, поджидая Эллисон.

С обворожительной улыбкой она забралась в автомобиль, и я, аккуратно закрывая дверцу, снова задался вопросом: как же так мне чертовски повезло сегодня?

Глава 7.1

Эллисон

«Охренеть. Это действительно происходит?»

Седрик сел на водительское место, включил подогрев сидений и завел машину. Он пах так невероятно, что я могла бы умереть от счастья прямо здесь, опьяненная его ароматом: смеси из мускуса, сандалового дерева и кожи.

Седрик был в точности каким, как я его запомнила, только с небольшой щетиной на подбородке, что делало его еще сексуальнее. В нем была грубость, прямо противоречащая деловой одежде. Смею сказать, он самый красивый мужчина из всех, что я видела.

Когда он взялся рычаг переключения передач, прядь волос упала ему на лоб, и я чуть не умерла.

На Седрике не было пиджака. Его пурпурная приталенная рубашка подчеркивала мускулистую грудь, и даже подтяжки, которые вряд ли добавляли сексуальности любому другому мужчине, смотрелись на нем горячо. Мне вдруг захотелось щелкнуть ими ему по груди.

Я обернулась и увидела, что его пиджак был брошен на заднее сиденье вместе с бутылкой вина.

«Интересно, с кем он собирался пить вино?»

Меня бросало то в жар, то в холод от возбуждения. Я вспотела и чувствовала пульсацию между бедер. Похоже, я совсем не могла контролировать свое тело.

Седрик первым нарушил молчание.

— Итак, ты вспомнила меня, а? — спросил он многозначительно низким мягким голосом, повернулся и окинул меня сексуальным взглядом, прежде чем снова взглянуть на дорогу.

— Ну, тебя было трудно забыть… ты оставил довольно большие чаевые, — пояснила я, не желая раскрывать истинные причины, которые не имели ничего общего с деньгами, а заключались лишь в том, что я считала его незабываемым.

Седрик, казалось, засомневался, покачал головой и сказал:

— Ага… кажется оставил. Я немного торопился, поэтому оставил то, что было в бумажнике.

— Что ж, спасибо. Это действительно было очень великодушно и скрасило мой день. Никогда в жизни я не получала таких больших чаевых, и я хотела поблагодарить, но ты так быстро ушел. Я разделила деньги с Долорес, поскольку формально это был ее стол с самого начала. Долорес действительно крутая и забавная. Она добавляет веселья в будничную работу…

Я быстро оборвала себя.

«Боже, я лепечу, как идиотка».

— Что ж, я действительно рад, что скрасил твой день, — Седрик улыбнулся и взглянул на меня.

— Еще раз спасибо.

Засмущавшись, я отвернулась к окну, но, заметив краем глаза, что Седрик смотрит на меня, снова повернулась.

— Итак, Эллисон, ты давно работаешь в закусочной? — Он ненадолго отвел взгляд к дороге, когда выезжал на шоссе, а потом вернул обратно ко мне.

Мне так нравилось наблюдать, как он водит.

— Всего несколько месяцев. Просто пережидаю, когда смогу возобновить учебу в «Симмонс». В будущем я очень хочу работать с детьми с ограниченными возможностями. Это действительно моя страсть.

— «Симмонс» — отличная школа. И твоя будущая профессия очень почетная. Почему ты именно ее выбрала?

Он переключил передачу и продолжил смотреть то на меня, то на дорогу.

— Ну, я очень люблю детей, и однажды летом, когда